Цепь хозяина (СИ)

Грубый толчок, и Сара оказалась на постели под нависающем над ней чудовищем.
— Снова скажешь, что это влечет наказание?
— И буду повторять до тех пор, пока ты это не уяснишь.
Грубым движением Человек сорвал с нее нижнее болье и перевернул на живот, до боли стискивая бедра и наваливаясь сверху.
— А, по-моему, ты только еще больше провоцируешь меня. Признай, что тебе нравится, когда я нарушаю твои правила?
Треск ткани по швам и знакомая боль вторжения на сухую. Если Человек в маске наказывал ее таким образом, он никогда не дарил ей наслаждения. Порой он был в ярости и намеренно делал больно, травмировал. Но это было только в начале… И даже наказание теперь дарило какое-то особое извращенное удовольствие, что так легко читалось по затуманенным голубым глазам, преданно смотрящим прямо на Человека.
Они уже полчаса лежали на постели, покрытые лёгкой испариной и пеленой усталости. Каждый погрузился в свои мысли. Тишина была нерушима, пока не послышался задумчивый тихий мужской голос.
— В нашу первую встречу твой спутник сказал, что чаша находится в тебе. В этих словах был смысл?
Лежавшая рядом Сара, которая послушно прижималась к мягкой расплавленной коже, тихо рассмеялась.
— Да, был такой прецедент. Однажды Влад похитил монету первых цыганских ведьм. Он никогда не баловал меня заботой. Монету срочно нужно было куда-то спрятать, и он не нашел ничего лучше, как вшить ее мне в живот, решив, что я от этого все равно не умру, а его реликвия до продажи пробудет в целости и сохранности.
— И твое тело не отторгло ее?
— Пара гнойных воспалений, но монета осталась в сохранности. — Сара снова рассмеялась, словно говорила вовсе не о себе; перевернулась и легла на грудь Человека, преданно смотря в его серые глаза. На уродливом лице вырисовалась усмешка.
— Где же тогда по-настоящему находится Чаша Фавна?
На лице Сары расплылась предвкушающая улыбка, а в глазах заблестели дьявольские огоньки.
— В сентфорском лесу.
***
Шоу, как всегда, было на высоте. Чудики веселили публику до колющих спазмов в животе. Люди даже не представляли, что видят перед собой самих же себя. А чудики от этого бесновались только больше. Они-то знали, что находились по другую сторону. Они стояли на самой первой ступени всеведения, были приобщены к чему-то вечному, наполненному для них одним единственным смыслом.
Но Сару что-то тревожило. В этот день она как-то особенно ощущала цепь у своего горла, металась из угла в угол. Она надеялась, что шоу принесет долгожданное удовлетворение, но этого не случилось. Напряжение стало только ещё больше нарастать. Взгляд из-под ее маски скользнул по зрителям, и только она оказалась на сцене, как ее привлекло нечто знакомое во втором ряду. Сердце пропустило несколько ударов и ухнуло вниз. Виски начало сдавдивать железным кольцом. Женщина… Там сидела обыкновенная женщина, но Сара в миг узнала ее глаза. Королева цирка с трудом выдавила слова приветствия, которые вышли как-то так скомканно и неуверенно, что зрители остались в недоуменном молчании. Сара тут же сбежала со сцены и скрылась за портьерами. Но за ними Человек в маске резко перехватил ее за руки и притянул к себе, недовольный её оплошностью и непонимающий причины ее странного поведения.
— Что случилось?!
— Она здесь! Клянусь тебе, я узнала ее! Это она!
— Кто?
Тем временем на втором ряду сидела почти ничем неприметная старая женщина, добродушно улыбающаяся, с седыми волосами, собранными в прическу. Она поправила свое чёрное платье, аккуратно разглядила его на коленях, потом взмахнула кистью руки в воздухе и вдруг неожиданно исчезла из зрительского зала, собравшись по чёрным крупицам уже закулисами, прямо перед королевской парой этого цирка.
— Ну здравствуй Сара.
Кто бы мог подумать, что эта милая старушка — та самая ведьма, к которой два века назад и забрела заблудшая душа в поиске спасения любимого. Сара была права — лишь глаза в этой женщине выдавали ее истинную природу. Кто видел их раз, не узнать их уже было невозможно.
