Яркие краски для Бесполезной (СИ)

Я стояла растерянная, вот так, расстаться? Он на войну, а я на острова?
— У нас сегодня праздник, может, ты задержишься?
— Прости, — Эйран грустно улыбнулся. — Люди брата уже прибыли за мной. Я попросил подождать, решив объясниться лично. Мы еще увидимся, я обязательно приглашу тебя на наш праздник Цветов.
Чувства давили на ребра, мешая говорить. Не дождавшись от меня и звука, Эйран кивнул и, развернувшись, пошел в сторону. Шаг, второй, третий…
Я рванула вперед. Обогнула стол, негодуя, что не хватает сил его сдвинуть с места и освободить себе дорогу. Эйран, услышав мое приближение, обернулся и поймал в объятья.
— Не хочу, не хочу, чтобы ты уезжал. Я боюсь. Обернувшиеся. Я все время вижу, как они хватают тебя, как по твоей шее сбегает кровь. Я больше не буду говорить ни с одни м из них, только, прошу, умоляю, останься.
— Мила. Ты меня без ножа режешь. Я слово себе дал, что больше не буду отказывать тебе ни в одной просьбе, а ты просишь невыполнимое.
Его руки прижимали меня все крепче и крепче. Хотелось удержать его, никогда не расцеплять рук, но понимала, настанет момент, и этим объятьям придет конец. Он солдат своей страны, его сражение с маршалом не закончено. Он уйдет, в любом случае…
— Ты должен вернуться, слышишь? Я запрещаю тебе умирать!
— Я выполню эту просьбу, — его улыбка коснулась моих волос.
— Я поеду на острова. Мне нечего делать в Солдаре. Может, позже посмотрю, что там есть.
— Я рад. Уверен, острова тебе понравятся. Райгон — прекрасный мореплаватель, он быстро и с комфортом доставит тебя в империю.
— Я хотела, чтобы это сделал ты…
— Мне этого тоже очень хочется… Постараюсь закончить с делами как можно быстрее. Ты нарисуешь мой портрет?
— Только если ты будешь позировать.
— Договорились, как приеду, с тебя рисунок.
Эйран чуть отпрянул, заглядывая мне в глаза.
— Я повел себя неправильно, там, рядом со зверем.
— Прости, я столкнулась с таким в первые, не нашла слов, чтобы объяснить, что происходит.
— Когда вернусь, расскажешь?
— Да.
Эйран наклонился, и стало неважным, кто первый потянулся за поцелуем.
Не хотела его отпускать, но Эйран всегда и во всем был сильнее меня. Мои руки нежно убрали с его плеч. Разорвали поцелуй, и, молча, опалив меня взглядом, он развернулся и ушел. Мерцание Тицианы появилось практически сразу. Мы молча следили, пока он скрывается среди листвы.
— Ты поэтому хотела, чтобы я нашла его раньше.
— Не думай об этом. Ему тоже надо было время подумать.
— Он же вернется?
— Он тебе слово дал. Значит, вернется.
Больше праздника мне не хотелось, но отказывать в нем своим людям не стала. Возвращаться к эскизу в таком смятении чувств было нельзя, только все испорчу. Слишком тоскливо и одиноко стало на душе.
— Пошли к Богине? — предложила Тиа, заметив мои метания. — Узнаешь новости про Стефана, и про кольцо.
Решив показать эскиз богине, взяла его со стола и направилась вслед за Тицианой. На мгновение обернулась и посмотрела, куда ушел Эйран. Он обещал выжить, обещал…
  
Глава 42 — Решения
 
Эйран
— Почему так долго?
Меня сгребли в крепкие объятья, оторвав от земли. Такое лучше перетерпеть. Начнешь вырываться, и брат примет это за вызов, и встреча затянется на дольше.
— Скучный ты сегодня, — меня вернули на землю, вновь дали возможность нормально дышать.
— Ты же сам написал, нужна помощь. Думал, что-то серьезное.
— Маршал нарисовался. Со своими зверюшками.
— Сколько?
— Три команды по шесть зверей.
— Отлично, я в нападении.
— Э-э, не торопи ветер. Всему свое время. У меня есть, кому пойти в первую атаку.
— Тогда, зачем звал?
— Подстраховать. Решил, ты засиделся на месте. Тем более эта мразь, наконец-то, вылезла. Я не собираюсь давать маршалу уйти!
— Понял тебя, командуй.
— М-м, — брат оглядел меня с ног до головы. — Пошли в мою палатку. Разведка должна вернуться с минуты на минуту.
В палатке первым делом рванул к столу с картами, хотелось уточнить, оценить обстановку. Но не успел даже увидеть на какой территории брат расположил людей, как бумаги исчезли, а вместо них появился целый полигон выпивки.
 
