Яркие краски для Бесполезной (СИ)

Измененные ошейники, контролируемые обернувшиеся, Мила, как приманка для этих зверей, принц и посол из Солдара, как первые цели проверки. Мысленно я уже потирал руки, понимая, каким образом можно все устроить так, чтобы за один вечер избавиться от всех конкурентов на божественную магию. Лишь один вопрос оставался для меня очень важным.
— Ты проделал огромную работу! — хвалил я Юрга, — Восхищаюсь твоим талантом и способностями. Трудно было создавать такой шедевр управления? Ты, наверное, создал абсолютно новый ошейник с нуля?
О, да! Ошейник подчинения и контроля. Он был важен для меня. Рабские ошейники создавались давно, и работали они исключительно на мужчинах или мальчиках. Если его надевала алиэри, он просто не срабатывал. Вообще! Тогда, узнав об этом, я не придал этому значения, но сейчас…
Милана была «Бесполезной». Алиэри, не желающей добровольно и в полной мере делиться своей силой и энергией. Но божественная сила принадлежала мне! Именно я понял, что она существует, я искал и нашел ее и не собирался больше упускать свои возможности. Раз девушка не желает отдавать свою силу, сделаем так, чтобы она захотела это сделать. Рисковать своей жизнью, тратить попусту силы и ресурсы я больше не хотел. Хватило опыта со Светланой. Проще создать ошейник для Миланы и сделать ее своей послушной куклой. Это избавит от проблем таких, как принц и посол.
Юрг, накачанный спиртным и лестью, выкладывал мне все свои наработки, зарисовывал магические схемы, рассказывал об экспериментах по подбору материала и созданию кольца хозяина. А я, записывая его слова, уже видел перед глазами новую империю. Мою империю. Тут не будет силы крови, чтобы сесть на престол. Главное — создать кольцо хозяина, а после… Я надену ошейник на каждого недовольного, а армия из обернувшихся оградит меня от соседей, хотя… Пройдет время и ошейников хватит на всех…
Мила
— Эйран! Пощади! Я больше не могу, — я задыхалась от смеха и танцев.
Принц, сверкая белозубой улыбкой, только напоминал, что, как только мы остановимся, нас возьмут в кольцо герцоги и сама хозяйка дома. И я соглашалась на новый танец и очередную историю о похождениях Эйрана на службе.
Время от времени он подхватывал меня и увлекал к столикам с закуской, где уже дежурил Омелиан. Стойко игнорируя свою сестру, он изображал раба, всецело преданного мне и вручал стакан с прохладным напитком и небольшим пирожным. Девушка-фея при нашем появлении хмурилась, но молчала, а, когда мы вновь возвращались танцевать, начинала что-то говорить мальчику, порой хватая его за плечи и пытаясь привлечь к себе внимание.
— Ему стоит поговорить с ней, — заметил Эйран, когда огласили, что официальная часть закончена.
— Омелиан сам решит, как ему поступать, — заступилась я за мальчика.
— Пока он не поговорит, — пояснил Эйран, — герцог Ромулос будет преследовать нас. Он ведь считает, что молчание Лина — это твой приказ.
— Я поняла, но все же… Если за столько времени эта девушка не нашла, чем тронуть сердце Лина, я не буду ему приказывать говорить с ней.
— Не жалко тебе ее? Она ведь ждет малыша. Герцог уже за нами так не гоняется, посмотри, он волнуется за нее. Да и она выглядит так, словно сейчас в обморок упадет.
— А по мне она хорошая актриса. Если беременность ей так в тягость, то надо лучше заботиться о своем здоровье и не ходить на такие шумные мероприятия. В этой ситуации мне жалко Лина. Я помню ту боль, что была с ним, когда я исцеляла его уши. Я чувствовала страх одиночества и беспомощности, когда он рассказывал, как остался один с маленьким братом в лесу, его загоняли, как животное… Жалко ли мне герцогиню? Нет. Она замужем за заботливым человеком. Она свободна, богата, успешна… А мальчики жили одни все это время. Эти проблески сестринских чувств меня не трогают. Я лично слышала, как кричал Лин по ночам, когда ему снились кошмары о прошлом. Он пережил достаточно, чтобы заставлять его делать то, что он не хочет. Если бы он не настоял, то сейчас тут бы стоял Огнеслав…
— Алиэри Милана! Прошу! Нам надо поговорить, — пока я отвлеклась, наблюдая за своим пажом, посол Горислав успел подобраться к нам и, встав практически в середине танцевального зала, привлекал к себе внимание.
