Амнезия

Пол стоял в напряженном возбуждении – пуля пролетела мимо, но моя неопытность в стрельбе не означала, что я промажу и во второй раз. И Пол это понял. Нервно сжимая руки, он яростно взирал на меня.
Огонь уже почти полностью охватил юрту. Языки пламени подбирались к верхушкам деревьев. Я снова нацелила пистолет, но уже прямо в лицо Пола.
Выражение его лица мгновенно изменилось. Теперь он выглядел жалким, испуганным.
– Милая, – сказал Пол, но я с трудом слышала его голос в треске пожара. – Эмми… пожалуйста… Что же ты делаешь?
– Ты пытался сжечь нас.
Его лицо исказилось в мучительной гримасе. Словно нашкодивший ребенок, он показал пальцем на Лору Бишоп.
– Это она заперла вас.
– Прекрати, Пол. Я видела, как ты зажег спичку.
Он удрученно покачал головой. По его ключице текла струйка крови.
– Нет, милая. С тех пор как ты попала в аварию… и сбила оленя, ты стала сама не своя. У тебя в голове все смешалось. Милая… Эмили… Тебе нужна помощь.
– Прекрати, Пол! – Меня вновь охватила дрожь. Я по-прежнему сжимала пистолет Старчика, но рука моя задрожала. Предательски задрожала.
Издалека донесся вой сирен.
Пол протянул ко мне руку. Лицо его изобразило сострадание.
– Эмми, у тебя же всю жизнь были проблемы с психикой, – добавил он, опять покачав головой. – Во всем виноват твой отец. Но мы поможем тебе, понимаешь? Мы позвоним Саре. Мы все уладим, и все будет хорошо. Однако сейчас нам нужно избавиться от этих двух людей. – Он бросил гневные взгляды на Майкла и Лору. – Они же мошенники, Эмили. Джони, – сказал он, взглянув на нашу дочь, – ты поймешь это, став старше. Такие люди, как они…
Окончание его слов заглушила рухнувшая крыша юрты. В небо взлетел огромный столб черного дыма и горящих углей, фейерверком разлетавшихся по воздуху. Парочка угольков миниатюрными огненными метеоритами попала на меня.
Все мы отступили подальше от пылающего сооружения. Теперь остов его напоминал странную карусель в окружении огненной иллюминации.
Мы стояли и смотрели, как завороженные.
Но вдруг я вспомнила о Поле.
Воспользовавшись всеобщим замешательством и возбуждением, мой муж смылся.
  
Глава 62
 
– Он не уйдет далеко, – успокоил меня коп. – Особенно если у него с собой ничего нет – ни провизии, ни инструментов, ни туристического снаряжения.
Участок заполнился людьми; я в жизни не видела так много полицейских, пожарных и спасателей. Из-за удаленности этого жилья и паршивой грунтовой дороги пожарные смогли проехать только на небольших автомобилях. В их задачу входило следить за тем, чтобы постройка сгорела, а пожар не распространился дальше; они копали канавы и распыляли воду, создавая круговую преграду огню.
Глядя, как они дружно работали в своем тяжелом снаряжении в опасном пекле, я приободрилась.
После исчезновения Пола я увлекла всех в наш арендованный седан. Едва включила передачу, появился первый патрульный. Он сообщил, что Старчик еще жив, но состояние у него тяжелое и его увезла первая «Скорая», а на второй отправили Майкла. С ним поехала Джони.
Я почти забыла, что коп все еще стоял рядом со мной. Он смотрел в лес.
– Эти владения примыкают к земле штата. Вокруг много диких лесов. Вы говорили, что он не взял с собой даже воды?
– Честно говоря, я не видела.
У меня подогнулись колени, когда я заметила какую-то обугленную кость возле курятника. К счастью, куры – чудесным образом – спаслись от пожара. Только одна слегка обгорела – кончики белых перьев почернели.
– С вами все в порядке? – Патрульный озабоченно взглянул на меня.
– Спасибо, в порядке.
– Мы можем продолжить? – Он записывал в блокнот мои показания.
– Да, можем.
– Хорошо. Итак, в какой момент вы воспользовались оружием?
«Воспользовались оружием…» Манера полицейских всегда казалась мне на редкость формальной. А сами они – очень спокойными и отстраненными. Такой приходилось быть и мне, проводя сеансы психотерапии. Объективной. Вне зависимости от хода сеансов.
– Я выстрелила в него, когда он стал душить Майкла. Выстрелила в его сторону, но мимо. Хотела напугать.
 
