"Фантастика 2023-152". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Настроение и самочувствие барона Редфокса, вышедшего глянуть на королевские дары, значительно улучшилось. Ещё сильнее оно улучшилось, когда ему была обещана часть дохода от продажи трофейных лошадей захватчиков. Похоже, его больше всего опечалила часть фразы принцессы, где она пожаловалась на разграбление королевского замка, чем сам факт массовой гибели защитников. В общем, барон хоть и не сиял, как раньше, до этих новостей, но быстро пришёл в себя и был более-менее доволен устной и описанной в посланиях благодарностью и дарами новой королевы.
После этих событий пленники из окружения графа Вульфа были немедленно освобождены. Принцесса принесла им свои искренние извинения, признала подвиг графа Вульфа и предложила позже прибыть в замок с новым главой семьи Вульфов, чтобы получить награду за её спасение. Новому главе рода Вульфов нужно было явиться в королевский замок для принесения вассальной клятвы в течение следующей недели. Никакие обязательные для такого случая дары в этот раз не требовались. Для принцессы было гораздо важнее получить первых верных вассалов, чем пополнить казну.
Повозка с телом графа была передана его освобожденным спутникам. С большим трудом я отыскал ту часть хранилища, где сохранил их доспехи и оружие. Всё это было возвращено владельцам с демонстрацией искренних сожалений о возникшем недоразумении. Когда надо, принцесса показывала отличные актерские качества. После этого мы незамедлительно покинули поместье Редфоксов, чтобы поскорее вернуться в оставленный на слуг замок. Я волновался за Каа и Шии. Хоть слугам и было трижды сказано, что девушки-кошки не рабы и находятся у принцессы на особом счету, необразованные люди бывают очень глупы и жестоки. Как бы со зверолюдками не поступили плохо.
У меня был и ещё один повод поспешить. Сначала я хотел, но потом отвлекся и так и не назначил слугу, ответственного за присмотр за пленниками. В тюрьме, уже четвертый день без воды и еды находились горделивые узники из Великой Свордарии. Тяжелые условия содержания в любом случае пойдут гордецам на пользу, но как бы они действительно не загнулись без воды. А ещё их переполненная кадушка… Этот элемент издевательств даже для меня был чересчур. Короче, я спешил назад, чтобы исправить допущенную ошибку. Нужно было срочно обеспечить пленникам доступ к воде и нормальному туалету, а дальше будет уже видно, получится с ними что-то дельное или нет.
  
Часть 11 Смена амплуа
 
Я торопил кучера всё время. Взмыленная двойка лошадей выбилась из сил, таская за собой тяжелую карету по весеннему бездорожью. Благородные животные устали, но справились и доставили нас в тёмный замок к полуночи, но, к сожалению, спешка оказалась излишней.
Набрав ведерко колодезной воды, я сбежал по темной лестнице на самый нижний подземный этаж темницы и застал в конце коридора уже пустую камеру. Сначала подумал, что пленников выпустили нерадивые слуги, но внимательно изучив характер повреждений креплений двери, вырванные и погнутые петли и пришёл к выводу, что, скорее всего, они освободились самостоятельно. Всё же, пять крепких мужчин в одной камере могли выбить дверь, если действовали сообща и не боялись шуметь.
Они могли вырваться и раньше, если бы сразу сообразили, что никакого присмотра за пленными нет. Если им и помогал кто-то снаружи, то его помощь не имела решающего значения. В любом случае, второй принц Свордарии и его ближайшие помощники уже покинули камеру, и теперь нужно было выяснить, как давно это произошло. Имело ли смысл пускаться в погоню, и не задержала ли их случайно городская стража, дежурившая на городских воротах.
Чтобы узнать эти важные детали мне потребовалось всего двадцать минут. Замковые слуги видели беглецов, а избитый ими конюх даже запряг для них повозку и составил компанию до городских ворот. Помощи одного незначительного заложника хватило, чтобы пятерка вооруженных обычными палками беглецов покинула сначала замок, а затем город.
Мне даже не пришлось искать и расспрашивать городскую стражу. Все важные подробности выложил выкинутый ими из кузова прямо на ходу конюх. Бесполезные дармоеды из стражи были способны только сбивать деньги с трусливых селян и нападать на безоружного гоблина и пару зверолюдок, а когда потребовалось остановить подозрительную, несущуюся на полной скорости повозку с чужаками, они просто расступились, не оказав им никакого сопротивления. Трусы! Бездари и трусы!
 
