Сын тысячелетнего монстра - 2 (СИ)
— Что ты несешь⁈ — завопил Григор. — Возомнила, что с твоей силой все сверхновые окажутся у нас в руках⁈ Были у нас две «легенды» — твой отец и бывший глава Сеймур. И где они теперь? Сгинули в Зоне, добывая звезду. Наша осторожная политика — единственный путь к процветанию клана.
— К мнимому процветанию. Ответьте мне, уважаемые главы родов, сколько из ваших детей учится в столице? А сколько из них в самых элитных заведениях? Да, мы имеем свой город и небольшую область, но это играет с нами злую шутку — мы не чувствуем конкуренции и вырождаемся. Дошло до того, что часто в клане отдают КИБы слугам, ибо те зачастую сильнее.
— Отпусти путы и проведи нормальные переговоры! Зачем устраивать этот фарс!
— Фарс? Не-ет. Я просто решила показать вам окружающий мир в миниатюре. В Ицаре, где я училась, сильнейший ученик именуется Йонко школы и может позволить себе всё, что угодно. Конечно, в рамках клана правило «кто сильнее — тот и прав» приведёт к трагичным последствиям, но сейчас я не вижу иного выбора. — Дилара отпустила связывающие кольца. — С сегодняшнего дня я буду главой клана — кто не согласен, уходите из зала переговоров и становитесь свободным родом. Однако, предупреждаю сразу — если вы пойдете войной, то пощады от меня не ждите.
Главы родов переглянулись. Григор мало кому нравился, но и малолетняя девчонка доверия никакого не вызывала. Тем более, заявившая о себе в такой дерзкой форме. Способности девушки внушали определённый страх, однако этого было недостаточно для окончательного выбора.
У девяти глав была договоренность на подобную ситуацию — принимать решение полностью единодушно. Если один не готов идти за Дибич, то и остальные должны были уйти.
Слово взял старейший из предшествующих глав.
— Старик Сеймур наказал нам выбирать из рода Вет и Дибич, коли его сын не оставил наследника. Род Вет захватил власть, и мы это приняли. Теперь то же самое делает род Дибич, хоть он и изначально имел больше прав. Мне хочется услышать от Дилары что-то кроме громких заявлений, иначе свержение нынешнего главы нам придется бойкотировать.
— Моя политика простая — отправление, по возможности, всей молодежи в лучшие учебные заведения, а также начало усиленной охоты за сверхновыми. Отдельные КИБы, что мы сейчас получаем — хорошо, но этого мало. Даже одна сверхновая, добытая чисто нашими силами, даст нам огромное усиление. Да, всё это повышенные риски, но нам это по плечу! Меньшие по размерам кланы могут, а мы не можем? Разве нормально это терпеть?
— Добыча сверхновых последние годы стала сложнее, поговаривают даже о начале нового звёздного кризиса. Смерть твоего отца и молодого Сеймура в погоне за звёздами тому доказательство. Дилара, скажи мне, что ты будешь делать в случае ещё одной крупной неудачи?
— В крайности кидаться я не предлагаю, добыча сверхновой — это наш фундамент для хорошего будущее, но при слишком больших потерях это принесёт только вред. Разумеется, можно оставить всё как есть сейчас, и ближайшие десятилетия у нас будет то самое мнимое процветание. Но без боевого опыта, без сверхновых и КИБов нас ждёт гибель. Такое моё мнение.
— Но ты же тут не ради процветания клана — ты пришла просить Григора о праве вето.
— Не просить, а требовать. Право вето в любом случае будет использовано, либо по доброй воле нынешнего главы, либо по моей собственной в качестве главы. Хотя, скорее второй вариант — я уже поняла, что с Григором мне не договориться…
Дилара хотела применить свой главный козырь, но словно почувствовав это, из фантомного пространства на неё напал слуга рода Вет — Цунцвен. С ножом из ларкара он выскочил со спины на девушку.
Цугивара среагировал на этот выпад мгновенно. Весь разговор слуга охранял Дилару своей зоной наступательной способности, готовясь к любой неожиданной атаке.
— Было близко, будь твой фантом чуть более профессиональным, — сказал Цугивара, схватив своего визави за запястье. Способности своего оппонента он знал и потому понимал — раз нет рядом с Григором, значит, ждёт в засаде.
