Дочь для олигарха (СИ)

О том, кому я собираюсь оказать услугу, умалчиваю. Просто говорю, что с квартирой мне необходимо попрощаться.
Теперь дело остается за малым. Лида возьмет дополнительный комплект ключей из почтового ящика. Документы хранятся в квартире. Если понадобится какая-либо подпись — подруга приедет к особняку Демида, я смогу выскочить к ней и сделать все необходимое.
По прогнозам Лиды, претенденты на покупку вторички появятся быстро. Цена не заоблачная, как раз для основной массы населения.
Надеюсь, я поступаю правильно.
Ощущаю, как внутри пинается дочка, усаживаюсь удобней на постель, поглаживаю живот.
— Тише, тише родная. Ты тоже не в восторге от долгов отца? Ничего… поможем ему сейчас не угодить в тюрьму, а потом все вернем.
Внезапный стресс отзывается легким головокружением и слабостью. Совсем нет сил на что-то продуктивное, и остаток дня я провожу в мыслях о Грозном и с полным отсутствии стремлений хоть к чему-то.
Часам к одиннадцати, когда за окошками уже темно, я засыпаю. Однако сон не в своем доме у меня теперь чуткий, открываю глаза от едва слышимого скрипа. До встречи с Демидом не обратила бы внимание на этот шорох, но теперь оглядываюсь на звук.
В узкой полоске коридорного света, я вижу силуэт Грозного, крадущегося в комнату.
— Демид? — бормочу. — Который час?
— Полночь, Юль, — шагает ко мне. — Разбудил?
— Ага…
— Извини. Я долго боролся с желанием еще раз побыть с тобой и заботливыми доводами о твоем сне… Победило первое.
— Ты снова пришел сказать, что я тебе нравлюсь? — вздыхаю, чуть приподнимаюсь и упираюсь спиной в изголовье кровати.
Грозный вернулся из офиса и успел переодеться в домашний наряд — спортивную футболку и шорты.
— Да, но ты, как всегда, ответишь отказом.
— Ничего, кроме дружбы, между нами быть не может. Я не хочу любовных отношений с тобой.
Наблюдаю, как Демид ложится на постель, отодвигает край одеяла, щупает мой живот.
— Как вы здесь? — спрашивает меня, но имеет в виду и дочь тоже.
— На УЗИ так и не попали, — признаюсь и позволяю отцу пообщаться с ребеночком.
— Знаю. Я перенес прием на завтра.
Выглядит Грозный весьма спокойным. Или притворяется? Не хочет нервировать меня и выпускать своих темных демонов наружу? Вполне похоже на правду.
— Как дела в офисе? — напряженно спрашиваю. — Нашел деньги на выплату кредита?
Этот насущный вопрос терзает мою душу с самого утра.
— Похоже, заботы о моих деньгах беспокоят не только Хилл. Они прошиты в вас обеих на генетическом уровне, — смеется.
— Неуместная шутка. Не смешно, — холодно цежу сквозь зубы, буравлю глазами стену напротив.
Грозный обхватывает меня за плечи, вынуждая спуститься от изголовья и лечь. Упирается руками по обе стороны от меня, нависает.
Тут же переворачиваюсь на бок, спиной к Демиду. Закусываю губу, чтобы не сорваться, не поругаться с ним.
Мы. Просто. Друзья.
И я не имею права лезть ему под кожу, только помочь по велению собственного сердца. Мы из разных миров, вряд ли из нас получилась бы крепкая пара. Обязательно будут конфликты, а мне необходимо сохранить добрые отношения с Демидом любыми путями. Практика доказывает, что без любви это получается лучше. Я уже насмотрелась, какой из Демида будущий муж на примере с сестрой. Отвратительный.
Грозный скользит пальцами по моей руке от плеча к локтю. Обычное прикосновение, но мне кажется, что в тех местах, где тронул Демид, вспыхивает огонь. Грозный тяжело дышит мне в волосы.
— Юль, я не могу тебе рассказать все сейчас, но поверь, со мной все будет хорошо. Я привык жить в шоколаде и отказываться от этого не собираюсь.
Крепче прижимается ко мне.
— Ты нарушаешь мое личное пространство, — трудно дышать теперь мне. Приятный аромат его тела окутывает, пробирается в ноздри.