 
— Не хочу! — кажется, такая ситуация уже повторялась пятый или шестой раз. Эйран крутанул меня и увел от посла в сторону. — Что? С ним тоже надо поговорить?
— С чего ты это решила?
— Герцог Ромулос и Аделоис не могут до нас добраться, ты уводишь меня раньше, но Гориславу уже какой раз удается это сделать.
— Не ожидал, что ты это заметишь, — раскаяния на лице Эйрана не наблюдалось, он только шире улыбнулся и объяснил. — Горислав — хороший человек. Мы знакомы с ним давно. Возможно, услышав историю о его императрице от него лично, почувствуешь ту боль от ее потери, как и у Лина. Они обожали свою госпожу. Она была для них жизнью, надеждой. Все их поступки были продиктованы желанием оградить ее от опасности.
— Даже если так, то какой мне резон с ним разговаривать? Он же опять будет говорить о своем императоре и замужестве.
— Он — возможный союзник. Еще одна стена между тобой и маршалом.
— Мне одной вполне хватает. Ой!
— Что?
— Прости, все нормально. Сережка, видимо, за волосы зацепилась. Дернула больно.
Эйран чуть склонил голову, пытаясь разглядеть, что с серьгой, а я, отвернувшись, перешла на молчаливую речь.
«Тиа, ты чего дерёшься!»
«Пытаюсь предотвратить твою глупость. Если есть возможность получать союзников, надо этим пользоваться! Посол Горислав говорит не только от своего имени, но и своей империи. Поговори с ним! С тебя не убудет».
— Сильно больно? — поинтересовался Эйран, разглядывая мое посерьезневшее лицо.
— Уже все прошло, не беспокойся. Меня ведь в покое не оставят, пока не поговорят? Да?
— Горислав точно, герцог сейчас уже больше за жену переживает. Аделоис намеренна с тобой пообщаться именно сегодня. И герцогиня, мать Тэо, не спускает с тебя глаз, явно подойдет, как появится возможность.
— Хорошо, что маршала сегодня нет. Видимо, ему не дали уйти с приема, который он устроил.
— Возможно.
— Ладно, отведи меня тогда в сад, на свежем воздухе проще разговаривать.
— Так устала от танцев?
— Нет, просто ты прав. Надо, в конце концов, со всеми поговорить. Союзники… Если честно, я плохо понимаю это слово. В прошлом у меня такого не было, и мне трудно поверить, что они могут быть полезны.
— Я твой союзник. Разве это плохо?
— Разве ты союзник? Ты партнер по сделке, забыл?
— Думаешь, я все еще рядом только из-за сделки?
От этого вопроса у меня мурашки пошли по телу. Я не хотела возвращаться к этой теме. От мыслей об этом у меня сердце пыталось выскочить из груди и сбежать. Принц не стал настаивать на ответе и, ловко лавируя, вывел нас к выходу в сад. Свежий ветерок охладил лицо, и я с удовольствием ощутила нежный аромат цветов. Предупредив, что Лин уже идет к нам, Эйран повел меня вглубь сада. Туда, где виднелась каменная ротонда, увитая цветущими лианами.
— Это ведь растения с островов, — заметила я сверкающие синевой прекрасные цветы, похожие на орхидеи.
— Да, их называют «Вечными звездами», не ожидал встретить их здесь.
— Почему же? — алиэри Аделоис не упустила шанса нагнать нас при первой возможности.
— Это редкие цветы даже для островов, и растут они в основном у императорского дома. — пояснил Эйран, скорее для меня, чем для подошедшей алиэри.
— О, да. Именно ваш дедушка подарил мне саженец этого цветка. Я очень рада, что он прижился и радует мое сердце и взор.
— Интересно, а мастер Райгон может мне такое привезти? — тихо спросила я у Эйрана.
— При чем здесь, Райгон. Я сам его тебе привезу, ели хочешь. Быстрее будет.
— О да, — Аделоис улыбнулась, услышав слова принца. — Вы точно с таким медлить не будете.
— Почему?
— Мне его достать проще, он растет у моего дома, — спокойно ответил Эйран. Мне показалось, что за улыбкой и словами Аделоис скрывался другой смысл, но решила не давать ей повода его озвучивать. Заметив Лина, что торопился по тропинке, помахала ему рукой.