Дилара создала вокруг Цунцвена связывающие кольца, отчего тот навзничь упал со стола. Девушка спрыгнула к нему вниз и придавила его грудь ногой.
— А это наглядное доказательство, что с Григором Ветом не стоит иметь дела. Напал на соклановца без какого-либо объявления войны.
— Жалуешься на нападения? — скрипя от злости, запротестовал Григор. — Да ты сама объявила войну не только мне, но и всему клану.
— Заткнись, тварь. — сказала Дилара несвойственно злым для себя голосом. От неё исходила невероятная ненависть. — Я связалась с главой клана Корье наудачу, и он рассказал мне удивительные вещи. Оказалось, покушение на моё воплощение было сфабриковано родом Вет…
— Ложь! Ложь и провокация! — сразу же перебил Григор.
— Об этом уже многие догадывались, но это ещё даже не самое главное. Корье очень эксцентричная личность, и в смерти сына он винит не просто мой род или род Вет, а вообще весь наш клан в целом. Он хочет мести и пообещал нам скорую расправу.
Слова Дилары стали последним гвоздем в гробе рода Вет. Все девять глав родов, а затем и ещё четыре, находящиеся вне созвездия, приняли Дилару в качестве главы клана.
Род Вет был с позором изгнан и лишен своего воплощения, а Григора и всех его людей пожизненно заточили в клановую тюрьму.
* * *
— Бернард, Бернард… — произнёс с драматизмом в голосе подполковник Ризандр. Он, выйдя из машины, стоял у ворот особняка принца Яна в пригороде Генезиса. — Сколько уже раз мы с тобой встречались и мило разговаривали за кружкой чая? Может быть, сегодня скажешь сразу, стоит ли мне вообще заходить?
— Здравствуйте, подполковник, — ответил Бернард, раскрывая зонтик. — Погода неладная. Ехать по дороге будет опасно.
Тучи на небе, действительно, ходили грозные, и уже начинал моросить дождик.
— Так я могу полететь, а не поехать. В воздухе пространства больше — не так опасно.
— Лучше зайдите на чай, возможно, это хорошо для вас обернётся.
— Каждый раз ты даешь намёки, но в итоге я ухожу ни с чем… Это особый навык королевских слуг — так умело пудрить мозги служащим СБ? Ладно, погода и правда ближайшие часы скверная — чуть ли не ураган передают.
Ризандр прошёл за Бернардом в особняк. Подполковник просил аудиенции принца уже больше месяца, и зная, что это будет непростым делом, он каждую неделю напоминал о своём существовании.
«Сложно даже подумать, перед кем ещё мне приходилось плясать впустую так долго… — подумал Ризандр, ожидая, пока Бернард нальёт чай. — Хотя на то это и королевский клан. С Йонко, чёрт возьми, легче поговорить, чем с принцем…»
— Подполковник, из сладкого что-то будете? Вы всегда отказываетесь, но я всё равно должен спросить.
— Хм-м, а почему нет. Я бы съел какое-нибудь маленькое пирожное — надо же заесть свои неудачи.
Бернард достал из антрестазиса тарелку с эклером, посыпанным орехом.
— Подойдет?
— Да, отлично, — ответил подполковник, сразу принявшись пробовать пирожное.
— Позвольте спросить, подполковник, и в чём же заключаются ваши неудачи? Для знающих людей вы в десятке самых влиятельных людей СБ хокумата.
— Мои неудачи, мои неудачи… — пропел подполковник и отпил глоток чая. — У каждого события есть несколько причин возникновения. Например, этот прекрасный лиственный напиток, — Ризандр поднял кружку вверх. — Причина его возникновения здесь проста — государственный пёс, у которого шило в жопе, в очередной раз пришёл что-то разнюхивать.
— Вы слишком категорично себя охарактеризовали. Никто так не считает.
— Поверь мне — считают. Может, вслух и не скажут, но, по крайней мере, в мыслях так подумают, — подполковник улыбнулся. — Заметь: даже в голове лишь одного человека может быть две разные позиции. Одна официальная, а другая формальная. И когда дело доходит до сложных вещей, где много разных сторон и позиций, понимаешь, какая происходит путаница?