После поцелуя (ЛП)

Его голос прервался, но Изабель продолжала молчать. Она не имела понятия, что можно сказать. Слеза скатилась по ее щеке, и девушка торопливо смахнула ее до того, как кто-то у входа в Гайд-парк сможет увидеть ее.
Салливан откашлялся.
– Ты заставляешь меня мечтать о том, чтобы я был кем-то другим. Человеком, который может совершать все это при свете дня, без страха погубить тебя и уничтожить себя. Прежде я никогда не желал этого, Изабель. – Его взгляд не отрывался от ее глаз. – Теперь ты ощущаешь меньшую боль?
Она покачала головой, еще одна слеза последовала за первой, пробежав по щеке и исчезнув в небытие с помощью ее перчатки.
– Нет.
– Вот и у меня то же самое.
– Салливан Уоринг!
Низкий, резкий голос заставил Изабель подпрыгнуть. Зефир оступилась, встряхнула головой и прижала уши. О Боже. Изабель натянула поводья. Кобыла, фыркнув, попятилась.
– Тпру, девочка, – непринужденно произнес Салливан, не делая никаких движений, кроме едва заметного движения ногой, после которого Парис поравнялся с ними. – Тибби, поговори с ней. Наблюдай за ее ушами.
– Тпру, девочка, – повторила она, не осмеливаясь отпускать луку седла или поводья, чтобы потрепать кобылу. – Хорошая девочка. Вот так. Мне жаль, что я испугала тебя.
Уши Зефир приподнялись, повернувшись в сторону потока тихих слов, которые она продолжала бормотать. Кобыла перестала беспокойно двигаться и наклонила голову, чтобы пощипать траву у себя под ногами.
– Отличная работа, миледи, – прошептал Салливан.
Когда Изабель наконец-то отвела взгляд от ушей Зефир, она осознала, что Салливан поднял руки вверх, его взгляд прикован к ближайшему из полудюжины мужчин, окруживших их. Мужчин с пистолетами, направленными ему в грудь.
– Что все это значит? – спросила девушка, использовав всю силу воли, до последней унции, чтобы ее слова прозвучали оскорбленно, а не испуганно из-за того, что кто-то собирается застрелить Салливана.
Ближайший мужчина, одетый, как и все они в синие шинели с красными жилетами под ними, бросил на нее взгляд.
– Это дело касается только Боу-стрит, мисс. Держитесь…
– Леди Изабель Чалси, – прервал Салливан. – Вы будете разговаривать с ней со всем должным уважением.
Подбородок мужчины дернулся, и он склонил голову.
– Приношу свои извинения, миледи. Мы здесь при исполнении служебных обязанностей. Пожалуйста, отойдите в сторону. – Он снова обратил свое внимание на Салливана. – Мистер Салливан Уоринг, по приказу главного судьи, вы находитесь под арестом за кражу.
– Это смешно! – заявила Изабель. Очень трудно говорить, когда сердце застряло в горле, но эти люди выглядели так, будто готовы стрелять. Как они нашли их? Как они могли просто прискакать и арестовать его прямо тогда, когда он сказал, что любит ее? Девушка сделала вдох, чтобы собраться с силами. – Мистер Уоринг тренирует мою лошадь. Я понятия не имею, что…
– Мои извинения, миледи, но у нас надежная информация о том, что мистер Уоринг стоит за кражами в Мэйфере в последние несколько недель. Он должен немедленно отправиться с нами.
– Нет, – заявил Салливан.
Пистолеты снова взяли прицел. Один из мужчин спешился, в его руке оказались железные наручники.
– Слезайте с лошади до того, как мы заставим вас это сделать, – проговорил главный из сыщиков.
– Леди Изабель находится под моей ответственностью, – ответил Салливан таким же спокойным тоном, что и раньше. – Я не оставлю ее здесь.
– С вами есть грум, – возразил другой мужчина, указывая на Фиппса.
Изабель вообще забыла о том, что старший грум был с ними. Он сидел на лошади на небольшом расстоянии позади них, его лицо посерело. Девушка подумала, что ее лицо выглядит точно так же. Они нашли Салливана, и они знали – знали – что он сделал. Знали то, что он – Мародер из Мэйфера. Кто рассказал им?
– Кто снабдил вас этой нелепой информацией? – спросила она вслух.
– Мы не вправе сообщать об этом.
– Я отвечу. – Оливер Салливан, лорд Тилден, подъехал сзади к сидящим на лошадях сыщикам. – Я был вынужден выполнить свой гражданский долг, Изабель. Извините за неудачно выбранное время. Я провожу вас домой.
 