— Вредная… — беззлобно шепчет. — Сегодня меня вновь останавливает беременность, но ты даже представить не можешь, Юль, что я вижу перед сном, когда закрываю глаза, уже которую ночь подряд. На какую девушку смотрю без одежды и что с ней делаю…
Это слишком прозрачный намек, чтобы не понять его и не вспыхнуть от этих слов. Приходится уговаривать свою фантазию перестать рисовать кадры, озвученные Грозным.
 
— Демид, пожалуйста, — впиваюсь ногтями в его руку, что неприлично ползет к груди, и сбрасываю ее. Двигаюсь подальше от мужчины. — Тебе лучше уйти…
— Такая неприступная… Юль, знаешь, твое сопротивление лишь подстегивает к запретным действиям. Надолго ли хватит моего терпения?
— На всю оставшуюся жизнь.
— Сомневаюсь. — Чувствую, как проминается матрас от того, что Грозный встает с постели. — Ладно, я уйду. Уступлю тебе еще раз, но утром вернусь. Мы вместе поедем в клинику.
— Добрых снов…
Только когда за его спиной хлопает дверь, я отмираю. Протяжно выдуваю ртом воздух. Даже вспотела.
Демид прав — мое интересное положение многое решает.
Чем ближе движется срок к появлению нашего общего ребенка на свет, тем слаще подсовывает мне пряник олигарх. Кнут Грозный припрятал подальше.
Он прекрасно видит мой большой живот и соображает, на секунду не забывает, что внутри его дочь. Малышка пока зависима только от меня, и ее здоровье напрямую связано с моим состоянием. Грозный берет это во внимание, и вместе с тем я понимаю, как мужчина привык ко мне за эти месяцы.
Он не скупится, приобретает импортные витамины, одежду, водит по частным клиникам на консультации к лучшим врачам. Тратит деньги на обустройство нового дома…
Много ресурсов спускает и искреннее считает, что я отныне принадлежу ему. Хотя я даже не прошу. Демид сам проявляет инициативу, задвинув Джулию на второй план. И эта его забота…
Душит.
А может, я придираюсь? Ведь раньше все приходилось делать самой. Даже в браке, когда жила с Виктором, была хозяйкой своей судьбы, а сейчас кажется, что ее пишет за меня Демид.
Вдруг этого я и хотела всегда? Каменно-крепкое плечо, на которое в любой момент могу опереться? Не в плане любви, а в бытовых вопросах…
* * *
Процедура УЗИ запланирована на десять. Я не тороплюсь. Спокойно собираюсь, кушаю, беру необходимые документы и только потом спускаюсь.
— Ты завтракала? — на первом этаже встречает Демид.
— Да.
Грозный так красив, что мурашки бегут по коже, еще больше — от его пристального взгляда, бешеной харизмы и физической силы. Ею прошита каждая клетка его тела. Кровь будоражится от осознания власти Грозного и острого ума. А еще расчетливости. Демид никогда ничего не делает просто так. Единственное, что выбивается из его образа — долг.
— Хорошо, — шагает к лестнице и подает мне руку.
В прихожей уже по привычке сажусь на пуф, что был поставлен специально для меня. Грозный опускается подле на корточки и, взяв меня за щиколотку, натягивает на ступню балетку. Потом вторую.
— Не устану благодарить тебя за внимание, но, Демид, я не беспомощна.
— Пустяки, — с улыбкой на лице отвечает, не упуская возможности погладить мою коленку, и вновь помогает встать. — Мне несложно. Да и наклоны твои Агата вряд ли оценит на позднем сроке.
Спорить с Грозным насчет имени перестала еще на шестом месяце. Сначала нужно родить.
Выходим во двор. Солнышко приятно пригревает, зеленеет трава. Огромный сад благоухает, а меня терзает один вопрос:
— Где Хилл? Я не видела ее сегодня.
— Джулия отправилась в конюшню прощаться с лошадьми. Все идет к расставанию, так что…
Грозный привык ходить быстро. Его жизненный ритм подразумевает скорость, но сейчас Демид терпеливо плетется вровень со мной.
— Это я виновата…
— Нет, Юль. Для нас с Джули ошибкой было прилетать в Россию. Но я ни о чем не жалею. Свою цель обзавестись наследником я все же исполнил, — открывает заднюю дверцу авто.
Усаживаюсь в машину. Демид, как всегда, рядом.
Безымянный водитель мчит нас в клинику.
В какой-то момент в кармане Грозного вибрирует телефон.