 
Комментарий к Эпилог 1. Чаша Фавна.
При описании воображаемой Сарой “вакханалии” почему-то так и видел сцену из финала романа Патрика Зюскинда “Парфюмер”.
Планируется продолжение эпилога.
========== Эпилог 2. Всевластие. ==========
***
— Ммм… Таки узнала меня?
Сара дрожала всем своим телом перед этой совсем внешне безобидной и даже очень доброй на вид старушкой. Руководствуясь каким-то животным инстинктом девушка прикрыла своим плечом Человека, отступая назад, как и любое животное перед кровожадным хищником.
— Что тебе нужно?! Я с тобой ничем не связана!!!
— Ошибаешься, дорогая. Это я тебе даровала вечную жизнь и силу, если ты помнишь…
— Это было проклятье, благодаря которому ты тоже набралась сил и стала ещё могущественнее!
Милая старуха вдруг рассмеялась, нечеловески выгнувшись назад. Потом вдруг резко выпрямилась, и улыбка сошла с её губ.
— Вижу, от предыдущего Владельца ты, наконец, избавилась? Смышленая девочка. Я предполагала, что тебе понадобится больше, чем два века. Нашла себе нового Хозяина? Как интересно…
— Не смей даже приближаться к нему! — Сара заслонила своей спиной Человека, готовая сражаться за него до смерти, как верная преданная собака, которая не останавливается даже перед хищником, во много раз превосходящего её размером. — Тебя это не касается! Оставь нас в покое!
Снова страшный смех и глаза ведьмы вдруг помутнели, зубы искривились.
— Интересно, это говоришь ты, или же в тебе говорит зов цепи? Уверена ли ты в своих чувствах? Возможно, они вовсе не твои…
— Убирайся к черту!
— Не волнуйся, Сара. Я пришла лишь потому, что почувствовала, что цепь была разорвана. Хотела посмотреть, что с тобой стало… Если бы ты снова стала человеком, я бы сожрала тебя на завтрак, хрустя каждой твоей косточкой. Но ни ты, ни твой Хозяин не люди. Поэтому Вы мне не интересны.
Помни только одно: мотылёк, достигнув цели, часто умирает.
— Я уже давно не мотылёк!
Снова раскатистый страшный смех, который вызывал отвратительные мурашки по телу, страх и цепенящий ужас; и старуха растворилась в воздухе на тысячи чёрных лоскутов, которые исчезли следом, будто их и не было. Сара тут же обессиленно рухнула вниз. От падения её спасли лишь сильные руки Человека, бесстрашно стоявшего позади неё и заботливо подхватившего теперь её ватное тело. Только что они встретились с самим злом во плоти, которое могло их уничтожить лишь одним щелчком пальцев в воздухе. Но они были проклятыми, давно уже не были людьми — они и сами были частью тёмного потустороннего мира — проклятые скитальцы вечной ночи… Их души не представляли интереса для зла. Они сами были злом. И все же только что избежали самого страшного возможного исхода своего проклятого существования.
***
Сара и Человек, скрывающий свои шрамы на лице чарами, сидели в одном из летних кафе недалеко от побережья. Прошло несколько лет. Здесь на юге было так жарко порой. Мужчина повернул голову в сторону, рассматривая посетителей. Они сидели на террасе, откуда открывался потрясающий вид. За столиками сидели разные люди. Возле кассы образовалась небольшая очередь. Вдруг пухлая женщина в очках и зелёной кофте, с свисающим жирным животом, словно завороженная вышла из очереди в центр зала и стала бить себя по лицу и телу, крича какие-то гадости в свой адрес. Высокомерный и самодовольный взгляд Сары медленно проследил за взглядом Человека, и на её лице заиграла насмешливая улыбка, пока люди вокруг с искренним недоумением наблюдали за происходящим, пытаясь понять увиденное. Но уже через минуту многие из них достали телефоны и стали снимать, кто-то смеялся над сумасшедшей, и лишь единицы пытались ей помочь.
Сара высокомерно усмехалась. Она видела всех присутствующих насквозь. Та женщина в центре зала, что стала лишь первой мимолетной закуской для их фантазии на сегодняшний день, страдала сейчас за то, что была мазохисткой, соблазнившей мужа собственной дочери… Отвратительная душа! Мерзкая…