Яркие краски для Бесполезной (СИ)

Герцог довольно легко поднял тяжелое кресло и поставил его рядом с женой, Эйран передвинул свое поближе ко мне и уселся рядом.
«Н-да, не умеешь ты заводить себе союзников, — хмыкнула Тициана. — Герцогиню можно ведь было должницей сделать…»
— Милочка, скажи, это правда, что ты стала выращивать в своем поместье стеколку? — обратилась ко мне Аделоис.
— Да, когда я приехала в поместье, увидела витражи, что остались от прежней хозяйки, и решила тоже попробовать себя в этом направлении.
— И как? Нравится?
— Очень.
— А могу ли я сделать тебе заказ.
— Заказ? Простите, Аделоис. Я только начинаю. Не совсем уверенна, что справлюсь.
— Если не хочешь, так и скажи, — остановила меня Аделоис. — Знаю, что по принуждению ничего не получится толкового, но насчет «не справлюсь» не говори. Я получаю новости с островов. Твой витраж на морские ворота уже становится легендой.
— С чего вы решили, что это работа Миланы? — поинтересовался Эйран.
— Знаю, но свои источники не выдам.
— Вы хотите определенный витраж? — спросила я, понимая, что проще разобраться с заказом здесь и сейчас.
— Да, — Аделоис взяла свою сумочку и вытащила из нее небольшой кристалл. Активировав его, с помощью магии, заставила проявиться небольшую картинку и протянула ее мне. — Я хочу, чтобы ты сделала нечто подобное.
Это был старинный потемневший витраж. На зеленом поле стояла высокая красивая женщина, длинные золотистые косы опускались до самой земли, в руках она держала девочку. Малышка доверчиво прижималась к плечу Богини. То, что это было ее изображение, я даже не сомневалась.
«Ух, ничего себе! — изумилась Тициана. — Он все еще цел?»
— Откуда у вас это изображение?
— Мой дед заказал его у алиэри, что до тебя жила в «Тихом месте». Мы поддерживали его, сколько могли, но несколько десятков лет назад он окончательно замер. Стеколка вся потрескалась, и магия больше не держится в нем.
— Почему именно этот витраж? Вы же понимаете, я не смогу повторить так же…
— Сделай, как получится. В моем родовом доме этот витраж находился в центральном зале. Я дам тебе все размеры, заплачу, сколько скажешь…
«Сделай ей этот витраж, — попросила Тициана. — Я расскажу тебе после об этой семье».
— Вы хотели встретиться со мной из-за этого витража?
— Да. Я ведь не просто так стояла на лестнице. Я ждала новую хозяйку «Тихого Места».
— Хорошо, пришлите мне размеры. Быстро не обещаю, но постараюсь не затягивать.
— Вот и славно, тогда я, пожалуй, отправлюсь на отдых. Устала я от такой толпы, а вы попейте чаю. Уверенна, вам есть о чем поговорить.
Аделоис довольно быстро покинула нас, а у меня появилось желание сбежать следом. Ирис снова дырявила меня своим взглядом, а я упорно делала вид, что не замечаю этого.
— Алиэри Милана, — герцог первый нарушил тишину. — Прошу, продайте нам Омелиана. Я заплачу любую сумму.
— Я не продаю своих рабов, — заметила я.
— Но вы продали тех, кого выиграли для вас на вчерашней игре, — заметила Ирис, оборачиваясь на Лина.
— Да, потому что они сами этого захотели. Хотели вернуться домой.
— Омелиан, мой брат! Думаете, он не хочет вернуться в семью?
— Не хочет, — Лин больше не стал сдерживаться, пройдя в беседку, демонстративно уселся на пустое место Аделоис. — У меня нет семьи. Она вся погибла.
Ирис пораженно уставилась на него, видя, как тот протянул руку и, взяв пирожное со стола, целиком запихнул его в рот.
Эйран тихо фыркнул и, откинувшись на спинку кресла, уставился на представление, что решил разыграть Омелиан. Я сделала вид, что увлеклась чаем, позволяя этой истории, наконец-то, завершиться.
  