— Не понял?! — возмутился, оглядываясь на брата. — У нас война или…
— Я тоже не понял! Где мой брат? Что за убожество через барьер ступило?
— Гэлиор, я не в настроении ни драться, ни пить.
— А придется, потому что такого я тебя ни в бой, ни к маршалу не подпущу.
— Какого такого?!
— Безумного, сомневающегося, осторожного. Ненормального. Я не знаю! Но то, что я вижу перед собой, мне не нравится. Солдат, который не в ладах со своим сердцем, не сможет выжить на поле сражения.
— Это пройдет!
— Вот и ускорим процесс. Выбирай, пьешь сам, или я залью.
— Да, пошел ты… Сейчас не время и не место пить. Ты, какой пример своим парням показываешь? — пройдя к столу сел и брезгливо отодвинув пару бутылок.
— Нормальный пример я показываю. Идиотов в бой не пускаю.
— Заканчивай уже. Со мной все в порядке.
— Себя то хоть не обманывай… Весь накачанный энергией под завязку, аж из ушей прет, а ты этим практически управлять не можешь. Значит, сердце с мозгами не в ладах. Ты же писал, что встретил свою девчонку. Думал, раз ты спас ее в столице, между вами все закончилось.
— Спас? — горько усмехнулся. — Еще неизвестно кто кого спас…
Мне хотелось выть. Гелиор был прав, я не был в порядке. Понял это, когда передо мной сегодня утром встал Тор и потребовал отпустить его госпожу…
— Рассказывай.
Брат уселся, махнул рукой, убирая магией весь алкоголь, оставляя на столе только бутылку настойки, что готовила бабушка. Она всегда уверяла, что после нее мозги и чувства прочищаются. Усмехнувшись, пододвинул стакан и, посмотрев на Гелиора, честно признался:
— Я не знаю с чего начать.
— Начало твоей истории я знаю. Знаю, что твоя алиэри тебя не принимала, боялась и, тем не менее, отпустила на свободу, дала кольцо. Знаю, что последние три года Райгон исправно давал тебе о ней отчеты. Одного не пойму: он же такой свободолюбивый. Как ты его заставил отчитываться?
— Спроси у него, — усмехнулся, отпивая настойки. Она жаром и магией прокатилась по нервам, и стало чуточку легче.
— Я не сдамся, все равно узнаю чем ты его подкупил. Но вернемся к проблеме. Мила спасла тебя, отпустила, и ты просто помешался на ней. За три последних года единственное, что интересовало тебя — она и маршал. Даже не знаю, кто из них больше. Когда отец решил сделать тебя послом, я видел, как ты по карте прикидывал маршруты к «Тихому месту». Тогда чуть подкорректировал свое вторжение, решив, что заберу у Илиндора эти земли лично для тебя.
— Ты следишь за мной?
— Что поделать, после того, как Мирран взял тебя в плен, места себе не нахожу, но не меняй тему. Когда нам установили витраж, ты заявил, что присматриваешь за его создательницей. Я обрадовался, думал, ты теперь успокоишься. Что произошло? Она вновь отказала тебе? Хотя, не похоже. В тебе энергии столько…
— Не отказала, наоборот, она не против быть вместе.
— Тогда почему мне кажется, что ты этим больше огорчен, чем обрадован. Она не нравится тебе?
— Нравится? То, что я чувствую к ней, больше, чем нравится. Я постоянно ловлю ее взгляд. Радуюсь, как мальчишка, когда она не отталкивает меня. Иду на хитрости и уловки, только чтобы коснуться ее, почувствовать ее тепло.
— Тогда почему ты этому не рад? — хмуро глянув на брата, отвернулся, не решаясь признаться в том, что сводило меня с ума. — Эйран. Говори. Разберемся.
— Ты помнишь — тридцать лет назад, Император впервые провел общественную казнь.
— Ты про того выродка, что похитил и удерживал алиэри?
— Да. Ты читал его дело? Помнишь, что тогда произошло?
— Такое не забывается. Он стал ухаживать за алиэри, и та ответила ему взаимностью. Девушка действительно влюбилась в этого парня, а он стал ее ревновать и в результате запер… К чему ты решил вспомнить это.