Корнуолльские Ведьмочки и Аномальные Материалы (СИ)

Время до начала поединка отсчитывалось на большом иллюзорном циферблате, висящем над площадкой. За десять минут, когда трибуны заполнились, деканы Гриффиндора и Хаффлпаффа подняли перед ними волшебные прозрачные стены, которым предстояло защитить зрителей от возможных промахов участников. Снейп во главе с префектами в это время сгоняли особо любопытных младшекурсников, пытавшихся устроиться на стоящих возле дальних стен массивных шкафах, не прикрытых волшебным щитом.
На небольшом помосте, выступающем со стороны трибуны в цветах Гриффиндора, прохаживался необычайно серьёзный профессор Флитвик. Дождавшись, пока все усядутся, усиленным магией голосом он на весь зал объявил:
— В соответствии с традициями, хартией Хогвартса, с учётом уложений Магической Британии я, Филиус Флитвик, глава Дома Рейвенкло, выступаю в качестве Распорядителя и Судьи на сегодняшнем поединке чести, двадцать восьмого сентября тысяча девятьсот девяносто первого года, проводимом согласно правилам Ирландского дуэльного кодекса. Вызывающий Драко Малфой и вызываемый Невилл Лонгботтом, прошу выйти вперёд для подтверждения чистоты намерений…
Малфой и Лонгботтом обменялись точно выверенными коротким поклонами и подошли к трибуне Флитвика. Тот заклинанием опустил между мальчишками богато украшеный скипетр с хрустальным навершием в виде шестигранной пирамиды.
— …и поскольку дуэль у нас учебная я обращаю ваше внимание, что эта проверка показывает наличие опасных артефактов, зачарованных предметов, а также использование чар или зелий для смены облика — чтобы убедиться, что участники являются именно теми, за кого себя выдают. В таких случаях хрусталь темнеет. Это требование специально было внесено в качестве обязательного, чтобы избежать оскорбления возможным сомнением в честности одного участника другим — проверяются все и всегда, и исключительно распорядителем…
Малфой и Лонгботтом коснулись скипетра. Ничего не произошло.
— Чистокровный волшебник из рода Малфой и чистокровный волшебник из рода Лонгботтом принимаются в качестве достойных поединщиков согласно положениям Кодекса. Исходя из предварительных заявлений сторон, согласно Указа Визенгамота от второго апреля тысяча восемьсот сорок первого года, постановлено, что дуэль произойдёт без смертоубийства, с присутствием дипломированного колдомедика и в форме ограниченного применения заклинаний, а именно — не более двух с каждой стороны. Прошу выступить вперёд секундантов.
Грегори Гойл и Рональд Уизли также коротко поклонились друг другу, прежде чем поочерёдно коснуться парящего артефакта. Эрин отметила, что у дуэлистов приветствие вышло более аккуратным и элегантным, нежели у секундантов.
Навершие скипетра снова осталось прозрачным.
— Чистокровный волшебник из рода Гойл и чистокровный волшебник из рода Уизли принимаются в качестве секундантов согласно положениям Кодекса. В случае, если кто-либо из дуэлянтов не сможет по приемлемой причине участвовать в поединке или же результат дуэли окажется не определён, при том что оба участника не смогут её продолжить, секундантам будет положено сойтись в поединке или же заменить одного участника. До того секундантам запрещено как-либо проявлять себя в дуэли. Будут ли сделаны какие-либо заявления от участвующих джентльменов до начала поединка?
— Я готов принести свои извинения мистеру Малфою и мисс Паркинсон!
— Заявление принимается, — провозгласил декан Рейвенкло. — Мистер Малфой, вы желаете, чтобы извинения были озвучены сейчас?
— После поединка, — невозмутимо ответил Драко. — Если мистер Лонгботтом будет в состоянии произнести их.
Невилл тоже пытался казаться спокойным, но выходило у него не в пример хуже.
— Джентльмены — начинайте! — скомандовал Флитвик. — Напоминаю — два заклинания от каждого участника.
Ученики встали наизготовку. Невилл судорожно поправил якобы сползший рукав.
Свечение линий дуэльной площадки сменило цвет с белого на синий. Одновременно с этим иллюзорные часы, отсчитывающие время до начала поединка, сменились двумя гербами, символизирующими участников — чёрно-зелёно-серебристый со змеями и коричнево-лазурный с птицей.
 
