Не везёт так не везёт (СИ)

Оттерев лицо от мерзкой грязи, я достал из сухарки две плитки аварийного рациона питания Marine Pro. У каждого из нас в рюкзаке было по три вакуумных упаковки этого сверхколорийного рациона, в каждой упаковке три пластинки, упаковка на сутки. Удобная штука в экстренной ситуации. Две тысячи четыреста калорий и весит всего триста грамм. Канат принял кивнув плитку прессованной еды.
— Варианты? — спросил я, тщательно прожёвывая сладкую массу и запивая её из трубочки гидратора.
— Мы этим спринтом оторвались километров на пять, я думаю. Но надо вырываться из этого окружения. Они явно нас куда-то гонят. Если я правильно понимаю, где мы, то скоро мы попадём в сужение между двух крупных рек — Канат задумчиво смотрел куда-то в даль.
— А есть что поблизости? Вообще где мы? — для меня последние часов тридцать это сплошной туман леса. Я отсюда и не выйду, наверное. Хотя компас есть и идём мы по нему в основном.
— Ферма находилась в километрах десяти может пятнадцати от Нью-Рино в сторону Аламо, так? — я только кивнул — Оттуда мы отъехали ещё километров на двадцать в ту же сторону, и теперь пробежали километров под сто за эти двое суток. Сейчас мы идём практически точно на восток. Если так и продолжим, только взяв чуть на юг, то сможем добраться до бухты где база речных исследователей. Помнишь я тебе рассказывал? Они принципиально не устраивали базу в Нью-Рино, потому сделали дальше вверх по течению. Если я правильно помню, то база у них километрах в ста пятидесяти от Нью-Рино по реке.
— То есть, все группы сейчас должны будут сойтись в узком месте? — у меня начала появляться если не идея, то мысль по поводу идеи.
— Если я правильно определил место, то да, но и мы будем лишены манёвра, с юга большая река справа сеть речушек поменьше, но именно, что поменьше, а не маленьких, там метров по тридцать речушки — заключил Канат.
— В смысле? У нас, что река теперь непреодолимое препятствие? Даже с местными тварями там водящимися? — что в реках тут местами водится всякое ни чуть не лучше чем в океанах, мы уже имели счастье убедиться перебираясь через речушку в брод, но не съели и то хорошо — Тут же почти лес, уж переправимся как-нибудь. Ладно, по ситуации. Когда они будут нас прижимать. К ночи? — спросил я, так как сейчас уже вечер. Вот уже второй день мы играем в салочки, а не спим уже две ночи, да и третья ночёвка, судя по всему, нам также светит. Голова не работает толком, в глаза как песка насыпали и даже энергетики, которые я захватил, уже не дают бодрости. Хорошо, хоть тело ещё имеет запас прочности. Но не знаю как у Кана, я ещё сутки не вытяну.
— Примерно. Но скорее всего завтра утром, чтобы отдохнувшие команды взялись — кивнул Канат.
Я задумался. В отличие от нас, преследователи разобьют лагерь, хотя бы на несколько часов ночью. Вообще, если бы у них не было машин, мы бы уже оторвались так, что нас хрен найдёшь, но не получилось, подкрепление всё же к ним пришло и пришло на минимум двух грузовиках. Мы думали, что после ночи нас уже не найдут, но нашли и опять вцепились в загривок. Кстати. Ладно. По ситуации.
— Канат, я думаю, что надо их на привале хлопать — устало проговорил я — другого выхода не вижу. Ещё чуть-чуть и мы просто упадём и не сможем пошевелиться.
— Согласен. Если мы сейчас ещё на чутка оторвёмся, то они привал начнут разбивать уже через час примерно. Отправив, как в прошлый раз, группу может две не терять след — запивая водой из трубочки прессованную еду проговорил Канат — если мы тихо сделаем группу, то можно попробовать вообще транспорт захватить и просто выбраться на дрогу и свалить.
— Тогда давай! Подъём! — я крехтя начал подниматься, погружая ноги в грязь и глину, тут вообще какая-то пойма была. Сплошная грязь и зелень.
