Тихоня для шалопая (СИ)

— Девушка, ты меня слышишь? — вглядываясь в её лицо при свете фар, спросил встревоженно.
— Да, — едва слышный ответ.
По лицу вижу, что ей больно. Прикидываю, где находится ближайший травматологический пункт, осторожно поднимаю её на руки и несу в машину.
До города ехать больше часа. Девчонка уснула, спрятав лицо в воротнике куртки. Чем ближе подъезжали к городу, тем сильнее валил снег. Когда видимость стала практически нулевой, свернул в первый отель, который был поблизости.
Оставил девушку в машине пока решал вопрос со съёмом номера. Из-за непогоды был свободен только одноместный номер. За неимением лучшего, пришлось снимать его. Посплю на полу, если что. А завтра с утра отвезу девчонку в травмпункт.
Проснулась девушка, когда я её нёс в номер. Понял это по участившимуся дыханию и едва заметному шевелению.
Чуть склонил голову, пытаясь заглянуть ей в лицо, из-за чего нос тут же уловил запах девчонки. Нежный аромат яблок и липы, более яркий после мороза, с нотками чего-то еле заметного и лёгкого. Чего-то такого, что я всё пытался уловить, незаметно принюхиваясь. Будто случайно касаясь носом её волос, которые торчали из-под шапки.
И только в номере я смог её рассмотреть. Совсем девчонка ещё. Худенькая, растрепанная и зареванная. С большими несчастными зелёными глазищами и чувственными пухлыми губами. На вид не дашь больше семнадцати.
Так какого хера мне хочется попробовать эти губы на вкус?
Ещё и эта девчонка их постоянно облизывает и прикусывает, будто специально провоцирует. Мнёт подол коротенького чёрного платья и смотрит на меня так, будто я маньяк, который на неё сейчас набросится.
Хочется встряхнуть её за плечи и привести в чувства. Серьезно? Она хочет оставить этих подонков безнаказанными?
Либо она дура, либо чересчур мягкая. Будто в насмешку, за её спиной несколько раз мигнул ночник, создавая ореол вокруг растрепанных волос.
Криво усмехнулся. Ну точно, блин, ангел во плоти. Крыльев за спиной только не хватает.
  
Глава 35
 
Григорий                                                                                               
Сбегаю в ванную от соблазна сказать какую-то херню. Нарочито долго ищу аптечку.
Быстрый взгляд на себя в зеркало.
"Что за мысли в твоей голове, старый ты придурок? Она ведь совсем ещё девчонка. В дочери тебе годится. Возможно, она даже несовершеннолетняя. Придержи свой член в штанах, мудак, и подбери слюни".
Но тело не подчиняется разуму. Член становится по стойке смирно, когда касаюсь пальцами кожи девчонки. Стискиваю зубы до скрипа. Стараюсь держать своё желание в узде, не дать ладоням исследовать тонкие щиколотки и икры.
Девчонка руками закрывает лицо и тяжело дышит. Ей больно, придурок, а ты только и думаешь о том, как бы оказаться в ней.
Снова сбегаю в ванную, потому что видеть её голые колени оказывается выше моих сил.
Сказал бы кто мне с утра, что я, как прыщавый юнец буду стоять под холодным душем и сжимать ладонью ноющий член, представляя перед глазами острые коленки и огромные зелёные глаза, не поверил бы.
Я, тридцатисемилетний мужчина, который оставил за спиной подростковые мокрые мечты, повернусь на молоденькой девчонке. Вот так просто. С первого взгляда.
  
Глава 36
 
Григорий                                                                                                          
А потом, прижимая её спиной к своей груди, чувствуя округлую попку пахом, понял — пусть всё катится к чёрту. Девчонка обернулась ко мне. Мокрое лицо. Вода задерживается на губах, к которым тут же прилип мой взгляд. Обхватил её лицо руками и лизнул удивленно приоткрытые губы. Не встретив никакого сопротивления, набросился на неё.
И тут четко осознал, что чувствует зверь, когда настигает свою добычу. Триумф. Дикий восторг. Желание вгрызться в свою добычу сильнее.
Я целовал её как безумный. Не мог оторваться. Вжимал. Касался. Гладил. И ласкал. Она была такой пьянящей. Такой сладкой. До безумия. До помутнения сознания.
 
