Мумия блондинки (Сборник)

Грейс написала Джерри это письмо за несколько часов до своей смерти. Джерри показал мне другое, о Норме, написанное раньше. Он нарочно показал его мне, чтобы я могла утверждать, будто в письме Грейс ничто не указывало на ее намерение покончить с собой. Потом он показал его Норме, специально, чтобы вывести ее из себя, и та порвала оба письма. Он с самого начала знал, что Грейс задумала сделать, знал и про завещание в мою пользу. Если бы это завещание имело юридическую силу, я получила бы деньги, а он — меня. Если бы его сочли незаконным, Джерри все равно получил бы деньги, но при условии, если никто не узнает, что его сестра покончила жизнь самоубийством. Конечно, у него были куда более сильные мотивы, чем у кого-либо другого. И он должен был убить Норму — ведь она могла помешать ему получить деньги. Джерри убил ее, а затем отправился со мной к фонтану, чтобы обеспечить себе алиби. Он объяснялся мне в любви, зная, что в бассейне труп Нормы. Джерри сделал все то, что по глупости я приписывала Стиву. И в машине, разбившейся у меня на глазах, был совсем не Стив. Я ошиблась, я была обманута... Все остальное утрачивало значение, потому что Джерри так бессовестно поступил со мной. И он был мертв.
Я не слышала, как в комнату вошел Стив, и не знаю, сколько времени он стоял рядом, глядя на меня своими темными глазами, которые так много умели сказать без слов.
Он забрал письмо из моих онемевших пальцев и тщательно разорвал его на мелкие клочки, которые затем разбросал по полу.
— Не придавай такого значения тому, о чем ты думаешь, Ли,— мягко заговорил он.— Сейчас твои мысли — всего лишь полуправда. Ты должна понять, что на самом деле все не так отвратительно, как тебе кажется. Джерри мне все рассказал — предпочел говорить со мной, а не с полицией. Сегодня утром он понял, что Трент обо всем догадался. Вот почему он решил опровергнуть свое алиби и сознаться.
Я смотрела на него, но почти ничего не видела.
— Он умер, да, Стив? Джерри погиб?
Стив кивнул, с сочувствием глядя на меня.
— Я догадывался, что он способен отколоть нечто подобное, но ничего не сказал Тренту. Подумал — будет лучше, если Джерри сам распорядится своей судьбой. Ночью в гараже, когда ты нашла в «Кларионе» обрывки подлинного последнего письма Грейс, он понял, что все потеряно. Он не мог продолжать обманывать тебя и пытался покончить с собой в ремонтной мастерской. Он сам захлопнул дверь и включил мотор.
— Значит, за нами следил ты?
— Да. Трент разобрался во всем еще вчера и опасался, что с тобой может что-нибудь случиться. Он поручил мне не спускать с тебя глаз. Рассказал и про это письмо, объяснив, что Джерри постарается любой ценой узнать, куда девались обрывки. А потом ты позвонила среди ночи. Мне было неприятно подглядывать за тобой, но я отправился вслед за вами. Я забрал «Кларион» с обрывками письма у Джерри в мастерской. Я знал, что это его смертный приговор. Поэтому я не заговорил с тобой, когда вернулся к машине. Я намеревался отвезти тебя назад в колледж и кое-что объяснить, но ты выпрыгнула из машины, а я не мог тебя остановить. Тогда я понял, что ты приняла меня за убийцу... Но это было не так страшно, как открыть тебе, что Норму убил Джерри. Этого я не смог и послал наверх сторожа гаража, попросил его отвезти тебя домой в моей машине. Я не знал, что ты сильно ушиблась, и, конечно, не догадывался, что Джерри решил покончить с собой.
— А теперь Джерри умер. Он уверял, что любит меня, хотя все время думал... * •
— Нет, это неверно. Попытайся понять, Ли, Джерри мне все объяснил. Грейс ввела его в огромное искушение, и у него не хватило сил противиться. Но тебя он любил, только понял это, когда было уже слишком поздно и кривая дорожка завела его далеко.
— Но он обманул меня! — возразила я.
— Только в мелочах, Ли. Обманул тебя, подменив письмо Грейс в больнице. Джерри будоражили эфемерные мысли о том, что страховка сказочно изменит его жизнь. А потом, когда деньги почти были в его руках, появилась Норма. Она в тот вечер пригрозила ему обнародовать то, что Грейс писала письма самой себе и что это наверняка было самоубийство. И о страховке Норма тоже догадалась. Она обвинила Джерри в том, что он подсунул ей письма и вынудил ее разорвать их вместе с предсмертной запиской Грейс. Норма была вне себя от ярости и вовсе не шутила. Но все это лишь цветочки, а ягодки были впереди: она заявила, будто вовсе не уничтожила обрывки писем, но ему их не найти — может не стараться, она же отнесет их в полицию. Это и оказалось для нее роковым. Джерри считал, что Норма — единственная, кто может свидетельствовать против него.
 