Я решил, что с утра попрошу принцессу разогнать всех этих бесполезных дармоедов. Нужно провести набор новых стражей, от которых будет хоть какая-то польза. Время побега узников тоже не радовало. Второй принц Флайсворд решился на побег вечером того же дня, когда мы с принцессой только отправились на север.
Три дня прошло. Беглецов уже не догнать. Нет, чисто гипотетически, если бы я рванул в погоню прямо этой же ночью, следовал точно за ними без сна и отдыха, и ни разу не сбился с пути, то нагнал бы их на шестые-седьмые сутки, но я не знал местности и, скорее всего, потерял бы их след ещё в границах Северной Шилдарии.
Честно говоря, не было никакого желания так надрываться ради сомнительной выгоды от выкупа пленников, хотя такое раннее бегство принца, безусловно, создаст проблемы уже в скором будущем. Я не только потерял ценного заложника, но и добавил Северной Шилдарии ещё одного очень опасного врага. То унизительное поражение, что потерпел уверенный в своих силах «великий полководец», а также унижения плена спровоцируют и ускорят новое вторжение Свордарии. Я в этом ни секунды не сомневался.
* * *
Утром я посетил Её Высочество, высказался по поводу бесполезной городской стражи, сообщил, кого и как они упустили, чем вызвал вспышку её гнева на бесполезных замковых слуг. Сильно досталось трусливо помогавшему беглецам конюху и новому капитану городской стражи. Принцесса приказала их хорошенько выпороть плетью, чем показала, что может быть не только доброй и щедрой, но и очень строгой и даже жестокой. Выпоротый капитан горячо пообещал навести порядок в рядах подчиненных и строго наказать виновных. Его унесли под руки. Сам он идти не мог.
Стража получила хорошую взбучку, но суть порожденной их разгильдяйством проблемы это не решало. Я также был виноват, что не озаботился нормальным присмотром за пленными, и принцесса Виола попыталась сыграть на этом и взвалить на мои плечи ответственность за возможные последствия допущенной ошибки. Она хотела, чтобы я всё же отправился в погоню, а заодно разведал положение дел в южных провинциях.
Не знаю, как она себе это представляла, но кроме поимки беглецов, нужно было проникнуть в поместья четырёх южных лордов и тайком выяснить, готовят ли они армию для нападения на столицу. Они так и не ответили на её призыв принести вассальную клятву. Однако, теперь было уже известно, что доставке этих посланий, а также самому прибытию лордов в столицу могли помешать вероломно вторгнувшиеся из Южной Шилдарии войска.
Принцесса хотела посмотреть, кто присутствовал в палатке короля Мардука в момент, когда я напал на его тыловой лагерь. Она не сомневалась, что я прибрал в хранилище тела всех убитых, и я стал беспокоиться, что даю ей слишком много лишней информации. Если её прижмут неглупые враги, она может выложить им все мои секреты. На будущее, я решил дозировать выдаваемую принцессе Виоле информацию. Она хоть и мой официальный союзник, но легко может стать и злейшим врагом, если обстоятельства круто изменятся.
Пока её удерживал в узде шантаж похищенной королевской казной, но рано или поздно я потеряю этот козырь и тогда можно ожидать удар в спину. Тем не менее, выполняя требование принцессы, я вывалил на пол тронного зала тело короля Мардука, его телохранителей и всех спутников, что находились в палатке и самом лагере, включая стражу и слуг.
Голых, ещё теплых, окровавленных тел со свежими порезами на горле и гримасами ужаса на лицах, среди представленных вниманию Её Высочества, оказалось очень много. Приличная такая горка в три метра высотой и ещё вокруг в два-три слоя насыпалось. Всего около семидесяти покойников. Шокированная горой свежих трупов Виола вырвала недавно съеденный завтрак прямо себе под ноги. С трудом подавляя новые рвотные позывы, она попросила срочно убрать весь этот ужас с её глаз и выдавать впредь по одному и так, чтобы она не видела гениталий и прочего непотребства, а только лица.