— Про… — язык Драко чуть заплетался, а это значило, что противоядие Терри сработало как надо.
— Ак… — Невилл вёл палочку без спешки, старательно, как на экзамене под присмотром МакГонагалл.
— …тего!
Воздух перед Малфоем чуть задрожал. Приглядевшись, можно было различить что-то наподобие зависшего перед слизеринцем прозрачного баклера пяти футов в диаметре с неровными, струящимися краями.
— …ци-о…
Драко уже понял, что предположения Хиггса по части заклинаний его противника оказались неправильными. Но справедливо рассудив, что время размышлений прошло, решил довести исходный план до конца.
— Ин…
— Книззл!
Палочка помчавшегося влево гриффиндорца смотрела куда-то над призрачным баклером-переростком. Так что, из всех присутствующих, Малфой оказался единственным лишённым возможности лицезреть вылёт ошарашенного фамильяра мисс Киттлер с древнего тридцатифутового шкафа. Равно как и означенного фамильяра последующее — как позже уточнил Кевин Энтсвилль с Рейвенкло — баллистическое приземление.
На высоте двадцати пяти футов перепуганный книззл ушёл в пике. Кончики его вибрисс и кисточки на ушах были смяты и изуродованы ревущим ветром, трибуны и дуэлянты накренились и с фантастической быстротой вырастали в размерах, преграждая ему путь.
Шарожоп не умел останавливаться в полёте и даже не знал, как повернуть в такой ситуации.
Он закрыл глаза.
— …сендиа-А-А-А-А-А-А-А!!!
Так случилось в тот день, что незадолго до полудня Шарожоп, закрыв глаза, достиг скорости двадцать миль в час и под оглушительный свист ветра врезался в чистокровного волшебника одиннадцати лет Драко Малфоя.
Хотя последующим уверениям мисс Киттлер никто, положа руку на сердце, не поверил, звучали они довольно убедительно. Тем более, что точка касания Шарожопом дуэльной площадки — удержать заклинание первокурсник не смог и оно закономерно сорвалось — должна была лежать где-то чуть впереди туфель слизеринца, оказавшегося аккурат между ушедшим вбок гриффиндорцем и местом заслуженного отдыха упитанного книззла. Как бы то ни было, когти перепуганного зверя вполне ожидаемо встретились с Малфоем в нижней части спины последнего.
Заоравший от боли Драко выпустил из рук палочку, улетевшую в отгораживавшую зрителей волшебную стену. А Невилл… Мистер Лонгботтом просто стоял, опустив руку, и ошарашено наблюдал за результатом своего кое-как сработавшего заклинания.
— Акцио Книззл! — профессор Снейп развеял магический барьер своей трибуны и буквально оторвал от ученика истошно орущего Шарожопа, висящего вниз головой. Впрочем тот, прежде чем угодить в руки декана, напоследок ухитрился укусить лупящего его по спине кулаками Малфоя под коленку.
Мадам Помфри мгновенно оказалась около упавшего ученика, водя палочкой и бормоча медицинские заклинания.
— Мистеру Малфою нужно в Больничное крыло! — безапелляционно заявила она спустя несколько секунд и решительно вышла из зала. Воющий Малфой пролевитировал вслед за медиковедьмой.
— Я… это… извиняюсь… — ошеломлённо пробормотал Невилл в наступившей абсолютной тишине.
Над побелевшими линиями площадки развеялся герб Малфоев.
Внезапно раздались хлопки. Первым начал невозмутимый Хиггс, спустя мгновенье к нему, скривившись, присоединились Боул и Деррек, а ещё через секунду — Элли Преддек. И только после этого зал буквально взорвался аплодисментами, свистом и восторженными криками со стороны гриффиндорцев.
 
— Мисс Киттлер, заберите вашего… кота!
Книззл, которого Снейп держал за шкирку, невозмутимо висел на вытянутой руке зельевара с необычайно умиротворённым выражением морды.
— Там на полке ещё был как минимум кувшин, — сообщил Терри декану. — Который бы мог влететь Малфою по макушке, причём чуть пораньше…
— Или сама полка. Она ведь не закреплена?