Глава 34 — Нападение
 
Мила
Пока все играли в гляделки, я, прикрывшись чашкой, устроила допрос Тициане.
— Тиа, что за история с витражом?
— Нетерпеливая ты. Витраж этот я сделала лично, в дар за жизнь моего Риана. Его отравили и я не знала, как его спасти. На тот момент я только знакомилась с энергией богини и не знала, что она может исцелять. Предполагаю, что как раз дед Аделоис, врачеватель Тиарам, оказался единственным человеком кто откликнулся на мою беду и помог вылечить любимого. В благодарность я создала этот витраж. Вроде и не магичила сильно, а в результате, он стал талисманом его семьи.
 
— Это как?
— Его жена не могла иметь детей, но мастер Тиарам очень любил её и оставался вместе с ней долгие годы. После появления витража в его доме, она забеременела и родила девочку. Алиэри, уверяла всех, что видела, как Богиня спустила девочку на землю, и та побежала к ней на руки. На сколько я слышала, вскоре, у них родилась еще одна дочь и видение перед этим было таким же.
— Здорово, но боюсь у меня не получится создать подобный витраж.
— Вернемся домой, богиня поможет. Семья то у них вроде хорошая.
— Уверена? Император ведь их наследник.
— А ты права, но думаю Аделоис просит витраж не для его детей, а для жены герцога.
— По мне, тоже не сильно симпатичная личность…
— Госпожа, попробуйте это с кремом. — Лин ел второе пирожное, а за столом царило молчание. — Вкусно.
— Ты проголодался? — я видела, как мальчик оценивающее посмотрел на блюдо с угощением. 
— Еще бы, пришлось стоять у стола с едой. Там такие запахи, и не захочешь, проголодаешься. Мы скоро домой? Май говорил, он нам в дорогу тоже что-то вкусное сделает. Они с Огнеславом сегодня в город выходили. 
Я обернулась на Эйрана, нам еще не пора?
— Я должна поговорить с братом! — голос Ирис был спокоен, а вот лицо выражало плохо сдерживаемое негодование.
— Лин? Вы еще не поговорили? — нахмурилась я.
— Если про то, что она хочет забрать меня себе, поговорили. Я ответил, что уже нашел свой дом и меня там все устраивает. Алиэри Ириcанна требовала, чтобы я снова стал ей братом, но я не хочу. Простите, госпожа, у меня появилось ощущение, что она не слышит моих ответов. Может, вы ей передадите сами? Возможно, как раб, я не устраиваю ее, как собеседник, но ради ответов я не собираюсь снимать ошейник.
— Прекрати! Омелиан! Я ведь искренне люблю тебя!
— И я также искренне отвечал вам, алиэри Ирисанна. За все время, что длится праздник, мое решение не изменилось и не изменится лет так тридцать, сорок. Наставник Гордон говорит, чтобы стать профессионалом и заслужить свободу, нужно время и упорство.
— Дайте ему свободу! — девушка покраснела, герцог тронул ее за руку в попытке успокоить, но Ирис оттолкнула его. 
— Я дам ему свободу, как только он попросит о ней сам. 
— Он всего лишь ребенок! Глупый, несмышленый ребенок, и не знает, что ему будет лучше! 
Лин захохотал.
— Я? Ребенок? Я перестал им быть ровно в тот момент, как меня бросили в реку, завернув в сеть с камнями! В тот день я потерял всю семью. Это стимулирует взросление. С того момента, я стал сам отвечать за свою жизнь и больше не позволю решать за меня.
— Это вы! — Ирис вскочила и ткнула в меня палец.
— Что я? — растерялась я от такой прыти, пять минут назад, чуть ли не помирала на руках у мужа.
— О-о, — довольно протянул Лин. — Я знаю. Сейчас она скажет, что это вы во всем виноваты, госпожа. Она часто так дома делала, не получая желаемого. Была хорошей доброй девочкой, а все остальные были виноваты. Не так поняли, не так сделали, не так отреагировали.
— Замолчи! Омелиан никогда бы так не сказал!
— Так ваш Омелиан умер, — жестко оборвал сестру Лин. — А тот, кто перед вами, никогда не был вашим братом. Оставьте меня и мою госпожу в покое. У вас, на сколько я вижу, новая семья, так и заботьтесь о ней. Любите мужа, родите ребенка, будьте счастливы. Я в этом участвовать не хочу.
— Алиэри Милана, прошу, позвольте моей жене и ее брату поговорить? — герцог перехватил жену за руку, заставляя ее тем самым сдержаться с ответом.
— Вы думаете, я против их общения? — возмутилась я.
— Просто прикажи Омелиану отвечать вежливо на все предложения алиэри Ирисанны, — вмешался принц.