Безумие. Я не соврал, когда сказал ей, что никого и никогда не хотел так, как её. Ещё никогда меня так не выворачивало. Не трясло от осознания того, что я у неё первый. По сути, какая разница, кто был до тебя? Главное, чтобы женщина была твоей в настоящий момент.
Но нет. Меня плющило.
Я, бл*ть, первый, кто касается её. Кто видит её в таком виде. Влажной от пота, с пылающим от желания взглядом, тяжело дышащей. И влажной. Готовой для меня. Готовой принять меня.
Её выгибающиеся в моих руках тело, её губы, обхватывающие мой член, почти каждую ночь будут приходить ко мне во сне.
Когда Катя уснула в моих объятьях, пообещал себе, что завтра всё сделаю по нормальному. Как это положено. Куплю цветы. Приглашу на свидание. Если, конечно, она захочет начинать отношения с мужиком, который старше на шестнадцать лет.
Проснулся раньше Катюши. Осмотрел её ногу, которая за ночь припухла. Решил сходить в аптеку за согревающей мазью. И за цветами.
Только вот вернулся в пустой номер.
С букетом цветов в руках и мазью в кармане, обошёл помещение и не нашёл в номере девчонки.
Рассмеялся хрипло и положил букет на стол. Пусть горничная заберёт. Сел на кровать и зарылся пальцами в волосы.
Чувствовал себя так, будто меня поимели и бросили. Злился на девчонку, за то, что она сбежала. Злился на себя, за то, что не удержал свой член в штанах.
Но самым херовым было то, что я уже не мог её забыть. Так просто выкинуть из головы.
Я теперь знал её вкус. Её запах. Её выражение лица вовремя оргазма. Её тихие стоны, которые она старательно пыталась заглушить ладонью.
И хотел почувствовать это вновь.
Проблемы с бывшей женой, которая снова объявилась на горизонте и устраивала концерты под дверьми квартиры, помогли отвлечься. Видел, что приезд матери в этот раз слишком сильно повлиял на Артёма. Слишком ранил. Последний раз он видел её четыре года назад, когда он ещё был подростком, а она была более-менее ухоженной женщиной. Я знаю, что он её любил. Несмотря ни на что.
Артёма всегда цепляло то, что его воспитывает только один родитель. Только два раза он спрашивал меня, почему мать не живёт с нами. А я не мог объяснить. Не мог подобрать правильных слов. Съезжал с темы.
В первый раз за одиннадцать лет меня вызвали в школу из-за его поведения.
И я вдруг чётко осознал, что из меня вышел херовый отец. Я даже вспомнить не могу, когда в последний раз нормально с ним разговаривал. Не простое пожелание доброго утра, положить карманные деньги на стол, а нормальное общение отца с сыном. Сидя за столом на кухне.
Я вкалываю, как конь, прикрываясь тем, что хочу, чтобы мой сын ни в чём не нуждался. Пропадал сутками на работе.
А я хоть раз спросил его, чего он хочет?
Я даже имени его друзей не знаю. Если они у него есть.
Сжал с силой руль, а потом ударил по нему несколько раз.
Когда он превратился в нахала, который хамит и лапает молоденьких учительниц?
Не знаю, что меня взбесило сильнее — его поведение или то, что он приставал к Катюше.
Эту девушку я считал своей. С той самой первой ночи.
Перевёл на неё взгляд. Девчонка открыла вдруг глаза и огляделась, явно не понимая где находится. Увидела меня и улыбнулась счастливо.
— Я думала, что ты мне приснился, — сказала смущенно, поправляя волосы.
Отстегнул ремень безопасности и перетянул её к себе на колени.
Вжался лицом в светлые локоны её волос, втягивая неповторимый запах, которого мне не хватало это время. Все невесёлые мысли отошли на второй план.
 
Катюша ласково терлась носиком о мою шею, оставляя легкие поцелуи на коже.
— Мне нужно идти, — говорит с сожалением в голосе. — Сонечка ждёт. Не хочу, чтобы она была долго с отцом наедине.
Сжал руки на её талии чуть сильнее. Нет сил её отпустить от себя.