Гиртам. Последний в своём роде. Трилогия (СИ)

– Да прямо на месте и проведём, – невозмутимо ответил Асачи, – Там ничего сложного нет. По хорошему конечно нужно вживить концентратор в мозг, тогда система сможет воспринимать носителя как боевую единицу. Где кристаллы?
За разговором мы вернулись на борт Шиноко и я повёл архивариуса в грузовой трюм, где, под присмотром дронов, хранились концентраторы.
– И что это нам даст? – спросил я, заинтересовавшись словами древнего гиртама.
– Много чего, – ответил тот. В этот момент мы подошли к хранилищу и я откинул крышку на ближайшем ящике, – Какое варварство! – возмущённо воскликнул старик, по локоть запуская руку в россыпь кристаллов, – Перевозишь сверхсложные приборы, как обычные стройматериалы!
– Ты не ответил на мой вопрос, – напомнил я, игнорируя недовольство архивариуса. Нет, чтобы порадоваться моей предусмотрительности! Он и тут нашёл к чему придраться! – Много чего – это слишком размыто…
– Например интерфейс, как у твоего доспеха, – ответил архивариус, по понятным одному ему признакам, отсеивая красные капли в поисках подходящего для текущей задачи, – Или мониторинг состояния носителя главнокомандующим и даже возможность репликации при некоторых условиях.
– Не может быть! – не поверил я. Асачи спокойно рассуждал о воспроизведение разумных после смерти и считал это совершенно обычным событием, – Как у дронов? Мы сейчас точно говорим о живых существах?
– Психоэнергия способна на многое, – загадочно ответил Асачи. Он наконец определился с выбором и сжал в руке приглянувшийся кристалл. Кулак старика окутала голубоватая энергия и, дождавшись окончания процесса, он продолжил, – По сути, при полном контакте с системой идёт постоянная запись личности в общий поток. Как и любую запись её можно восстановить, но там тоже есть ограничения. Всего можно пройти через репликацию 13 раз, но 13 по согласованию с доминирующей матрицей. В любом случае это нет смысла обсуждать, потому что это возможно только в пределах планеты фокуса. В нашем случае это Струмэ.
– Ты сумел определить координаты?
– Это скорее предположение, но среди семи вариантов она наиболее подходит под требования системы. Где подопытный?
– В криобоксе, – поморщившись, ответил я. Последняя фраза архивариуса царапнула слух, но спорить о терминах было бессмысленно, тем более, что Асачи по сути был прав, – Идём.
В процессе разморозки старик счёл нужным описать порядок действий. Это было весьма своевременно, так как свою роль во всей процедуре я не особо понимал.
– Как только он бросится на тебя, прижми его к полу и зафиксируй, – наблюдая за индикаторами на крышке криокамеры произнёс Асачи, – Надеюсь у тебя хватило ума обезоружить своего друга перед заморозкой?
– Конечно! – кивнул я, – Только не думаю, что это нам поможет. Дикуэл обладает очень обширными знаниями по нанесению урона всем известным формам жизни.
– Значит будь внимателен, – невозмутимо ответил старик и нажал пару клавиш на панели управления устройством, – Бокс откроется на несколько секунд раньше, чем он придёт в сознание. Используй это время с умом.
– Может все‑таки стоит провести полноценную имплантацию? – выпуская энергощупы, предложил я.
– А если нам в ближайшее время ещё пару тысяч двуногих придётся обработать? – вместо ответа спросил архивариус, – Их тоже всех резать будем? Так проще всех Таалом напоить и подождать год‑другой!
– А может…
Договорить я не успел. Крышка отъехала в сторону и на меня, несмотря на все предосторожности Асачи, кинулся покрытый инеем Дик. Разума в его взгляде почти не было, но рефлексы уже работали. Если бы не скованность движений после анабиоза, выбить мне глаза спутник наверное успел бы, но его подвела скорость и я сумел перехватить щупальцем руку друга в нескольких сантиметрах от своего лица. Остальные конечности были зафиксированы мгновением позже и я поднял над полом агрессивно дергающееся тело.
– Мог бы и быстрее отреагировать, – недовольно проворчал Асачи, подходя к нашему странному дуэту.
Зажатый энергетическими отростками Дикуэл, рычал и бешено вращал глазами. Хорошо хоть плеваться и ругаться не стал…
 
