Мы еще живы! (СИ)

- Капитан, бой уже давно закончен, - похлопал его по плечу командир. - Парни Лавджоя и наши ополченцы добивают последних тварей, проникших в город, атака отбита. Все. На улицах группы справятся и без вас. Вы же мне нужны для разбора ситуации и разработки плана дальнейших действий. У нас большие неприятности.
- Как прикажете, господин полковник.
- Примите душ и приходите, - "гном" по-отечески еще раз хлопнул капитана по плечу и ушел. Ривс опустошенно рухнул на табурет, стоявший около стола в казарме, оперся локтем о стол и прикрыл ладонью глаза. Он устал. Смертельно устал. Но сейчас он заставит себя открыть глаза, принять душ и пойти к полковнику на совещание. А завтра или послезавтра его ждет новый бой. И так будет до тех пор, пока они не справятся с этими проклятыми болотными монстрами или пока сами не умрут.
- Я думал, ты погиб, - рядом на соседний табурет уселся Ленс.
- Я тоже не надеялся добраться до гарнизона живым, - признался капитан. - Мне повезло.
- Это точно, - согласился Ленс. - Когда Норрик сообщил о твоей смерти и приказал отступать, Фрейд послал его на хрен. Они сцепились прямо в эфире, Флайтан молчал. А потом Фрейд сказал, что не бросит этот гребанный город на растерзание тварям и не даст это сделать остальным. Он шмальнул в машину Норрика, не что б его убить, а просто, чтоб убрать на аэродром, и сказал, что если все наши хотят жить и еще помнят кто они, то пусть слушаются его. Так вот. Бой уже заканчивался, наступил перелом... Но Норрик струсил. Если бы его послушались и улетели, мы могли бы и проиграть на этот раз.
- Зачем ты мне это рассказываешь? - устало отнял руку от глаз Ривс.
- Чтобы ты не отправил на губу сержанта. Он спас наш город. Без вертушек мы бы не отбили эту атаку. Это был единственный шанс остановить наступление тварей и убрать этого труса с места боя, - признался Ленс.
- Я это уже понял, - устало пробормотал Ривс. - Просто не ожидал такого поведения от Фрейда. Видимо, я его слишком плохо знаю.
- Он служил в эскорте. Он хоть и пьет, но помнит, для чего мы тут нужны, - заметил Ленс.
- Ты как всегда ищешь справедливости, - устало усмехнулся Ривс.
- Наверное, - согласился парень. - Помни, что без Фрейда мы бы тут не разговаривали, ведь он взял командование на себя, именно он довел этот день до вечера.
- Посмотрим, - Дримс встал, собираясь идти в душ, но его окликнул Сантал:
- Капитан, мальчишка прав: лишь благодаря сержанту мы смогли отбить тварей. Без вертушек у пехоты ничего не получилось бы. Только благодаря ему мы отстояли сегодня город.
- И ты, Сантал, так считаешь? - поразился Дримс. Лейтенант Альберт Сантал никогда не соглашался с младшим лейтенантом Келамью, полагая того вздорным и глупым мальчишкой, который не способен не только думать, но и приносить пользу людям.
- Да, капитан, думаю, тут Келамью прав: Фрейд сделал единственное, что можно было сделать в сложившихся обстоятельствах.
- Хорошо, я учту ваше мнение, - кивнул Ривс, отправляясь в душ.
3
Крахор был древним городом, раскинувшимся на северо-западном побережье Моря мечты. Недалеко от него жаркая пустыня встречалась с отрогами Великих Гор, а древние прибрежные скалы хранили в себе множество красивейших промоин и пещер, образуя причудливые скальные города и футуристические пейзажи.
Когда-то, до прихода Кемия I и предков нынешних розмийцев, тут была столица прекрасного государства - Звездной страны . Жители этого чуть ли не сказочного королевства более всех почитали Гозока - бога звезд, ночи и покровителя астрономов. Они построили гигантские пирамиды, с которых наблюдали за звездным небом и ожидали странников, что по легендам могли спускаться с далеких звезд на вершины этих самых пирамид.
Века шли...
