Всегда только ты (ЛП)
Фрэнки смотрит на меня, положив ладони на мою грудь. Время замедляется, из звуков слышен лишь рёв океана вдали и наше размеренное дыхание. Она осторожно заводит пальцы под мой пиджак и скидывает его. Сдёрнув рукава с моих рук, она бросает его на стул рядом. Я смотрю на неё, снимая галстук и быстро расправляясь с оставшимися пуговицами. Фрэнки торопит меня, дёргая ткань, пытаясь стянуть нижнюю майку.
Когда я оказываюсь голым по пояс, она прижимается горячим поцелуем к моей груди, царапает зубами сосок.
— Боже, — я стискиваю её волосы в кулаке, прижимаю к себе.
Фрэнки отстраняется, и я справляюсь с её маечкой, стянув ту через голову. При виде неё из моей груди вырывается стон. Она такая красивая. Дух перехватывает куда сильнее, чем я мог себе вообразить. Я смотрю на неё, и моё сердце оглушительно колотится. Мягкие груди с напряжёнными сосками. Длинные мышцы, безумно привлекательный изгиб бёдер. Золотистая кожа. Я провожу ладонями по её талии и вздыхаю. Она такая мягкая.
— Ты такая красивая, Фрэнки. Просто невероятно красивая.
Она улыбается и привстаёт на цыпочки, даря мне долгий, медленный поцелуй.
— Снимай одежду, — шепчет она, опять опуская руку к пряжке ремня. — Я хочу на тебя посмотреть.
Я скидываю брюки и боксёры-брифы, снова подхватываю её и несу к кровати. Аккуратно уложив её, я стою рядом.
Она прикусывает губу, пока её взгляд бродит по моему телу.
— Сорен. Ты великолепен.
Её бёдра потираются друг о друга, пока она смотрит на меня. Я развожу её ноги и сжимаю себя в кулаке; медленное движение рукой по всей длине члена порождает хриплый стон, пока я смотрю на неё. Свирепая, примитивная сила побуждает меня прикасаться к себе, пока я смотрю на самые интимные её части.
— Вот что ты делаешь со мной, Фрэнки. Ты делала это годами. Делала меня таким твёрдым, что я изнываю.
— Ну, это кажется справедливым, — отвечает она будто в трансе. Она смотрит на мою длину, пока я работаю кулаком; её глаза широко раскрыты, губы приоткрылись. — Учитывая, что я слишком долго была позорно влажной в твоём присутствии. Ты вообще знаешь, как некомфортно ходить в промокших трусиках, Рен?
У меня вырывается рычание. Опустившись на нее, я просовываю руку под её спину и подтягиваю выше по кровати вместе с собой, устраиваясь между её бедер.
— Сейчас будет признание.
Её ладони поднимаются по моим рукам и обхватывают мою голову.
— Я слушаю.
— Я ужасно боюсь, что всё это будет катастрофой.
Она смеётся и целует меня.
— Это невозможно. Это же ты и я. Мы разговариваем. Показываем друг другу, что нам нужно.
Я нагибаюсь и целую её, растеряв слова. Моё сердце грохочет в груди, плечи напрягаются от тревоги. И словно почувствовав это, ладони Фрэнки скользят по моей спине и принимаются мягко массировать плечи.
— Посмотри на меня, — шепчет она, убирая мои волосы от лица и улыбаясь мне. — Доверяешь мне?
Я киваю.
— Хорошо. Я тебе тоже доверяю.
Мы с Фрэнки уже поговорили о предохранении. Проверились и показали справки. Согласились, что не хотим, чтобы нас что-то разделяло. А значит, ничто не мешает нам наконец-то соединиться так тесно, как только физически возможно соединиться двум людям.
Взяв её руки в свои, я завожу их за её голову. От этого её груди приподнимаются, становится заметнее изгиб рёбер и впадинка между бёдрами, ждущая меня. Я опускаюсь на неё, удерживая взгляд.
Медленно, не дыша, я проникаю в неё буквально на несколько сантиметров и останавливаюсь. Фрэнки хватает ртом воздух, зажмурившись. Это не похоже на всё то, что я испытывал прежде. Тепло, тесно, невероятно гладко и в то же время как будто нет.
— Ты в порядке? — шепчу я.
Она лихорадочно кивает. Затем качает головой.
— Ты огромный. Это всё равно что пытаться загнать грузовую фуру в малюсенький переулок.
Я смеюсь, не отрываясь от её шеи.
— Прости. Я буду действовать медленно. Хочу, чтобы тебе было хорошо, — шепчу я.
Она нежно целует меня.
