Прикоснись ко мне нежно (сборник)

Эдриан замер. Он уже собирался было, извинившись перед миссис Вулклифф, метнуться в другой конец комнаты и выбросить ее сына прочь, когда мистер Килби, новый сквайр, подошел к юноше и что-то сурово сказал ему.
Одного взгляда на лицо Эбби было достаточно, чтобы понять: мистер Килби не произвел на нее должного впечатления. Эдриан успокоился, вновь попытавшись сосредоточиться на нудной болтовне миссис Вулклифф. В конце концов, если ухажеры Эбби так хотят нагонять на нее скуку, то кто он такой, чтобы им мешать?
Эдриан уже понял, что, рассказывая о деревне, Эбби забыла упомянуть кое-какие детали – например, о своей главенствующей роли в деревенских делах и о целой толпе поклонников, увивавшихся за ней. Если по первому вопросу у него не было никаких претензий, то насчет второго имелось вполне определенное мнение. Конечно, Эдриан был не настолько глуп, чтобы озвучивать это мнение в разговоре с Эбби, что, судя по ее враждебному взгляду, сейчас сделал Килби.
Эдриан выжидал, неторопливо прохаживаясь по комнате без определенной цели, и подошел к Эбби в тот момент, когда Килби произнес:
– Так или иначе, я надеюсь, что вы воздержитесь от ваших обычных прогулок на болота – наверняка в скором времени снова пойдет снег.
Эбби замерла. Она повернулась к Эдриану и ласково улыбнулась ему.
– Ах, Эдриан – то есть я хотела сказать, виконт Деа, – позвольте представить вам мистера Килби.
Эдриан улыбнулся этой мнимой оплошности. Эбби назвала его по имени для того, чтобы позлить Килби, и ей это удалось. Сквайр сдержанно поклонился.
– Я слышал, милорд, что ваша двуколка пострадала во время снегопада. Осмелюсь предположить, что, поскольку начало теплеть, завтра вы направитесь в Беллевер?
Эдриан улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.
– Если такая погода продержится до завтра, вне всякого сомнения, я так и поступлю.
Килби самодовольно кивнул.
– Я говорил мисс Вулли, что болота – неподходящее место для столь милой леди в любую погоду, а особенно сейчас.
– Неужели? – Приподняв бровь, Эдриан повернулся к Эбби. – Похоже, учитывая ваши привычки, мистер Килби более не считает вас леди.
Эбби подавила смешок. Глаза Эдриана сверкнули, он как будто просил у нее разрешения поставить Килби на место. Женщина понимала, что ей не следует одобрять его действия – кто знает, насколько бесцеремонно он может себя повести, – но она не смогла сдержаться. Эбби выпрямила спину и строго взглянула на Килби.
Тот побледнел. Его рот беспомощно открывался и закрывался.
– Я не то имел в виду! – в конце концов удалось произнести ему.
– Неужели? – Эдриан обратил на него дерзкий взгляд. – Должен признать, это кажется мне полуправдой. Эбби – мисс Вулли – ездила по этим болотам еще с тех пор, когда едва могла удержаться на пони. Как и я. Никто ранее не предполагал, что подобное занятие порочит мое знатное происхождение, и я не вижу, почему оно должно бросать тень на нее.
Мистер Килби тяжело вздохнул.
– Я имел в виду, – сказал он, – что для леди опасно ездить по заснеженным болотам.
– Что до этого, – ответил Эдриан, – то за много лет я убедился, что мисс Вулли знает эти места так же хорошо, как и я, и гораздо лучше, чем кто бы то ни было еще. А поскольку она не собирает образцы с первых заморозков до ранней весны, полагаю, у вас нет причин для беспокойства, сэр.
– Леди следует защищать, – упрямо произнес Килби.
– Особенно от джентльменов, которые их не ценят. – Эдриан кивнул головой. – Именно это я и имел в виду.
У Килби перехватило дыхание. Густо покраснев, он быстро поклонился.
– С вашего позволения…
Эбби утвердительно кивнула, и сквайр заторопился прочь.
– Болван, – буркнул Эдриан.
Эбби вздохнула.
– Он не хотел ничего дурного.
– Все они не хотят ничего дурного. – Эдриан нахмурился, глядя на очередного гостя, возникшего на пороге. – А это еще что за черт?