Звездная страна пала в результате войны с Розми, потом на ее месте появлялись государства Сета, их тоже уничтожали. Жрецы Гозока хранили свои знания, оберегая от простых смертных и разгоряченных воинов, даже от королей, а потом и вовсе утратили вместе с сожженными библиотеками. С тех пор, как какой-то умник открыл простую истину, что бумага хорошо горит, а вместе с ней и многие неудобные знания и тайны, архивы и библиотеки жгли охотно и с юмором. Жаль, конечно, но у войны свои законы.
 
Шли века. Жрецы сумели восстановить часть знаний, часть так и осталась утраченной на века, а пирамиды все стояли и на их вершины поднимались жрецы Гозока. Вскоре были изобретены телескопы, поразившие ученых и жрецов в самое сердце, и про пирамиды в пустыне почти забыли. Рядом с ними в храмовом комплексе построили потрясающую обсерваторию с огромным по тем временам телескопом, что давал жрецам возможность увидеть планеты солнечной системы. Дальнейшее развитие оптики и физики принесло новые открытия, а многие ученые-астрономы шли служить науке, а не жречеству...
Так огромный храмовый комплекс постепенно пустел...
Потом по нему прокатились гражданские войны и мятежи, а добили прилетевшие пришельцы: местные жители обвинили жрецов в сговоре с ними, ведь наблюдатели за небом проворонили тех, кто прилетел с далеких звезд на стальных птицах! Что ученые-астрономы тоже их не заметили, об этом как-то позабыли.
Сейчас же большая часть комплекса была заброшена, жрецы довольствовались несколькими помещениями, обсерваторией, да изредка поднимались на пирамиды, вознося молитвы и совершая обряды в честь своего бога. Их было не так уж и много, да и жрецы за полтора века обиды и злости населения привыкли довольствоваться малым.
Рядом с пирамидами разрастался Крахор. Новые кварталы города тянулись на юг или на запад, в пустыню, оставляя между храмовым комплексом с пирамидами и городом приличное расстояние, чтобы не мешать жрецам наблюдать за звездами. Древний город нацепил на себя новые одежки, сохраняя лишь возле побережья старые кварталы, да несколько красивых храмов и площадей в своем центре. Старое причудливо переплелось с новым, древние камни из мостовых соседствовали с современными домами, а вечно голодные бакланы и чайки облепляли древние и новые пирсы в порту, загаживали гранитные набережные и продолжали воровать рыбу у рыбаков. Кошки, впрочем, в благородном деле добычи пропитания от птиц не отставали, совершая с земли набеги на улов.
Крахор, некогда посвятивший себя Гозоку, богу звезд, до сих пор помнил, что для наблюдения за звездами необходима темнота. Поэтому это был чуть ли не единственный город в Розми, где просто не существовало фонарей. Улицы освещали, но свет давали небольшие лампады, стоящие на уровне земли, вдоль тротуаров и тропинок, они лишь обозначали направления.
Очень красивый и древний город, полный преданий и легенд, оберегающий свои тайны, как старьевщик бережет истинное сокровище, что прячет в хламе.
Когда над Крахором разгорался алый закат, превращая редкие облака в кровавые красно-фиолетовые перья, а зелень набегала с востока на небосклон, возле древних пирамид собирались жители города. Многие пришли послушать жрецов Гозока, что решили выразить волю своего бога и свою собственную. Перед горящими небесным алым светом древними могучими пирамидами собирались и молодежь, и старики, и мужчины, и женщины. Приходили семьями или поодиночке. Люди собирались на вымощенной гигантскими плитами известняка площадке, взирая на необыкновенный закат и на ступенчатые лестницы в небо, на вершинах которых вновь зажгли огни в каменных чашах - маяки для странников Звездных Дорог .
Наконец по широкой, окаймленной высокой колоннадой, дороге из храмового комплекса вышли жрецы Гозока, облаченные в темно-синие торжественные одеяния, украшенные золотым шитьем. Они поднялись на высокий пандус, на котором возвышались пирамиды, и верховный жрец, озаряемый светом огня, рвавшегося из чаш под порывами холодного ветра пустыни, заговорил:
- Возлюбленные дети мои! Много лет над нами, жрецами Гозока, висело ваше проклятие, ибо обвинили вы и наши братья нас в том, что мы умышленно пустили в Розми пришельцев! Что мы знали о стальных птицах, что должны были опуститься с неба и поразить нашу страну в самое сердце! Что были мы в сговоре с пришельцами! - он воздел руки к темно-синим с зеленью небесам. - Но, дети мои, это не так!