Как я встретил (СИ)
Сначала Она вытаскивала коврики, заливала их, чтобы они полежали, откисли, хотя это было не особо и нужно, так как Она очень редко залезала в кабину с грязной обувью. Затем Она обдавала напором воды его колёса и внутрянку, там обычно грязищи было — хоть лопатой греби. Потом вставала на ступеньку и пыталась облить кабину сверху, но получалось не очень, росточку ей не хватало и потому туда мало что попадало.
Но Она не сдавалась, забиралась в кузов и уже оттуда поливала его от всей души. А потом было самое приятное — это помывка кузова. Она заливала его водой, и начинал он воображать себя бассейном и пытался не расплескать воду. Вода была приятнее, чем сыпучка, это факт. Далее Она поднимала кузов, и вода Ниагарским водопадом смывалась на забетонированный пол вместе с остатками песка, щебня и накопившейся усталостью. Ну, а потом начинался самый экстаз — пенный душ.
Она знала, что он любил аромат персика и всегда выбирала пену с этим запахом. Три, а иногда пять минут блаженства и он сам начинал чувствовать себя персиком… А потом Она всё смывала, и он сверкал от чистоты, словно начищенное наливное яблочко. Никакие там бугатти и мустанги не могли сравниться с довольным урчанием его 8-цилиндрового двигателя, а фары аж начинали жмуриться от удовольствия!
Он увидел Её Нэксию, как только та показалась в воротах базы. Если бы он мог подпрыгнуть, он бы это сделал. Она припарковалась и вышла из машины. У-у-у, похудела, но глаза! Глаза сверкают. Она шла к нему, а у него замер мотор и давление топлива в шлангах резко подскочило. Но почувствовав, как Её руки дотронулись до кабины и погладили решётку радиатора, успокоился: "Ну, всё, она дома".
— Привет, родной мой, как Ты? — спросила Она. — Как я соскучилась по Тебе, кто бы знал.
Обошла вокруг него, не забыв заглянуть, что в кузове. Открыла дверь и забралась в кабину. Погладила руль, а потом вдруг обняла его, положила голову и замерла.
Что с Ней? Она что, плачет?? Он растерялся. На всякий случай включил аварийку. Не реагирует. Поморгал фарами. Никакой реакции. Помигал поворотниками. Тишина. Он испугался. Потом вдруг почувствовал, как она включила зажигание…
— Поедем, покатаемся, — сказала Она и они выехали с базы.
Куда они ехали, он не знал. Просто, куда глаза глядят. Он молил своего Камского бога, чтобы им досталось на пути побольше пробок, "лежачих полицейских", поменьше маршруток и заниженных приор.
Они катались час или два, разок заехали на заправку, где произвели переполох среди мерседесов и лексусов. Он гордо остановился около колонки, пару раз газанул для приличия, а потом с таким наслаждением наблюдал за реакцией этих импортных тазов, когда открылась дверь и на землю спрыгнула его маленькая, худенькая девочка. Её не было несколько минут, все кто приехал заправляться, уже забыли зачем они тут. Все ждали Её появления, чтобы убедиться, что это не сон.
— Да это подстава какая-то, — сказал Джип.
Мерс, стоявший рядом, кивнул:
— Стопудово постанова, — и стал крутить антенной в разные стороны, пытаясь увидеть оператора с камерой, сидевшего в кустах колючих роз.
"Тоже мне, эксперты обочечные, сами вы подстава!", — с гордостью подумал он и почувствовал, как в него заливалась живительная влага, как бак наполнялся, а это значит, что завтра будет насыщенный трудовой день.
Они вернулись на базу затемно. Половину Московской области объездили! Прошвырнулись по всем знакомым местам: карьерам, портам, объектам. Накатались. Он аж подустал немного. И вот наконец-то они дома. Она выключила зажигание, но выходить не торопилась. Осматривала всё вокруг, раскладывая и перекладывая какую-то мелочишку с места на места, а потом включила камеру. Точно! А он и забыл на радостях, что есть камера. Фархад ею не пользовался.
Она настроила ракурс, посмотрела в зеркало, вздохнула и включила трансляцию:
— Привет, ребята. Это я. Отпуск закончился. Наконец-то. Я в Москве. У меня для вас две новости: одна хорошая, а вторая не очень. Даже не знаю, с какой начать. — Шестисотый насторожился. — Начну с хорошей. Я выхожу замуж. Рано или поздно это должно было произойти и вот это случится на следующей неделе. Я очень счастлива. Ну, а вторая новость: я увольняюсь.
