Единожды солгав (СИ)

Коттеджный посёлок Солнцево располагался на другом берегу Волги, в престижном для застройки районе, вот только строить на этой земле мог только один человек. Михаил Барчук. Алёна не была с ним знакома лично, но знала, что ему принадлежит большой участок земли, растянувшийся вдоль правого берега Волги больше, чем на пятнадцать километров. Земля у Волги и без того стоила немалых денег, а Барчук ещё и добавлял конкуренции и цены, тем самым, взвинчивал. Трудно было представить, сколько у него на самом деле денег и земли. Об этом даже говорить было непринято. И застраивал свою землю он сам, для чего специально создал строительную компанию. Элитное жильё, с участками земли, с маленькими пристанями, с охраной по периметру. Несмотря на свою стоимость, дома распродавались быстро, уходили, как горячие пирожки на рынки мегаполисов, а стройка продолжалась и продолжалась. Совсем недавно по городу пополз слух, что Барчук выкупил у города ещё пятьдесят гектаров земли, чуть в стороне от поймы, и что он собирается строить спа-курорт. Слухи казались немыслимыми, и подтверждения до сих пор не находили, но всем было безумно любопытно. И поэтому, когда из столицы поступил очередной запрос на покупку дома в Солнцево, руководством было решено отправить на разведку именно Алёну. Все знали, что Барчук не терпит чужих на своей территории, особенно, когда объект продажи ещё не сдан в эксплуатацию, и поэтому Алёне необходимо было быть аккуратной, улыбчивой и не раздражать хозяина. Но она, если честно, надеялась, что с самим Барчуком лицом к лицу не встретится. Михаил Сергеевич человек занятой, и агент по недвижимости, даже элитной, не та персона, для которой он выделит хотя бы десять минут своего времени. Алёна этого и не ждала, вполне могла переговорить с кем-нибудь из его команды по продажам. Посмотреть объект и обсудить цену.
К воротам посёлка Солнцево подъехала за десять минут до означенного срока. На всякий случай сверилась с часами, со своими записями, после чего посигналила. Спустя полминуты к ней вышел охранник в чёрной форме, выслушал, кому-то позвонил, и, наконец, распахнул перед ней железные ворота. Алёна въехала на территорию, ехала очень медленно, с любопытством оглядываясь, несмотря на то, что посёлок ещё только строился. Дорога насыпная, разграничение участков весьма условное, некоторые дома без крыш и окон. Правда, чем ниже она спускалась к реке, тем приятнее глазу становился пейзаж и сами объекты продажи. Дома у воды были достроены, кое-где даже посажены жидкие кустики и деревца. Во дворах некоторых домов детские качели и горки. В переносных клумбах цвели петуньи, а на окнах колыхались занавески. Алёна заподозрила, что всё это для рекламы, ведь в посёлке ещё никто не жил.
Она подъехала к пристани, у которой на приколе стояли два катера, а чуть поодаль на земле несколько рабочих бытовок. Машину пришлось оставить здесь, Алёна вышла, ступила бархатными босоножками на пыльную дорогу, опустила к ним глаза и поморщилась. Потопала ногами, но этим сделала лишь хуже, потому что пыль поднялась в воздух.
– Вы из агентства? – услышала она голос. Обернулась и увидела молодого человека, что вышел из одной из бытовок, и теперь приглядывался к ней, приложив руку ко лбу и загораживаясь от слепящего солнца. Сегодня, кстати, было особенно жарко. Воздух раскалился, и даже ветерок с реки не спасал от палившего солнца.
Алёна направилась к нему навстречу.
– «Стоянов и партнёры», – громко ответила она. – Вы меня встречаете?
Молодой человек опустил руку, спустился по ступенькам. Разулыбался.
– Вас.
Молодой человек был приятной наружности, красиво улыбался и на строителя похож не был. Модная рубашка с коротким рукавом, светлые брюки, и подстрижен стильно. Алёна приблизилась и подала ему руку.
– Алёна, менеджер по продажам.
– Саша, – запросто представился молодой человек. Руку её пожал с удовольствием, не переставая улыбаться. Затем кивнул на её запылившиеся босоножки. – Вас не предупредили, что у нас стройка?
– Забыли, наверное, – в тон ему ответила Алёна. Опустила на нос тёмные очки и огляделась. Особой суеты и процесса строительства заметно не было, даже звуков никаких не доносилось. Тишина, благодать, птицы поют, а совсем рядом вода очень зазывно плещется. Из такой жары хотелось броситься в эту самую воду с головой. На пристани мужчина в шортах и футболке что-то делал у одного из катеров.
