Паренек из Уайтчепела (СИ)

Аманде хотелось бы тему продолжить, возможно, узнать что-то новое, но Дэвид казался уставшим и вымотанным. Ей стало совестно.
– Я, пожалуй, пойду. Итак, засиделась!
Он улыбнулся и попросил:
– Не пропадай навсегда. Я был бы рад нашей дружбе!
Аманда ему обещала новую встречу. Потом они распрощались, и она вышла из дома с четким намерением повидать Джека, рассказать ему обо всем, что сегодня узнала.
День был по-осеннему яркий и звонкий, наполненный пением птиц и веселыми детскими голосами – на миг, но Аманда ощутила себя счастливой. Такой, какой не была долгое время! Ей захотелось запомнить этот момент: улица, ветерок в волосах и собственная полезность кому-то важному.
Дорогому.
И вдруг все лопнуло, словно мыльный пузырь: она различила движение позади, обернулась и даже вскрикнула, когда Джек, будто пьяный, сделал два шага и начал заваливаться вперед. Она бросилась к нему, не задумываясь, хотела бы удержать, да не сумела: они оба рухнули на тротуар, из Аманды вышибло воздух.
– Джек? – затрясла она его за плечо, едва отдышавшись. – Джек, что с тобой? Джеееек...
Он никак на это не реагировал, просто лежал, словно мертвый, и холодный, пронизывающий ужас кольнул ее прямо в сердце.
– Миссис Уорд, позвольте вам помочь? – Лакей появился как нельзя кстати.
– Джордж, – сказала Аманда, – помоги уложить этого человека в карету. Он нуждается в нашей помощи! Едем к доктору Максвеллу.
Тот молча повиновался: помог Аманде встать на ноги и, подхватив бесчувственное тело с тротуара, понес его в сторону экипажа.
Когда за ними обоими – Джеком и Амандой – захлопнулась дверца, она позволила себе слабость: вцепилась зубами в манжет собственного платья и взвыла, беззвучно, но так, что лучше бы закричала. Эмоции подступили к самому горлу – Аманде казалось, она сейчас задохнется...
Так, только дыши!
Сказала то ли себе, то ли все-таки Джеку.
Взяла себя в руки и, уложив его голову на колени, коснулась жестких волос. Она никогда не делала этого прежде, и сердце дернулось... Боль подступила сильнее.
– Только не умирай! – взмолилась она что есть силы. – Только не умирай, умоляю. Даже не знаю, как жить без надежды где-нибудь тебя встретить! Переброситься парочкой слов. Поиграть в детектива, как было то в Хартберне, помнишь? И Грир, ты помнишь его? А бедная миссис Ховард... Ты просто не можешь все это бросить. Не можешь бросить меня... – добавила совсем тихо. Казалось, хотела бы и сама этого не услышать... – Пожалуйста, Джек, только держись! Доктор Максвелл поможет тебе, я обещаю.
Опять провела по его волосам, по неожиданно бритой щеке, пальцы замерли около губ. Она помнила, как они поцеловали ее, в той другой, словно не с ней случившейся жизни. Как тогда она еле сдержала себя, чтобы не окликнуть его, не признаться, что сердце ее обливается кровью... Как непросто быть кем-то ее положения и влюбиться в простого парнишку без роду и племени.
Она снова и снова шептала ему, словно весталка, прислушивалась к дыханию и гладила по лицу. Казалось, это могло удержать его в этом мире...
Карета замедлила ход, они приближались к кабинету доктора Максвелла, и Аманда, быстро склонившись над Джеком, вернула однажды подаренный поцелуй в уголок теперь уже Джековых губ.
Едва отстранилась, как Джордж, распахнув дверь экипажа, понес паренька в приемный покой доктора Максвелла. Аманда бежала за ними, проклиная и свое пышное платье с жестким корсетом, и неудобные туфли – все разом казалось ей ненавистным, мешающим, удушающим.
Сущим проклятием!
– Доктор Максвелл, – воскликнула она на бегу, – прошу, помогите. Джек умирает!
Джека внесли в кабинет, уложили на жесткую кушетку. Аманда припала к стене, ноги ее не держали, следила оттуда за доктором и молилась.
Так рьяно, как никогда в жизни!
Ей показалась, прошла целая вечность, когда, отвернувшись от Джека, доктор тихо сказал:
– Присядьте, на вас лица нет.