Он подумал, что ослышался. ЧТО?
— К сожалению, мне не удастся совмещать приятное с полезным, это связано со многими факторами, возможно, мы вообще переедем в другой город, пока не могу сказать точно. Но с работой придётся закругляться. Сегодня мы с моим любимым Шестисотым катались по области в последний раз. Вы не представляете, какие чувства я испытывала, поэтому не стала снимать видео и решила всё вам сказать после того, как мы приехали.
Юля заправила выпавшую прядку волос за ухо.
— Пользуясь случаем… дурацкая фраза, но очень к месту, — продолжила, улыбаясь, — я хочу поблагодарить всех, кто был со мной всё это время. Спасибо за ваше внимание, советы, за добрые слова, за вашу дружбу, любовь. Я никогда вас не забуду. Я не знаю, увидимся ли мы ещё когда-нибудь, поэтому желаю вам всего самого хорошего. Не хочется говорить шаблонами, поэтому всем — спасибо! Берегите себя и своих близких не только на дорогах. Всем любви и здоровья!
Выключила камеру и откинулась на спинку. Слёз не было. Что толку от них?
Дверь открыл Фархад.
— Ну что, накаталась? Распрощалась?
Юля кивнула и полезла что-то искать в сумке. Она долго шныряла там руками, но потом наконец-то нашла, что искала. Это был камешек с дырочкой. Куриный бог. Она вытащила из бардачка верёвочку, нанизала на неё камень, завязала узелок и повесила на зеркало.
— Мой подарок. На счастье.
— Хорошо, — улыбнулся Фархад, подал ей руку, помог спрыгнуть.
— Спасибо, — сказала она, — ключи от машины в зажигании.
— Можешь ещё ездить, ты же не на другую планету сваливаешь…
— Да нет, сейчас Олег приедет, а потом он мне подарит к свадьбе, мы уже выбрали.
— Тогда ладно, — сказал он и, чуть погодя, продолжил, — Юль, спасибо за приглашение, но я не смогу прийти. Пойми, пожалуйста, я там никого не знаю, кроме тебя и потом там… Вот если бы ты тут свадьбу отмечала — тогда да. Я очень рад за тебя, желаю тебе счастья, чтобы Олег твой любил и жалел тебя, с детишками не затягивайте. В общем, будь счастлива.
Подошла и обняла своего друга, напарника, верного товарища.
— Спасибо, Фар, я понимаю. Спасибо тебе за всё.
На базу заехал большой джип.
— Олег приехал.
Машина подъехала к ним. Из неё вышел молодой человек, подошёл, поцеловал Её, пожал руку Фархаду.
— Ну что, попрощалась со всеми?
Девушка кивнула.
— Ну, давай, жду тебя, — и вернулся в машину.
Фархад тоже ушёл, помахав ей на прощание.
Они остались один на один с Шестисотым. Минуты две смотрела на него, потом подошла, обняла, раскинув руки, насколько могла, погладила фары, буковки, а затем резко развернулась и чуть не бегом помчалась в большую чёрную машину.
— Ты бы его ещё поцеловала, — подколол Олег.
— Что ты понимаешь… — устало ответила она, пристёгиваясь. — Поехали, быстрее.
Олег завёл джип, и они выехали за пределы базы.
А Шестисотый заглох. Заглох навсегда.
***
Филипп поставил видео на паузу, в момент, когда она сказала, что очень счастлива. Усмехнулся. Не похожа она на счастливую невесту. Он внимательно всматривался в её лицо. Сам не знал, что хотел увидеть, что пытался прочесть в её глазах. Или знал? Внутренний голосок так противно шептал: "Она забыла тебя. Забыла. Успокойся уже". Но он не хотел ему верить. Ни одна женщина не смогла бы забыть того, что произошло между ними в Крыму. Такое не забывается. Но он видел только сожаление в её глазах по поводу работы.
Пересмотрел все её ролики. Интересно, конечно, необычно, что девушка занимается чисто мужским делом. Он такого не понимал. В его понимании, женщина должна быть женщиной — готовить паэлью и рожать детей, а не носиться по бездорожьям и разгружать гравий. Но как явление, конечно же, интересно.