Не везёт так не везёт (СИ)

— В Нью-Рино, есть любители ретороавтомобилей со старой Земли, вот и насмотрелся — ответил Канат разглядывая убранство моего авто.
— А…ну так это не Волга, это знатный корч — и я включил второй контур. Машина тут же взревела прямым выхлопом и всей мощностью своего двигателя — тут дорога по покрытию похожа на ту по которой я готовился участвовать в ралли. Карты нет, так, что поедем относительно не быстро — пока говорил я поднял подвеску на максимум и заехал на заправку. Она тут прямо у въезда/выезда. Бак я залил под пробку, плюс две плоские канистры у меня и так были заполнены, ещё староземельным бензином.
— Эта машины выдержит и не такое. Она и трамплины проходит хорошо, и система пожаротушения есть, вот только каркас безопасности тут пока только скрытый, основной должны были чуть позже устанавливать — продолжал я объяснить машину. Канат рывшийся в рюкзаке достал картонный конверт, формата примерно А4.
— Карта есть. Это от военных, дороги там очень точно описаны — он протянул её мне.
— А нафига она мне? Будешь штурманом. Прописывать трассу умеешь, стенограмму составлять? — спросил я не заметив как перешёл на сленг.
— В смысле? — в очередной раз удивился он.
— Короче, следишь за картой и стараешься предупреждать о перепадах высот и поворотах — я выехал на дорогу и втопил педаль в пол. Машина пулей выстрелила в дорогу, буксанув всеми четырьмя колёсами. Но система выправилась и дальше пробуксов не было. Машина встала на дорогу как влитая. Я набрал скорость сто, потом сто двадцать, дошёл до ста пятидесяти, но увидев, что Канат перестал быть похожим на азиата, а его глаза более не смотрят на мир через щёлочки век, я решил дальше не разгонятся и чуть скинул скорость.
Фары били дальним светом светодиодов. Был включен весь дополнительный свет, так, что не смотря на ещё не поднявшееся солнце я весьма бодро видел все повороты и нормально оценивал все высоты. Двигатель не ревел, это для него не скорость, вот двести это да, тогда бы все примочки работали бы на сто процентов, как и после двухсот. Честно говоря, больше двухсот восьмидесяти я не разгонялся.
Машина на такой скорости глотала все неровности и ехать было довольно-таки комфортно — «больше скорость меньше ям, больше дела слесарям». Канат как мог предупреждал о поворотах и горках. На скорости под сто пятьдесят без легенды, без знания дороги эта поездочка была очень экстремальной. Машина периодически пыталась вылететь с дороги, но полный привод и моя рулёжка не давала это сделать. Было тяжело, даже очень. Смотреть по сторонам времени не было, всё внимание забирала дорога. Что самое сложное в раллийных гонках на большой скорости по пересечённой местности? Это то, что поворачивать в них надо раньше чем увидишь поворот иначе вылетишь к чёртовой матери с трассы. Потому в ралли именно штурман говорит когда и на сколько градусов тебе поворачивать руль. И именно поэтому по началу я скидывал скорость всякий раз когда говорил Канат о повороте, а потом плюнул и поехал с одной, хоть и более низкой, скоростью зато позволявшей реагировать на все изменения событий.
Спустя девять с небольшим часов гонки мы влетели на место ночной стоянки. Хорошее, можно сказать укреплённое место в пустыне…или в прерии или в степи, я всё ещё так и не определился как это называть. Тут мы притормозили на почти час. Надо было размять ноги, оторвать руки от руля, заправиться, да и Канату перекур нужен, а то у него хронический шок будет. Достав воду и продукты, соорудили по несколько огромных бутербродов.
— Ты этим давно занимаешься? — жуя бутерброд с тушёнкой, спросил Канат, кивая на машину.
— Я этим вообще не занимаюсь — усмехнулся я — с десяток гонок прошёл, но на других машинах, да и уровень чисто любительский. Эту — я кивнул в сторону машины — как раз готовил для гонки по осени. Был бы первый почти профессиональный заезд. Но не сложилось.
— А сюда ты как попал? — спросил Канат. Я присмотрелся. Ему было действительно интересно, вопрос был задан не ради издёвки. Я вздохнул.