Мы налегли на бег. Голова уже не соображала, только счёт в голове, для каждого шага и как набат стучат вески. И раздва и раздва и раздва и … так до бесконечности. Всё как в тумане, только полупустой рюкзак стучит по спине. Там всё меньше и меньше боеприпасов, у меня вообще остался мой БК и ещё патронов сто в обоймах. Руки лежат на автомате на груди, тут уж не до пафосного одноточечного крепления, тут бы хоть части тела дать отдохнуть. Хорошо, что в этой машине была РПСка, а не плитник. Он хоть и хороший, тот мой плитник, но бегать удобнее в ременно-плечевой системе. Хоть она у меня и не лучшая, но и далеко не худшая, особенно учитывая, что я её дополнил.
 
Назвать наше передвижение бегом было уже сложно, но не шли, значит, считаем, что бежали. И бежали всё это время по лесу. Не сказать, что капец какому густому, но всё же не проплешины рощиц, а сплошной низкорослый и редкий, но лес. Вообще местный лес, если присмотреться был очень интересным. Местами просто зелёный, как лес средней полосы, а местами…наркоманский бред художника авангардиста. Тут было много инвазионных видов, которые завоёвывали Новую Землю со скоростью лесного пожара, перенимая однако, и повадки местных растений или вообще получая какие-то невероятные гибриды. К примеру, совершенно земные осины, да берёзы, не смотря на благоприятные условия росли именно, что пятнами, близко от корневища родителя не прорастая и не вырастая до положенных по земным меркам размеров. Хотя сюда они пока не особо добрались. Тут местный лес. И это очень плохо. Даже Канат особо не знает местный лес в таких глубинах. Вокруг городов он изучен, а что творится в таких-вот дебрях, ни кто толком не знает. Потому мы уже и в ядовитые ветки влетели на полном ходу, спас запас антигистаминных, и на какие-то полуживые ветки, норовившие схватить за ноги. А ведь тут ещё и местная фауна есть, не только флора. Но с фауной пока везло. Только змеи и насекомые встречались. Что нас пока не сильно волновало. Пару раз с нашей дороги куда-то в кусты проломилось что-то большое и быстрое, что это было ни я ни Канат не знали, но учитывая размеры, хорошо, что убежало, а не напало.
Спустя пару с не большим часов, когда совсем стемнело, я споткнулся о корягу перегородившую тропинку на которую мы выбрались с пол часа назад и решил, что это отличное место и причина, чтобы полежать и отдохнуть. Встать я смог только после третьего пинка Каната ногой по моим многострадальным рёбрам. Так, я заснул. Ладно, поспать не судьба, так что пока попытаемся не сдохнуть. Я сел прямо там, в грязи собравшейся за корягой. Чище или грязнее моя одежда не станет, а вот прицел надо прочистить. К сожалению, мой тепловизионный прицел, пережив многое, почему-то сдох и работать более не захотел, потому я его выкинул, нацепив вместо него планку со спаркой из голографического прицела и магнифаера и если магнифаер пока прикрыт крышечками, то вот голографический прицел открытого типа, уже набрал грязи, его очисткой я и занялся. Канат тем временем достал Стрижа и начал накручивать ПБС.
— Они встали? Группа? — спросил я, так как очередь Каната была быть замыкающим, а я вёл нас по компасу, подсвечивая изредка фонариком на минимальной мощности с красным светофильтром. Карты данной местности, по крайне мере подробной ни у кого не было. Всё что было у нас знания Канат, который всю юность тут в разведке проходил, в том числе по рекам.
— Хрен знает, мы тут петли накручивали, но если верить вспышкам фонариков и фар, километрах в пяти сзади, они встали на привал, а группа должна быть где-то близко, тропинка тут одна, но пока не понятно г… — Канат замолчал на полуслове. Я из-за стука в висках сначала не понял чего это он, а потом тоже учуял. Сигаретный дым. Вернее сигарный. Это надо же, на марше курить? Вот это да! Уважаю! Я тут лёгкие выплёвываю, а они курят пока за нами гонятся. Как они нас ещё ссаными тряпками не загнали в какой-нибудь овраг и там сапогами не запинали?
Канат приложил грязный указательный палец перчатки к не менее грязной морде в районе, где, по его мнению, находится рот. Я даже не шевельнулся. Бесшумного оружия у меня нет. Только нож. Я вот лучше глаза сощурю…Канату это не актуально, а вот мои белки могут в темноте и блеснуть, как страбоскоп, хоть и не скажу, что на столько темно в этом лесочке.