– Давай родной, – ласково пробормотал старик, – Открой для дедушки Асачи ротик…
Дожидаться реакции на свои слова архивариус не стал. Скорее всего они вообще были данью извращенному чувству юмора древнего гиртама. Сухая рука схватила моего друга за подбородок и сжалась. В этот момент мне явственно послышался хруст челюсти и рот Дикуэла открылся.
Старик, свободной рукой, ловко засунул кристалл Таала за корень языка Дика и закрыл его рот, заставив сделать глотательное движение.
– Ну вот и молодец, – довольно проворчал Асачи, – Вот и умница. Как только вырубится – можешь отпускать, – бросил он мне.
Дикуэл рванулся всем телом и внезапно обмяк. Глаза человека закатились и он потерял сознание.
– Ты уверен, что все нормально? – спросил я, не рискуя ослаблять хватку.
– Конечно! – кивнул архивариус, – Сейчас система его перезагрузит и он придёт в себя или умрёт. В любом случае угрозы он больше не представляет.
– Ты не говорил, что он может умереть! – возмущённо воскликнул я.
– Слушай, не нервничай! Я тоже не каждый день вживляю концентраторы в тела не подготовленных двуногих! Все будет нормально! Положи уже его на пол и, ради всемогущего космоса, перестань задавать дурацкие вопросы!
Только после этого я понял, что все ещё держу распятое в воздухе тело Дикуэла и, осторожно опустив его у стены, стал с тревогой ждать результатов нашего эксперимента.
Следующие десять минут стали одними из самых длинных в моей жизни. Наконец Дик шевельнулся, одним рывком сел и схватился за голову.
– Хург, – простонал человек, – Пристрелите меня или дайте обезболивающее…
Архивариус, жестом фокусника, извлёк из своих одеяний излучатель и протянул его человеку.
– Очень смешно, – скривился Дик.
– Больше помочь ничем не могу, – пожал плечами Асачи и спрятал оружие обратно, – Ты попал под косвенное воздействие носителя доминирующей матрицы, поэтому смена вектора вызвала такие ощущения. Лекарства тебе не помогут, но, думаю, скоро эффект пройдет.
– Что я пропустил? – осторожно пытаясь подняться, спросил Дикуэл.
– Если вкратце, то мы в самой глубокой из всех возможных… – начал я.
– Можешь не продолжать, – жестом остановил меня друг, – Значит ничего не изменилось…
– Пошли уже, детки, – недовольно проворчал архивариус, – Обсудим все у меня в логове.
База древнего гиртама представляла из себя полноценный бункер со всем необходимым для продолжительной жизни. Хозяин убежища, по пути к жилому сектору, просвещал нас о назначении тех или иных помещений, но, по правде говоря, меня это особо не интересовало. Радовало, что скорость передвижения у нашей группы была гораздо выше, чем при первом знакомстве с ходячей легендой гвардейского корпуса.
Асачи привёл нас в изысканно обставленную комнату, где все смогли расположиться с комфортом. Мягкие кресла и диваны способствовали этому как нельзя лучше.
– Ну что ж, малыши, – первым взял слово старик, – Сейчас нам нужно придумать план, с помощью которого мы уничтожим пролезшего в наш круг Изначального.
– Видимо ситуация все‑таки хуже, чем я думал, – спокойно произнёс Дикуэл. За время пути он окончательно пришёл в себя и готов был вести конструктивную беседу, – Если мы говорим о том существе, которое сейчас считается императором, то без серьёзного флота ничего сделать мы не сможем.
– Тоже так считаю и уже говорил об этом, – кивнул я.
– Пока я тебя ждал на орбите Талора, заметил сильное оживление в системе, – продолжил Дик, – Мятежники стягивают все силы к столице. Прибыли силы нескольких корпораций и минимум два полных имперских флота и неизвестно сколько ещё доберутся до Талора, за время нашей подготовки.
 
– Никто больше не доберётся, – неожиданно ответил Асачи.
– Это ещё почему? – не понял я.
– У любого мира есть собственная ёмкость по обслуживанию кораблей, – начал объяснять архивариус и Дикуэл согласно кивнул, принимая правоту старика, – У Талора это две тысячи боевых кораблей. Можно и больше, но их будет сложно обслуживать и они будут сильно мешать друг другу во время боевых действий.