Капкан Хранителя (СИ)

— А что он? — тихо спросил Тайерар, словно нащупав место, где воистину может прикоснуться к её прошлому.
— Он? Несчастный он был человек, вот что! — усмехнулась женщина. — Только сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, насколько неподъемную ношу взваливала на Реда своими чувствами. У него было чертовски много проблем: Пагуба, архонт, не дающий спать ночами и внятно думать днем, преследователи, три желторотых сосунка на шее, гном, который набился в приятели, но тогда еще не вызывал доверия, и за ним стоило следить…. А тут еще я со своей влюбленностью, только представьте себе! — Женщина рассмеялась. — И тем не менее, Редгар ни разу не сделал действительно резкого шага — ни ко мне, ни от меня. Словно бы понимал: если после того опыта, которому он стал свидетелем, Ред оттолкнет меня как-то особенно жестко или наоборот будет напорист, то… — Данан задумалась на мгновение, закусив губу. Как тут лучше сказать? — … то сломает меня окончательно. Если задуматься, Редгар был великим человеком.
— Он все еще дорог вам, — констатировал Тайерар, не сводя с чародейки взор. Данан замера с прутиком в руке, неотрывно глядя в костер, будто бы в пламени ей могли открыться какие-то сокровенные смыслы.
— Конечно. — Отрицать было глупо. — Если бы не его вмешательство, я даже представить не могу, какая бы меня ждала жизнь. Но если говорить о наших с ним отношениях… — Данан умолкла на несколько секунд, стараясь правильно подобрать слова. Затем кивнула и озвучила: — Сейчас я понимаю, что мужчинами вроде Редгара Тысячи Битв лучше восхищаться издалека.
Данан снова облизнула губы — во многом потому, что из-за предыдущего подобного действия под легким ночным ветерком они подсыхали и обветривались. Движение вышло естественным, но Тай отследил его как нечто особенное. Чародейка меж тем бросила прутик. Подтянула к груди колени, расставила пошире ноги, принимая удобную позу. Оперлась в одно из колен локтем, запустила пальцы в волосы.
— Вскоре после гибели Реда в моей жизни появился Жал. — Данан шерудила в волосах, словно пытаясь снять напряжение. Потянула шнурок, распустив совсем. Затем наклонилась вбок, где лежал мех с элем, отпила немного. Утерла запястьем рот. — Жал все еще принадлежит гильдии Эйтианских Гадюк. Думаю, вы можете домыслить, как именно мы познакомились.
Тайерар, пристально наблюдавший за каждым движением женщины, конечно, домыслить мог. Но настойчиво нуждался в прямом подтверждении:
— Вы… были его заказом?
Впервые за все время беседы Данан полностью развернула лицо к мужчине и встретилась с ним взглядом.
— Да, тогдашний узурпатор Даэрдина нанял лучшего из лучших, чтобы убить нас всех. И, поверьте, Жал был очень близок к успеху. Видите ли, когда-то на нем проводили эксперименты маги Преобразования. В результате он стал чем-то вроде живого духовного клинка. По желанию Жал может быть плотным и осязаемым, как мы с вами, а может, как призрак, проходить сквозь предметы. Поэтому в день нашей встречи он попытался украсть мое сердце буквально. — Она изобразила движение, словно просовывает куда-то руку, и несколько раз сжала пальцы.
— Меня спасли тогда защитные печати Фирина, это еще один наш бывший товарищ-телемант. Ну, на самом деле, он не совсем товарищ, и сразу после битвы с архонтом он исчез, не попрощавшись… И даже имя свое он нам соврал, как мы выяснили позже! — С некоторым негодованием пожаловалась Данан. — Но так или иначе, его защитные чары помогли мне пережить атаку Жала. И, стоит отдать ему должное, уходя, Фирин — или как там его зовут — подарил мне еще одну такую печать. На крайний случай, видимо.
Тайерар сощурился:
— Та белесая метка у вас на предплечье, верно?
Данан посмотрела на мужчину с некоторым изумлением:
— А вы глазастый.
— Заметил на тренировках, — сообщил мужчина. В его голосе и взгляде читалось легкое довольство собой.