Некоторое время мы молчали, прислушиваясь, как барабанит дождь за окном.
— Вот что я узнал от Джерри,— наконец нарушил молчание Стив.— Он хотел, чтобы ты знала это, и просил меня передать от его имени, что тебе будет лучше без него. Говорил, что на самом деле ты его не любила. Точнее, любила не теперешнего Джерри, а воспоминания о нем, когда вы были подростками, до всех этих происшествий, так изменивших его. Он просил тебя забыть о нем.
— Но я не могу забыть! Я буду помнить и любить его всю жизнь!
Лицо Стива побледнело еще сильнее, и я поняла, что причинила ему боль.
— Вся жизнь — долгий срок, Ли. Наверное, сейчас ты думаешь, что пришел конец всему, но в один прекрасный день, может быть, все станет казаться не таким трагичным. И если тебе понадобится друг, на которого в трудную минуту можно опереться, вспомни обо мне. Не забывай о том, что я тебе вчера сказал. Я буду рядом, всегда буду рядом.
Он привлек меня к себе. Руки были теплые и успокаивающие.
Странно, почему-то я вспомнила слова Трента: «Можно решить, что влюблен, когда на самом деле только цепляешься за старые воспоминания. Можно разлюбить в одночасье. Можно сделать все, если молод и будешь очень стараться».
И я подумала, что жизнь еще не кончилась.
  
  Коротко об авторах
 
Эрл Стэнли Гарднер (Erie Stanley Gardner) — один из ярчайших мастеров американского детектива (1889— 1970 гг.). Он родился в Мэлдене, штат Массачусетс, но детство провел в Калифорнии, которую нежно любил всю жизнь. В 20-е годы работал адвокатом и был довольно популярен в этом качестве. Уже тогда он начал совмещать юридическую практику с литературным трудом, но профессиональным писателем стал в 30-е годы, после выхода в 1933 году его первого детективного романа «The Case of the Velvet Claws». Разные серии романов выходили под разными псевдонимами. Самая знаменитая из них (72 романа) посвящена частному адвокату Перри Мейсону, который умеет выиграть самое безнадежное дело. Ему помогают очаровательная секретарша Делла Стрит и владелец детективного бюро Пол Дрейк. На русском языке опубликовано около десяти романов о Перри Мейсоне. Другие крупные сериалы — это романы о сыщике Дональде Леме и провинциальном прокуроре Дуге Селби.
Легкий слог, бешеный темп, запутанность сюжета, смелость и натиск главного героя — вот отличительные черты детективных романов Гарднера.
Патрик Квентин (Patrik Quentin) — это коллективный псевдоним Ричарда Уэбба (Richard Webb) и Хью Уилера (Hugh Wheller), двух американски» писателей, англичан по происхождению. Первый родился в 1901 году в Англии. Юношей переехал в США. Первый роман написан в соавторстве с Мартой Килли (Marta Mott Kelley) и опубликован под псевдонимом К. Патрик.
Известность пришла к Уэббу, когда он встретился с Уилером и вышел их первый совместный роман «А Puzzle for Fools». В 1952 году Уэбб тяжело заболел, и дальнейшая судьба его неизвестна.
Первые романы Уэбба были вполне типичны для американских детективов 30-х годов. Произведения, созданные в соавторстве с Уилером, отличаются тонким психологизмом, когда главный персонаж должен разобраться в сложном хитросплетении человеческих взаимоотношений и обстоятельств. Наиболее известны две серии таких романов Патрика Квентина. Их герои — Питер Далез, сыщик-любитель, театральный продюсер по профессии, и лейтенант полиции Тимоти Трент, выпускник Принстонского университета.