 
— Оказался не в том месте не в то время — я усмехнулся — вернее в том месте и в то время. На меня с другом напали, когда мы выходили из бара. Отбиваясь я убил нескольких нападавших. Меня посадили, чуть не убили в тюрьме, потом на меня вышел вербовщик, он то меня сюда и направил.
— Не понял — возмутился Канат — на тебя напали и тебя же обвинили? Это как это?
Я аж засмеялся. Ну да. Канат рождён в этом мире, в мире, в котором, самооборона первейшее право, за которое тебя не просто не накажут, а ещё и премию дадут. В этом мире нет правила, что ты приобретаешь право на самооборону только когда тебя уже убили или покалечили.
— Это особенности закона в той стране где я жил. Тебе разве родители не рассказывали? — я сделал ещё один бутерброд.
— Они вообще мало, что рассказывали о том мире — Канат отвернулся — В основном всякие байки и сказки. Отец рассказывал о людях работавших бесплатно, вернее за деньги, которые назывались «трудодни» я мало, что помню, а понимаю из воспоминаний и того меньше. Но больше все эти истории были похожи на сказки. Нет, ну ты представляешь, чтобы территория в 20 % суши принадлежала одному государству? Это же бред!
— Ха ха ха! — я смеялся от души. Канат, видимо мало общался с русскими в этом мире или темы не заходили на историю и мироустройство того мира — Канат, ты просто невероятен! Ты реально не в курсе, что да как было на той земле?
— Нет, ну, что-то я знаю — мне показалось, он даже слегка обиделся — знаю, что была большая война, потому русские не любят немцев и поэтому же немцы стараются не ездить в Нью-Рино девятого числа пятого месяца. Я ни когда особо не интересовался, если честно. Когда родители живы были, мне их рассказы были поперёк горла, а потом особо рассказывать некому было. Какие-то книги про тот мир читал, но они читались больше как фентези, что ли. Для меня, родившегося тут, разборки между странами того мира похожи на разборки между гномами и эльфами. К примеру, я зачитывался шпионскими романами времён…как же это называлось — он явно забыл слово.
— Холодной войны? — решил помочь ему я.
— О! Точно. Про Джеймса Бонда и всех остальных, но я ни как понять не мог, что королевство Англия не поделило с Советской империей. В книгах об этом писали скупо, а изучать сторонне, времени не было.
— Мдам. Ну, если что-то будет интересно, спрашивай. История это моё увлечение длинною в жизнь — я усмехнулся.
— Договорились — мы споро убрали минипикник и начали загружаться обратно в машину.
— Слушай, а как тебя занесло на арены в Нью-Рино? — мы сели в машину.
— Жизнь в этом мире — Канат взял карту, взглянул в неё и отложил. Видимо, дорога дальше на много километров прямая как стрела — была очень тяжёлой.
— Тут и сейчас, как мне кажется, не легче? — лёгкой, на мой взгляд, здешнюю жизнь уж точн не назовёшь.
— Даже не сравнить. Родители когда сюда приехали, жили в поле в вагончиках, хищники людей ели прямо в посёлках. Отбиваться приходилось иногда палкой от гиены. Целые посёлки уничтожались дикими животными. Это было страшно, действительно страшно — Канат помолчал — А когда города стали более-менее крупными, пришла другая беда — банды. С одной стороны это люди, с другой стороны это хуже зверей.
— А как это с аренами связано? — решил я его вернуть в русло вопроса.
— Кроме отца и матери сюда с родителями переехал дед. Он был мне не родной. Да, блин, он вообще был китайцем — усмехнулся Канат — отец рассказывал, как он прибился к нашей семье, это была странная история, и мне до сих пор кажется выдуманная. Но дед был мастером то ли кунфу, то ли ушу, не знаю, да и не важно, но мастером он был с большой буквы. С разрешения родителей, он меня начал учить с самого рождения. Учил тяжело, жёстко, даже местами жестоко.
— А какой стиль? — я не смог определить каким стилем боя пользовался Канат. В его техники были и элементы классического ушу, и бокса и карате и это только то, что я смог распознать пока он меня убивал.