Принцесса для строптивого дракона (СИ)

А вопрос с четвертым курсом решился быстро, вскоре после того, как я отписала Криферу. Оказывается, Фидди, староста пятого курса, был обязан регулярно лично отчитываться перед ректором о прохождении практики. Он появился в Академии через неделю после первого письма Райли и устроил показательный класс сильнейшего дракона в стае. Никто не знает, что там произошло, но после этого, случаи гонения на мелочь растворились сами собой, точно никогда их и не было.
А у нас начались полеты с вышки, то, что я ждала с первого дня. Жавелия четко дала теорию, и бросила нас в омут, с ходу, чуть ли не силой сталкивая с высоты посадочной площадки драконьей башни в небо.
Вначале было страшно, а потом я испытала восторг. Не знаю, научил бы меня во дворце этому мэтр Карн. В Ларгандии не особо занимаются драконицами, давая им лишь необходимые навыки. Здесь же я испытала то, о чем раньше никогда не имела представления.
Так прошел мой первый месяц без Райли.
  
Глава 27
 
— Вставай! Ли, я тебя сейчас покусаю, — Мия кружила надо мной пчелой, не давая возможности досмотреть сон, где мы с Крифером летали над океаном.
Я вырвала из-под себя подушку и с силой отправила ее в полет по направлению к любимой подруге.
— Отстань!
— У тебя завтра первый проверочный зачет, — увернулась ведьма. — Идем в библиотеку.
Я вскочила. Да, скоро мой первый зачет, а потом — экзамены.
— Вначале в столовую, — буркнула и убежала в ванную.
В столовой чувствовалось некоторое оживление. Адепты сгруппировались и что-то обсуждали. Мы подсели к Вильде.
— Что-то произошло? — Спросила я, оглядывая зал.
Вильда пожала плечами.
— Говорят, оборотень пропал с третьего курса. Исчез из лаборатории.
— Ого, — мы переглянулись. Я увидела входящих в столовую наших парней-оборотней Остина и Ивена. Махнула им, и они подошли, сели за наш стол.
— Что случилось? — Мы с Мией склонились ближе. Парни выглядели не веселыми, и, пожалуй, я впервые видела их такими.
— Земляк пропал. Хоть и пума, но хороший парень.
— Как пропал?
— Непонятно как. За территорию не выходил, в последний раз видели в лаборатории, готовил отвар для весеннего оборота.
— Что за оборот? — Мы втроем переглянулись, а парни криво ухмыльнулись.
— А не рано вам такое знать?
— Давай без нравоучений, папочка, — ехидно повела бровью Вильда.
— Ладно, как хотите, если вы уже выросли, детки, то… — Остин, наш веселый и задиристый оборотень, каким я его знала, вдруг на глазах неуловимо изменился. Точно вырос из детских штанишек и за минуту повзрослел. Его лицо стало непроницаемо тяжелым, злым, как и бывает у волков.
Мы мало знали оборотней. В Академии их было не так много, и они держались особняком, не вливаясь в группы или компании. И лично мое представление о них, как оказалось, было поверхностным.
— Видите ли, драконицы, каждую весну у самок-оборотниц случается неконтролируемая течка, — сказал он, оглядев нас. — Чтобы сдержать зов плоти, мы носим амулеты. Но случаются срывы, и среди нас, парней, и среди девчонок. Сами прыгают, стелятся под самцов… Ничего? Я не шокирую?
— Не-е-е… — мы втроем ошалело помотали головами.
— И вот, — продолжил он. — Недавно, такой срыв случился с одной второкурсницей. Она разбудила плоть самца, а потом сказала, что в этом виноват он. У нас было разбирательство.
Мы переглянулись, никто из нас ничего подобного не слышал.
— Удивлены?
— Да, — мрачно ответила Мия. История действительно неприятная.
— Так вот, самку хотят отослать в общину, а парня грозят наказать по законам стаи. Ему грозит отлучение.
— Подожди, — вдруг вспыхнула Вильда, ее глаза не по-доброму загорелись, высвечивая драконий блеск. — Ты сейчас просто защищаешь парня? Откуда появилась теория, что это она спровоцировала этот… ну, как его. Зов.
Остин ощерился, мне даже показалось, что я увидела острые кончики клыков.
— Считаешь, что я вру?
— Нет. Но выглядит предвзято.
— А как ты думаешь, откуда нам всё известно? Она вешалась на него, как кошка, проходу не давала…
 
