Жена хранителя теней (СИ)

Антариус задумчиво курлыкнул и повернулся ко мне хвостом.
— Тогда будешь жить в лесу, — пригрозила я.
После этого пернатое чудо, скосив на меня лиловый взгляд, душераздирающе вздохнуло, бочком, бочком придвинулось к Дану и милостиво протянуло ему крыло. А поняв, что Хранитель Теней не так страшен, как его малюют, Антариус взлетел ему на руки. Данриэль аж крякнул от такой радости, но на ногах удержался.
— Хм, то есть теперь я окажусь вне супружеской спальни? — с интересом спросила я.
— Я никогда не откажусь от тебя. Ни за какие блага, — уверенно произнес Дан и с улыбкой добавил: — Хотя очень грустно, что шоколадное печенье получили мои бойцы, но ни крошечки не получил я.
Тихо рассмеявшись, я предложила вернуться в замок. И, быть может, к ужину будет шоколадное печенье.
— Прикажу разжечь огонь в большой гостиной, — кивнул Дан. — Как я понимаю, о своем новом друге ты ничего не знаешь.
— Будем пить холодное молоко, есть вкусное печенье и рассказывать страшные истории? — предположила я.
— Вроде того. — Дан поудобнее перехватил жирненькую птичку и грозно цыкнул на закрытую дверь: — Открывайся!
В замке вокруг нас развели суету — все не находящиеся в Харн-Таэссе Тени собрались неподалеку, а Ринари, всплеснув руками, воскликнула:
— Небесный Странник! Уму непостижимо!
Тут я резко ощутила, что в моей голове ужасно мало информации. А ведь я все детство и юность — и вообще всю свою жизнь я провела в библиотеке. Наставница тут же меня утешила:
— Истории о Странниках записаны лишь в проклятых книгах. Только этот какой-то, мгм, крупненький.
Антариус возмущенно курлыкнул и уменьшился, став размером с цыпленка. Вот только филейная часть осталась такой же непропорционально большой.
— Лиа, — позвал меня Дан, — заберешь своего спутника? Венсар, у тебя еще пять часов.
Последняя фраза была произнесена убийственно серьезным тоном, и Тень покорно склонил голову.
Забрав птенца, я повернулась к Ринари и негромко произнесла:
— Я бы хотела побыть одна.
Наставница только понимающе усмехнулась. Она хорошо меня знала: я просто хотела, чтобы эти пять часов Ринари провела с Венсаром. Я и на минуту не допускала мысли о том, что с Зеркалом может что-то произойти, но… Но мне казалось, что этих двоих необходимо оставить наедине.
Правда, остаться одной у меня не вышло: у самых покоев меня перехватила Тильда и сообщила, что привезли ткани.
— Какие ткани? — оторопела я.
— Для ваших платьев, — удивилась Тильда и честно добавила: — Квэнти Ринари рассказала, что у вас нет собственных платьев. Алвориг Алсой приказал доставить в замок модистку и торговца тканями.
Я с сомнением посмотрела на птицу, которую держала в руках и Тильда, тут же добавила:
— Рона уже подыскивает достойные подушки для Небесного Странника.
— Ну, если достойные подушки, — вздохнула я, — то не смею отказывать.
Повернувшись, я последовала за проворной служанкой, которая увлекла меня в хитросплетения скрытых переходов.
Вышли где-то в северной части замка и тут же вошли в просторную, залитую светом комнату. Там была немолодая женщина с двумя юными помощницами, мужчина и двое юношей. Все они казались испуганными.
«Ну да, ну да, — скривилась я про себя. — Притащили бедных людей в логово Зла».
— Добрый день, — поздоровалась я, запихнув раздражение подальше.
Но ответа не услышала: люди уставились на птицу Антариус.
«Надо дать ему имя, — промелькнуло у меня в голове. — Может же у него быть имя?»
— Птица Антариус, — восторженно пискнула одна из юных помощниц модистки. — Он выбрал вас?
— Да, но боюсь, что его симпатии склоняются к Хранителю Теней. Дан с трудом убедил Небесного Странника, что мои руки ничуть не хуже, чем его.
Ответом мне стала пораженная тишина.
— Кхм, — откашлялся торговец тканями. — Я Ниорт Ранторн, купец. Позвольте показать вам ткани. Выбор невелик: Хранитель Теней приказал привезти только иренмарский шелк. А он не слишком популярен на Севере: больно уж дорогая ткань.
— Мы позволили себе разложить ткани по сочетанию цветов, — вступила очнувшаяся модистка. — Ох, простите. Меня зовут Лорейн Тесс, я, как вы уже поняли, портниха. Или модистка, если по-вашему.
 