— Впрочем, — сказала Данан, осознав, что отклонились от сути беседы, — это все не важно. Капитан, — произнесла чародейка тоном, по которому Тай сообразил, что сейчас начнется самое главное. — Жал, как и вы, ненавидит магов. Только вы ненавидите всех нас за то, что маги сделали с вашими братьями по ордену и Цитаделью, а у Жал к ним… к нам еще более личный счет.
 
Тайерар скривился: неужели она так долго вела к этому?
— Погодите, о вашей связи с этим эльфом знал весь Даэрдин. Так вы что, просто пытаетесь мне сказать, что от ненависти до любви один шаг?
— Ох! — Данан отмахнулась, рассмеявшись. — Нет, я о другом. Жал ненавидел и боялся магов, а я ненавидела и боялась мужчин. Но именно он стал тем из них, кого я подпустила ближе. И, знаете, он избавил меня и от страхов, и от ненависти. Я не знаю, удалось ли мне развеять его страхи, но в том, что он перестал желать смерти абсолютно всем встречным чародеям, могу поручиться. Спросите меня, изменился ли мир от того, что мы позволили себе довериться друг другу?
О таком Тайерар спрашивать точно не хотел, потому просто немного повернул голову: вроде как и интерес проявил, и нести ахинею не стал.
— Нет, — ответила Данан, удовлетворившись реакцией капитана. — Я знаю, что в мире еще сотни и тысячи чародеев, злоупотребляющих магией и практикующих запретное колдовство. И Жал тоже знает и, наверняка, даже убивает тех, кого находит. И я знаю, что в мире полно мужчин, которые злы и жестоки и ведут себя хуже любого животного — как в отношении чужих женщин, так и в отношении своих. Я понимаю, присутствие в моей жизни Жала никак не изменило мир вокруг. Только мой собственный. А теперь, капитан, — Данан набрала полную грудь воздуха, снова взглянув на Тайерара открыто и чуточку гордо, — спросите меня, почему я рассказала вам это все.
Тай на мгновение нахмурился, кашлянув. Повел головой, ибо голос подчинился не сразу, и изрек:
— Почему вы рассказали об этом?
Губы Данан с самых краев тронула мимолетная улыбка.
— Потому что я надеюсь, что однажды и вы встретите мага, который изменит ваш. Нет ничего осудительного в том, чтобы преследовать магов, избравших неверный путь и использующих колдовство во вред другим. Но как можно ненавидеть и преследовать тех, кто всю жизнь проклинал судьбу за отпущенный дар и с детства не мог выбрать ничего другого?
Хотя Тайерару не требовалось никаких продолжений, Данан все-таки добавила:
— Что осудительного в том, чтобы ненавидеть и презирать мужчин, использующих превосходство в силе, чтобы причинять вред тем, кто не может дать отпор? Но как можно ненавидеть других, заботливых и честных, только за одно то, что они тоже мужчины?
Тайерар смотрел на нее, затаив дыхание. Он не осознавал этого, пока от нехватки воздуха, ему не пришлось вздохнуть шумно и глубоко.
— Ле… леди-командор, — позвал он, даже не зная, что собирается сказать. Данан никак не отозвалась. Она сказала все, что хотела. Оперевшись рукой о колено, женщина поднялась на ноги. Отряхнулась, размяла плечи. Посмотрела в небо и, не прощаясь, направилась в случайном направлении от их небольшой стоянки.
— Командор! — увереннее позвал мужчина, встав тоже. Куда она собралась? Разве им не нужно обсудить сейчас… ну, что-нибудь! Разве она не должна хотя бы услышать, что ее история оказалась для него познавательной? Или хотя бы попросить не разглашать услышанное каждому первому? Она ведь и ему с таким трудом рассказала о прошлом, значит, точно не захочет, чтобы узнал кто-то еще… Ну, не то, чтобы Тай прямо сейчас бросился бы всем рассказывать, но…
— Капитан? — напомнила о себе Данан. Она чуть опустила голову к плечу, как бы заглядывая в глаза мужчине. Мол, чего хотел-то, говори!
— Я хотел бы спросить вас про Жала. Можно?
— Не сегодня, — Данан качнула головой. Затем сделала движение, напоминающее кивок, и снова развернулась. Тай остановил ее первым, что пришло на ум:
— Куда вы?
«И всего-то?»
— Пройдусь немного.
— Но вокруг небезопасно, сейчас ночь и…
Данан спокойно улыбнулась:
— Со мной ничего не случится.