Она отозвалась:
– Он жив? – и даже дышать перестала.
Мужчина отечески взял ее под руку и подвел к оттоманке у стены.
 
– С ним все будет в порядке, миссис Уорд. Дозировка яда была небольшой, и только принятый на голодный желудок он вызвал обморок и потерю сознания.
– Яд... – Аманда рухнула на оттоманку с толикой облегчения и ужаса одновременно. – Но как?
– Это вы мне скажите. Где он был, что принимал и когда...
– Я нашла его в таком виде подле дома убитой миссис Коупленд... Боже, – выдохнула она, осознав значение данного факта, – убийца все еще в доме, и он пытался избавиться от Джека.
Доктор Максвелл кивнул.
– Осталось дождаться его пробуждения, – кивнул он в сторону Джека, – и нам многое станет понятней.
– Хэнкок, постойте! – окликнул Коупленд старого приживала. – Я хотел бы поговорить с вами... о матери.
– Да, сэр, конечно. Что именно вас интересует?
Тот вошел в кабинет и замер у кресла, он явно страшился возможного разговора. Со смертью хозяйки его положением стало шатким...
– Расскажите о ее личной жизни и даже не думайте вдруг отпираться, что ничего об этом не знаете. Вы с несравненной мисс Флойд – те еще сплетники и проныры. Только этим и жили, что наушничали да подглядывали в замочную скважину...
Хэнкок нахмурил брови.
– Вы сильно несправедливы к нам, сэр. Ни я, ни мисс Флойд никогда не позволили бы себе...
– Прекратите. – Молодой человек замотал головой. – Прекратите маскарад, Хэнкок. – И жестко осведомился: – Кто был у матери, кроме Лайонса? Кто подарил ей отравленные конфеты? Если вы знаете и продолжаете молчать, вы такой же преступник, как этот мужчина... – И подался вперед: – Вы его покрываете, Хэнкок? Вы с ним в сговоре?
– Боже помилуй! Как можно подумать такое?!
А Коупленд все наступал:
– Кто он? Я знаю, вы что-то скрываете.
– Я ничего...
– Говорите! – закричал молодой человек, и старик подпрыгнул от неожиданности.
– Это сэр Гордон, – произнес он так тихо, что Дэвид едва то расслышал. – Это сэр Гордон подарил ей конфеты.
Молодой человек, явно того не ожидавший, замер от неожиданности.
– Сэр Гордон?
– Смею предположить, твоя мать была в него влюблена. Они тайно встречались и даже говаривали о браке, однако сэр Гордон овдовел только недавно, время траура еще не прошло... Вот они и...
– Сэр Гордон... – выдохнул Коупленд, примеряясь к поразительной истине. – Сэр Гордон убил мою мать... – И тут же распорядился: – Сейчас же едем в полицию, вы расскажете им эту правду.
– В полицию, Дэвид? Ты уверен, что так будет верно?
– Более, чем. Встретимся через минуту! И велите подать экипаж.
Хэнкок вышел из кабинета и распорядился насчет экипажа. Ноги казались ватными, еле передвигались.
Что ему говорить, коли спросят, зачем он молчал?
Чем ему оправдаться?
– Мистер Хэнкок, что происходит? Дэвид вихрем пронесся по коридору. Я даже несколько испугалась...
Мисс Флойд, заметно скукожившаяся и постаревшая со смерти хозяйки, остановилась на лестнице, глядя на старого друга.
– Мне пришлось рассказать о конфетах мистера Гордона, Беатрис.
Женщина ахнула и схватилась за сердце.
– А как же...
– Только об этом, – прервал ее Хэнкок. – Большего он не знает! И не узнает, – с напором произнес он.
– Но...
– Даже не думай... – Он стиснул женские пальцы, и собеседница даже скривилась.
Появившийся на лестнице Коупленд этого не заметил.
– Едемте, мистер Хэнкок, – скомандовал он, и они поспешили в сторону двери.
– Слыхал, убийца миссис Коупленд отыскался! – Тейлор замолк при виде Аманды, и Джек подался вперед.
– Как, Харпер знает убийцу?
Тейлор вытянулся в струнку при виде еще одного посетителя: доктора Максвелла. Трое – Джек, Аманда и доктор – глядела на парня со смущающим любопытством.
– Как раз в кабинете беседуют. Привезли сэра Гордона...
Посетители молча переглянулись.