— По-моему? — переспросила я.
— По-имперски, — смутилась Лорейн.
— Давайте скорее смотреть, — засуетился Ниорт Ранторн.
В этот же момент в комнату вошла Рона, а следом за ней двое слуг. Мужчины пыхтели под тяжестью ярко-алого кресла, в котором было уложено с десяток золотых подушек.
— Это лучшее, что нам удалось найти, — грустно поведала мне Рона.
И Антариус, будто чувствуя смущение и разочарование моей служанки, соскользнул с моих рук на пол и демонстративно вздохнул. Обреченно клекотнул и с крайне оскорбленным видом взлетел на эту гору золотых подушек.
«А может, это и хорошо, что я так мало знаю о Небесных Странниках? А то сейчас тоже ходила бы вокруг поганца кругами и не знала, как угодить», — подумала я и повернулась к Лорейн:
— Давайте начнем?
Предстоящее действо казалось мне скорее экзекуцией, чем удовольствием, но… Но я с головой зарылась в ворох нежной струящейся ткани и поняла: не могу выбрать. Я хочу вот этот нежно-голубой оттенок с тонкой золотой полоской. И вон тот фиолетовый с серебряной искрой. И этот, глухо-черный, но мерцающий на солнце мириадами ярчайших точек. И…
— Хранитель Теней сказал, что вы можете выкупить все, — шепнула Рона, когда увидела мое затруднение.
— Да мне, наверное, столько не нужно, — неуверенно произнесла я.
Могу ли я отдать целое состояние за иренмарский шелк? Все же… У меня ведь и правда есть что носить. Но так хочется! Но это расточительство. И все равно — хочется.
— Если мужчина сказал, что вы можете взять все, он имеет в виду, то вы должны взять все, — хитро улыбнулась Лорейн. — Иначе он может оскорбиться. К тому же мы подумали о том, о чем не подумал ваш супруг. И привезли нежнейший кружевной патин.
— Патин? — удивилась я.
— Ткань для нижнего белья, — подмигнула Лорейн. — Разные оттенки. От белого до пурпура.
— Пурпур мне ни к чему, — вспыхнула я.
— Отчего же? На такой нежной коже пурпурное кружево будет смотреться просто убийственно.
— Это же просто часть одежды.
— Давно ли вы замужем?
— Первый день, — откашлялась я.
— О, — многозначительно произнесла модистка. — Тогда просто послушайте совет старой портнихи. И отложите комплект до того момента, когда захотите его надеть. А вы захотите.
В общем, ткань для нижнего белья выбирать было не так приятно, как гладить отрезы шелка. И я постаралась побыстрее это все завершить. Тем более что птица Антариус начала как-то подозрительно кряхтеть и курлыкать.
— Может, он голодный? — трагично вопросила Рона.
— Квэнни, вы знаете, чем его кормить? — с надеждой спросила Тильда.
— Пшено? — предположила я и удостоилась презрительного взгляда птицы. — Мы можем отнести его на кухню и посмотреть, что он выберет. Но ему придется подождать, пока мы определимся с фасоном платьев.
Антариус распластался на своей горе подушек и свесил вниз крылья. Всем своим видом он показывал, что до момента голодной смерти остались считаные минуты.
Но я не позволила себе поверить в это лицедейство и спокойно отсмотрела каталоги, выбрала понравившиеся модели и отошла с Лорейн за шторку, где меня быстро, но тщательно измерили портновской лентой.
— Могу ли я попросить? — робко позвала Лорейн.
— Да?
— Посмотреть, как кушает птица Антариус, — выдохнула портниха. — Их ведь уже больше десяти лет нет на Севере. Они и раньше-то лишь высших целителей сопровождали, а теперь… Слухи-то ходили, что это…
 
Тут портниха прихлопнула себе рот ладонью, а я только вздохнула:
— Слухи… Разумный человек не верит в слухи. Идемте, Лорейн. Сами убедитесь, что в Таэсс-Харне нет зла.
В помещение кухни мы ввалились большой веселой толпой. А повара, как выяснилось, были уже готовы: на длинном рабочем столе, на парадном фарфоре, было выставлено все, что только можно найти на кухне. От круп до солонины, от лесных яблок до оранжерейных фруктов. Последние, к слову, были заботливо разделены на дольки.