 
– Я, можно сказать, ваш коллега. Из отдела по продажам.
– Очень приятно. Вы получили на почту наши предложения?
– Да. Получили, почитали. Насколько понимаю, вас интересуют два конкретных дома?
Алёна кивнула. Принялась листать папку с документацией, но Саша, вместо того, чтобы обратиться в слух и сосредоточиться на деле, махнул рукой мужчине на пристани. Громко поинтересовался:
– Ну что?
Мужчина поднялся в полный рост, Алёна кинула на него взгляд мельком, отвлечённая чужим разговором.
– Движку труба, – услышала она недовольный глухой голос.
Саша в ответ на это лишь руками развёл. А вот мужчина, не скрывая своего огорчения, выругался. Достаточно громко и неприлично для того, чтобы Алёна снова на него посмотрела. Высокий, плотного телосложения, растрёпанный и небритый. На расстоянии ему можно было смело дать лет сорок. Джинсовые шорты выглядят поношенными, а футболка растянутой. Она зачем-то окинула его фигуру более внимательным взглядом, вдруг поняла, что её внимание не осталось незамеченным, мужчина её тоже разглядывал. Это показалось неловким, и она поспешила отвернуться. Обратила внимание Саши обратно к бумагам.
– У нас предложение по двум домам. Но мне хотелось бы для начала их осмотреть. Клиенты просят более подробных фотографий, прежде чем самим выезжать на место.
– Конечно, пойдёмте. Кстати, не хотите водички? Жарко сегодня.
– Нет, спасибо. Хочу всё побыстрее закончить и вернуться в город, к кондиционерам.
Саша рассмеялся.
– У нас тоже есть кондиционеры, не переживайте.
Он не обманул. Ступив под крышу первого дома, Саша поспешил включить подачу холодного воздуха, и дышать стало легче. Алёна ходила по комнатам, делала снимки, смотрела из окон, разговаривала с Сашей, но тот казался несколько легкомысленным. Словно у него не было особой потребности продать этот дом, или любой другой, и вскоре Алёна поняла почему. Когда она озвучила цену, что предлагал клиент, Саша широко улыбнулся, сложил руки на груди и объявил свою. На тридцать процентов дороже.
– Мы предлагаем хорошую цену, – мягко возразила Алёна. Она ходила по огромной кухне с панорамными окнами, проводила рукой по мраморной столешнице и разглядывала стены с эксклюзивной лепниной под потолком. – И я не предлагаю вам соглашаться прямо сейчас. Передайте руководству, пусть примут решение…
– Мне нечего им передавать, Алёна. У этого дома есть цена. Как и у всех остальных. И они стоят столько, сколько мы озвучиваем. Меньше они стоить не будут.
– А, по-моему, вы чересчур категоричны. Рынок в последний год заметно просел и…
– Не нужно рассказывать мне про рынок недвижимости. Мы-то с вами понимаем, что мы не строим панельное жильё, а вы не торгуете вторичкой. Ваши клиенты хотят приобрести большой коттедж у Волги, со своей пристанью, наверное, собираются покупать яхту. Они хотят жить в элитном посёлке. Значит, у них есть на это деньги. Право слово, Алёна, некрасиво торговаться. – Он улыбался ей, настолько завлекательно, что это было неприлично. Алёна даже засмотрелась на красивую мужскую улыбку, и готова была рассмеяться, отвести глаза, изобразив, что впечатлена его навыками флирта. Но тут входная дверь хлопнула, и спустя пару секунд на кухне появился мужчина с пристани. Остановился в дверях и хмуро на них глянул, вроде как заподозрив их в чём-то неприличном. Оказавшись с ним почти лицом к лицу, Алёна поняла, что не ошиблась с возрастом, мужчине было не меньше сорока. Тёмные волосы топорщились на макушке, и явно нуждались в стрижке. Щетина едва ли не недельной давности, губы недовольно поджаты, а во взгляде раздражение и нетерпимость. Он снова уставился на Алёну, а та вдруг поняла, что стоит в не слишком удачной позе. Мужчина поймал её в тот момент, когда она уже приготовилась ответить на Сашин флирт, развернулась к тому в полкорпуса, демонстрируя фигуру в самом лучшем ракурсе, и уперев одну руку в тонкую талию. Да так и застыла с приклеенной улыбкой, потому что обернулась к объявившемуся внезапно гостю, или кем он тут был, а ему её лучезарная улыбка была, судя по всему, без надобности.