– Ничего подобного вы не сделаете! – парировала она, снова устремляя взгляд на главного офицера. – Мистер Уоринг у меня на службе. Мне необходимо его присутствие, чтобы вернуться домой. Вы можете последовать за нами, если вы этого желаете. – Не слишком долго, но это может дать им время что-то придумать.
– Мистер Уоринг немедленно отправится с нами, – повторил главный сыщик.
– Я не понимаю. У лорда Тилдена нет доказательств, чтобы подтвердить свои обвинения. На самом деле, единственная причина, по которой он…
– Фиппс, – прервал ее Салливан. – Возьми повод. И не отдаляйся от леди Изабель больше чем на три фута на протяжении всего пути до дома, или я узнаю об этом и выслежу тебя. Ясно?
– Да, мистер Уоринг.
– Салли…
– Все смотрят на нас, Тибби, – тихим голосом произнес он, медленно спешиваясь под дулами пистолетов, следующих за каждым его движением. – Поддерживая меня, ты только повредишь себе. Молчи, высоко держи голову и отправляйся домой.
Изабель закрыла рот. Наконец-то она огляделась и за пределами их маленького круга увидела, как показалось, половину Гайд-парка, собравшиеся вокруг люди переговаривались и поглядывали на нее так же часто, как и на Салливана. Она даже не заметила их, а теперь ей было все равно.
– Доказательства, сэр. Какие у вас доказательства?
– Не беспокойтесь об этом, миледи. По заявлению лорда Тилдена, мы отправим людей в дом мистера Уоринга, чтобы отыскать украденные вещи. Вас ведь тоже ограбили, не так ли?
Оливер вмешался в разговор.
– В этом нет необходимости, мистер Сайфли. Давайте доставим вас домой, Изабель.
– Не приближайтесь ко мне. Как будто я захочу иметь с вами что-то общее после того, как вы назвали меня.
Салливан схватил ее за ногу, заставив подпрыгнуть и снова заставив сыщиков понервничать.
– Ради Бога, Тибби, отправляйся домой. Пожалуйста, – прошептал он, притворяясь, что поправляет ей поводья. – Я никогда не хотел, чтобы это повредило тебе. Держись подальше от меня. Или, еще лучше: сначала ударь меня, а потом уезжай.
– Я не стану этого делать, – прошептала девушка в ответ. Затем она выпрямилась. – Очень хорошо, джентльмены. Фиппс, немедленно сопроводите меня домой.
Грум подобрался ближе, чтобы взять повод у Салливана, а затем повернул Зефир и повел ее прочь от этой группы. Изабель продолжала смотреть через плечо, желая удостовериться, что никто не выстрелит в Салливана. Когда на его запястьях защелкнулись наручники, он бросил на нее последний взгляд и повернулся к ней спиной.
Изабель ощутила приступ тошноты. Она с трудом сглотнула, сражаясь с желанием извергнуть содержимое желудка прямо посреди парка. Как они могли просто подъехать и арестовать его? Как только они получат доказательства, единственное, что останется узнать – это какое наказание будет ждать Салливана. О, Боже, что, если его решено будет повесить? Нет, нет, нет.
– Миледи, – произнес Фиппс рядом с ней, – нам нужно вернуться в Чалси-хаус.
Она заморгала. Сыщики направлялись в коттедж Салливана. У них еще нет никаких доказательств обвинений Оливера.
– Нет, – проговорила Изабель вслух.
– Нет? Но…
– Я поеду домой, – заявила она с большей уверенностью, чем ощущала. – А вы отправитесь в дом лорда Брэмуэлла Джонса и расскажете ему в деталях все, что только что произошло. Вы знаете, где находится его резиденция?
– Да, миледи. Но мистер Уоринг сказал, что я должен доставить вас домой. Он очень ясно выразился.
 
– Фиппс, вы работаете на нашу семью. А не на него. А теперь отправляйтесь!
С очевидной неохотой грум отцепил повод от уздечки Зефир и забрался на собственную лошадь.
– Пожалуйста, будьте осторожны, миледи. Вы останетесь на улицах в одиночестве.
Изабель гораздо больше беспокоилась о том, что поедет верхом без сопровождения.