«А вдруг ты ошибаешься? Что, если Пола использовали? И Джони тоже? Что, если Пол увез тебя обратно к Шону, чтобы спасти?»
– Вы говорили, они боролись? Можете показать, где?
– Вон там, по-моему. До них доходил дым пожара.
– М-м-м…
«Какие же планы строила Лора Бишоп со своим сыном? Много ли они общались? Как это может повлиять на мою жизнь?»
– Давайте ненадолго отмотаем время назад, – предложил полицейский.
Я невольно похолодела, осознав, как близка его формулировка к тому, что я говорила Майклу во время наших сеансов.
– Что вы можете сказать об огнестрельном ранении офицера полиции? Следователя Стивена Старчика. Вы видели, кто в него стрелял?
– Нет. Не видела. Я думаю, что стрелял Пол, но точнее сказать не могу.
– Мэм?
Моему ответу помешал сильный приступ кашля. Во время допроса я сидела на пне, завернутая в одно из термических зеркальных покрывал, и, вероятно, надышалась дымом. К нам присоединилась еще одна женщина из патрульных. Мне показалось, я узнала ее – но откуда? Не она ли приезжала к нам в дом прошлым вечером? События путались в моей голове.
– Офицер Кейн, – сказал первый коп, – давайте окажем ей должную помощь. Я заметил у пострадавшей ожоги второй степени и проблемы с дыханием.
Они помогли мне встать на ноги. Потом, помню, как я лежала на носилках с кислородной маской, и меня перенесли в багажник «Скорой». Я видела в небе вертолет и осознавала, как его лопасти прорезали воздух. Рядом с ним расплывался огромный столб сине-черного дыма.
Бедняжки Мэдисон и Хантер… Что я скажу их родным? «Простите, моя семья немного облажалась…»
Двери машины «Скорой помощи» закрылись. Началась мучительная поездка к асфальтированной дороге, я морщилась на каждом ухабе.
– Вам плохо? – спросил меня парамедик. – Дать вам что-нибудь болеутоляющее?
Я с благодарностью кивнула.
– Куда мы едем? – спросила я чуть позже.
– В Медицинский центр Адирондака. В Саранак-Лейк.
«По крайней мере, – подумала я, – там же лежит мой сын».
  
Глава 63
 
День подходил к концу, скоро девять вечера. В палате стояла тишина. Только монитор отслеживал удары моего сердца, да из коридора доносились приглушенные людские голоса.
Но затишье быстро закончилось.
В палату вошли два детектива, сообщив, что они из Бюро уголовных расследований. Они задавали мне те же вопросы, что и патрульные на месте преступления.
Я спросила их о Поле. Они заверили меня, что его ищут, развернули полномасштабный поиск. Он считается преступником, скрывающимся от правосудия. Но у меня также сложилось впечатление, что мой муж для них – лишь часть загадочной картины.
– Мы пытаемся воссоздать события, – добавил один из детективов, детектив Паркер; его бровь над глазом прореза́л старый шрам. Другой детектив дежурил около двери в позе морпеха на плацу.
– У нас накопилось много сведений, – заметил Паркер, – но возникли трудности в их увязке друг с другом.
Я поняла его. Огонь уничтожил все твердые доказательства того, что Пол убил Мэдисон и Хантера. И то, что он стрелял в Старчика, пока некому подтвердить. Как и тот факт, что он запер нас в юрте, пытаясь сжечь заживо. Есть только мое слово. И Джони. И Майкла. Надеюсь, все мы рассказывали одинаковые истории.
Детективы сообщили мне, что Майкл и Джони лежат в этой же больнице. Майклу потребовалась серьезная помощь – у него сломана рука, а также обнаружились несколько незначительных порезов, синяков и отравление дымом. Джони досталось меньше, и скоро ее выпишут. Но полицейские попросили, чтобы мы не общались, пока их не допросят. Кто-то из полиции штата даже стоял в коридоре у моей двери в качестве охранника.
Мои раны, очевидно, были более серьезны, чем у Джони. По крайней мере, доктор, обследовавший меня полчаса назад, как сообщили мне детективы, еще должен кое-что проверить. Меня также спросили, не попадала ли я в другие несчастные случаи до пожара, потому что доктор подозревал недавнее сотрясение мозга. Я призналась, что сбила оленя.