Джентльмен огляделся в поисках Эбби и направился прямо к ней. Его лицо расплылось в широкой улыбке. Вместо галстука он носил шелковый платок, как у моряка, а его визитка сидела на нем просто ужасно, из-за чего резко контрастировала с идеально подогнанной одеждой Эдриана.
 
Эбби протянула новоприбывшему руку, сдерживая очередной горестный вздох:
– Добрый день, мистер Поттс.
Игнатиус Поттс тепло пожал ее ладонь.
– Моя дорогая мисс Эбигейл!
– Позвольте представить вам виконта Деа. Он на некоторое время останется с нами.
– Да, мне довелось об этом слышать. – Радость мистера Поттса мгновенно испарилась. Он смерил Эдриана взглядом из-под прищуренных век и кивнул. – Метель закончилась несколько дней назад, не так ли?
Эдриан хищно усмехнулся.
– Я не слежу за течением времени, знаете ли, – простодушно признался он.
– Не знаю, упоминала ли обо мне мисс Эбигейл, но я художник. Пейзажист, – добавил мистер Поттс, как будто торопясь уверить Эдриана, что не рисует цветы, как Эбби. – Болота в их первозданном величии и очаровании, все в этом духе. Продается весьма неплохо.
Эдриан лишь вежливо приподнял брови, за что Эбби была ему благодарна. В Беллевере имелась большая коллекция пейзажной живописи, и многие из ее экземпляров стоили огромных денег – Эдриан всю жизнь смотрел на болота, как глазами художников, так и своими собственными.
– Между прочим, дорогая моя, – обратился Поттс к Эбби, – я все еще хочу посмотреть вашу студию. Может быть, сегодня?
– Я не могу оставить гостей, мистер Поттс. – Эбби посмотрела на Эдриана, взглядом моля его о помощи.
– Но когда они уйдут…
– Вообще-то, мистер Поттс, я намереваюсь реставрировать Беллевер, – задумчиво нахмурился Эдриан, в тот же миг полностью завладев его вниманием. – Не знаю, много ли старых картин сохранилось. – Как будто только сейчас вспомнив о присутствии Эбби, Эдриан виновато улыбнулся. – Прошу прощения, дорогая, но, я полагаю, мистеру Поттсу следует рассказать мне о своих работах.
Эбби разрывалась между желанием расцеловать Эдриана и необходимостью предостеречь его от приобретения картин Поттса. Она кивнула, улыбнувшись, и поспешила ретироваться. Игнатиус Поттс, горящими глазами уставившийся на Эдриана, вряд ли заметил это. Эбби почувствовала угрызения совести из-за того, что оставила мистера Поттса в лапах Эдриана, но… к себе в студию она его не пустит.
Десятью минутами позже Эбби поняла, что Эсме устала. Комната по-прежнему была переполнена людьми. Эбби в растерянности поймала взгляд Эдриана и обвела глазами комнату, а затем, покосившись на Эсме, выразительно посмотрела на него. Поджав губы, он кивнул. Эбби не поняла, как ему это удалось, особенно учитывая подозрение, с которым к Эдриану относились люди в комнате, но через пять минут гости уже расходились. И ни один из них даже не заподозрил о том, что его выгнали.
Эбби не могла не признать: в том, чтобы иметь дома прирученного волка, были свои преимущества. Женщина опустилась на стул рядом с Эсме, и тетя и племянница переглянулись.
– Слава богу – и Деа, – что они наконец-то ушли, – вздохнула Эсме. – Такой толпы у нас не было со дня твоего рождения.
– Да и тогда, наверное, было меньше народу.
Предвкушение скандала манило публику куда сильнее, чем обычный день рождения.
Эбби слышала, как захлопнулась входная дверь. Секунду спустя в комнату вернулся Эдриан. Он остановился у входа и улыбнулся – сначала Эсме, потом Эбби, вперив в ее глаза свой янтарный взгляд. Он стоял в проходе, элегантный, опасный и невообразимо самоуверенный. И правда, волк.
К сожалению, он был не приручен.
Следующим утром они проснулись под стук капели. За завтраком было слышно шуршание – снег соскальзывал с крыши. После чая с тостами Эбби подошла к входной двери. Эдриан, позавтракав куда более плотно, последовал за ней.
Распахнув дверь, Эбби выглянула на дорогу.
– Лед сошел.
Глянув поверх ее головы, Эдриан увидел две глубокие колеи, показавшиеся из-под снега там, где уже проехала чья-то повозка.