И я вспомнила случай, осенью, когда мы все стали свидетелем боя волков с серебристыми пумами, на далекой поляне. Уж не про ту ли девчонку он сейчас говорит? Кажется, ее звали Хильда.
— Погоди, Вильда, — остановила я ее. — Я тебе потом кое-что напомню.
— Да погодите вы, — раздраженно перебила нас Мия. — Ты сказал, парень пропал из лаборатории. Как так? Что он там делал?
— Всё знать хочешь? — Подмигнул подруге Остин. Я заметила, он давно на нее поглядывает. Конечно, ему обломится, но все равно, мне не нравились его взгляды, какие он кидал на нее. — Могу поподробней рассказать. Где-нибудь в уединенном месте.
— А ты глуп, — спокойно перебила его я. — Меры не знаешь, умом не пользуешься.
— Это ты о чем? — Опасно опустил голову парень. Вот не хотела ругаться.
— Что за намеки моей подруге? Я и обидеться могу. Пожалеешь.
Остин вспыхнул, но, получив предупреждающий щелчок в лоб от Ивена, потух.
— Не обращай внимание, Мия, — сказал он Мие. — Остина заносит в последнее время. Весна скоро, — и парни заржали.
— А зря, я могла бы помочь. Действительно, не хочешь зла — не делай добра, — фыркнула подруга.
— Да что ты можешь? Изменить природу маковых настоев на заговоренных субстанциях с заклинаниями древних? — Остин презрительно фыркнул. А Мия — моя добрая Мия вдруг склонилась над столом и зло, с презрением сказала.
— Не тебе такие вещи говорить, пацан. — А потом еще тише шепнула. — Воолохи ваулла риа такстреена-а… — И по волосам парня пробежала волна мерцающих искр. Остин окаменел. Натурально окаменел, точно памятник… а Мия расхохоталась. — Не бойся, не обижу щенка. Пух!
И Остина отпустило, он ошалело дернулся и уставился на Мию дикими глазами, в которых читался страх.
— Ты?…
— Я. Да не бойся так. Моя защитница фея Одейна не велит обижать зверя, только если он сам не нападет. Тогда да, шерстку-то приглажу, не сомневайся, потом долго забудешь и про зов, и про девочек. Пойду я. Ты когда придешь в библиотеку? — Она посмотрела на меня, как ни в чем не бывало, точно не было этой странной сцены с окаменением парня.
— Иди. Я сейчас, — ответила ей.
Она ушла, а мы с Вильдой тихо, зловредно начали хихикать, не спуская с оборотня насмешливых глаз.
— Ну, что, Остин, обжегся? Следующий раз думай, зачем тебе голова.
***
Я нашла ее в библиотеке, в глубине зала, где она уткнулась в какой-то старинный фолиант.
— Это что за рукопись? — Спросила я Мию. Она оторвала взгляд и подняла голову.
— Да так, кое что, что могло бы помочь найти парня.
Я села рядом, помолчала, потом тихо уперлась подбородком в ее плечо.
— Все таки, ты хочешь им помочь?
Она немного помолчала.
— Мне это интересно с точки зрения учения феи Одейны. Хоть оно и объявлено зловредным, сама знаешь, — с горечью усмехнулась она.
— Понятно, — кивнула я, хотя внутренне была с ней не согласна. В Академии и без Мии разберутся, а помогать хамам — не достойно. Впрочем, я рассуждала как драконица. А у них, у адептов феи Одейны, возможно, другие принципы и убеждения.
Я перевела взгляд и вдруг увидела за стойкой неизвестного человека. Старенькая библиотекарша, мэтр Финчер что-то объясняла невысокому, худому человеку с удивительно неприглядной внешностью. Он был настолько непримечательным, что я поморгала глазами. А потом он посмотрел на меня… И я вдруг подумала, что знаю его.
Да ну! Откуда? Ерунда!
— Ты так и будешь глазеть? — Ворчливо покосилась на меня Мия.
— Ага, — я встала, направилась к стойке.
— Верда, — старая Финчер поправила монокль и сделал пас рукой, забирая из пространственного каталога мою карточку.
Эта женщина поражала меня своей необыкновенной памятью. Ей достаточно было один раз пообщаться с адептом, и всё, она запоминала историю его жизни как свою собственную, знала все книги, какие он брал, рефераты, которые он писал в Академии. А если поспрашивать, то окажется, что ей известна и его родня до десятого колена.