— Об этом я не беспокоюсь, — шепчет она в ответ.
— Хорошо. Хоть кто-то из нас двоих не беспокоится.
У неё вырывается смешок, и мне приходится стиснуть зубы из-за того, как её тело напрягается вокруг меня.
— Просто дай мне, типа… пять часов, чтобы привыкнуть, — бормочет она.
— Мне повезёт, если я продержусь хоть пять минут, Фрэнки.
— Пока можешь, двигайся медленно, хорошо? — шепчет она. — Так лучше. Нежнее. Вот так.
По её подсказке я ослабляю хватку и отпускаю её руки. Схватив меня за задницу, она направляет меня, отводя свои бёдра назад, а затем приподнимая вперёд. Весь воздух шумно вылетает из моих лёгких.
— Боже, ты ощущаешься невероятно, — я накрываю её губы своими, целуя, пробуя на вкус, деля один воздух, пока я следую за её ритмом и инстинктами своего тела. Я отстраняюсь и беспомощно стону, вновь проникая внутрь.
Держа вес на локтях по обе стороны от её лица, я целую её шею, подбородок, губы, наконец-то погрузившись так далеко, что чувствую — глубже войти не получится.
Фрэнки ахает. Я рефлекторно отстраняюсь, но она останавливает меня, хватая воздух ртом.
— Всё хорошо. Продолжай, ладно?
Нужда моего тела толкаться и вбиваться берёт верх. Это слишком резко, слишком чересчур.
— Я не хочу причинить тебе боль.
— Не причинишь, — нежно говорит она, снова скользя ладонями по моему заду, направляя меня, притягивая к себе. — Обещаю, не причинишь.
Волны мышц сжимаются вокруг моего члена. У меня вырывается вздох, когда я отстраняюсь, затем вхожу в неё в размеренном и медленном ритме. Я чувствую, как по моим ногам будто пробегают искры, свирепая потребность в движении направляет меня.
— Ещё, — шепчет она. — Ещё.
Мы стонем в губы друг друга, пока я толкаюсь в неё, а Фрэнки крепко меня обнимает. Её бёдра двигаются в ритме с моими, сначала медленно, затем нетерпеливо. Ускоряясь.
— Быстрее, Рен, — хрипит она. — Быстрее.
Последние нити моего колебания лопаются, выпуская поток нужды. Я нахожу большим пальцем её клитор и размеренно потираю в ритме с каждым толчком. Быстро. Намеренно. Шлепки кожи по коже, тихий ритм её вскрикивания. Снова волны, трепещущие и слабые, дразнящие спазмы по всей моей длине, пока наши тела движутся вместе.
Я уже так близок, что мне приходится остановиться. Ещё один толчок, и я сорвусь. Погрузившись в неё, я целую груди Фрэнки, грубо сосу её соски. Моё тело дрожит, пока я сдерживаюсь.
— Рен, всё хорошо, — мягко говорит она. — Ничего страшного, если ты кончишь. Ты уже довёл меня…
— Нет, — бормочу я в её кожу. — Я хочу почувствовать, как ты кончишь со мной. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь на моём члене. Мне это нужно, Фрэнки.
Её тело крепче сжимается вокруг меня.
— Мне тоже, — тихо говорит она.
— Тогда позволь мне сделать это, — я дразню её клитор, посасываю соски и медленно двигаюсь в ней.
— Да, — тихо повторяет она. Её руки блуждают по моему телу, пока она извивается подо мной. — Уже близко, — бормочет она. — Я кончаю. О Боже…
Она содрогается подо мной, и хватка её тела резко сжимает мою длину. Я хочу замереть и смаковать каждую секунду, пока она разлетается на кусочки, но не могу. Мне нужно двигаться. Это непоколебимое требование, всепоглощающая нужда свирепо толкаться внутри неё, и вот молния простреливает мой позвоночник, и я вдалбливаюсь в неё с финальным рёвом.
Я проливаю своё семя так долго, что перед глазами уже начинают плясать звёздочки, и только потом мне удаётся вдохнуть. Фрэнки дрожит всем телом, пока я нежно целую её горло, подбородок.
Опустившись на Фрэнки, я поворачиваю её вместе с собой так, чтобы она прижималась к моему боку, а её больное бедро не лежало на матрасе и аккуратно покоилось на мне. Мои ладони бродят по её коже, губы прикасаются к щекам, и наконец наши рты встречаются, ладони нежно обхватывают лица, и мы оба протяжно и удовлетворённо выдыхаем.
Фрэнки приоткрывает глаза и улыбается со счастливым вздохом.