Агентство "ЭКЗОРЦИСТ": ALBEDO (СИ)

Осталось выяснить, чьё именно дыхание послужило этой цели. Вытащив пробку, я аккуратно извлёк пинцетом клубящийся мрак и поместил в другой прибор. С ним пришлось повозиться подольше. Несколько алхимических манипуляций, заклинание и призыв демона. Как только я закончил читать формулу, из сигила, начертанного на верхней части прибора, появилась оленья голова с раскидистыми ветвистыми рогами, сияющими, как полированный агат. Выпуклые глаза источали лиловый свет, а короткая густая светлая шерсть лоснилась, словно была смазана маслом. Ещё немного, и показались перепончатые крылья, а за ними – извивающийся раздвоенный хвост. Между шипами на его конце горело адское пламя. 
Один из самых могущественных владык преисподней, Князь Фурфур командовал двадцатью девятью легионами бесов и мог создавать молнии, бури, ураганы и гром. Но главное – он владел тайнами своих сородичей. А мне как раз требовалось, чтобы он выдал одну. 
Чтобы заставить Фурфура говорить правду, следовало поместить его в особый треугольник, который составлял часть прибора, куда я поместил дыхание демона. Так что сейчас Князь не мог солгать.
Вызванное существо внимательно рассматривало меня лиловыми глазами, лениво помахивая огненным хвостом. Под белой шерстью перекатывались рельефный мышцы. 
- Князь Фурфур, я призвал тебя, чтобы спросить, чьё дыхание находится в этом приборе! Назови мне имя демона, который отдал его! В качестве платы за твою услугу я предлагаю одну из своих глиф!
По моему знаку в воздухе закружились сияющие печати. 
- Я приму твою оплату! – проревел демон, полыхая зенками. – Но это будет стоить две глифы!
- Хорошо, согласен. Имя, Князь!
Пара печатей исчезла, и чёрные рога моего собеседника замерцали сильнее, словно в них влилась энергия. Возможно, так оно и было.
- Имя демона, чьё дыхание находится в этом приборе, - Гасион!
Проговорив это, Фурфур опустился обратно в сигил, и чертёж медленно угас.
Гасион, значит… Демон, являющийся посредником между миром живых и мёртвых. Вот, кто отдал своё дыхание, чтобы наделить душу яростью и жаждой убийства. Не удивлюсь, если все гомункулы созданы по тому же принципу. Но Честер Баттенберг не искусственный человек! Хелен забеременела, выносила и родила его! Да и я видел глаза мальчика. Они не были оранжевыми. 
Что ж, посмотрим… 
Покинув дворец памяти, я открыл глаза и увидел лепной потолок сиреневой спальни. Но разлёживаться некогда. Если подтвердится и второе моё предположение… Лишь бы так и случилось!
Поднявшись, я быстро вышел из комнаты и направился в детскую, где Честер Баттенберг находился под присмотром гувернёра. 
  
Глава 17
 
Возле лестницы меня окликнул лорд Уэйк. Пришлось остановиться, чтобы подождать его. Лицо у старика было озабоченное и носило печать нервного истощения. Кажется, последние новости о внуке отняли у аристократа последние силы. Он двигался медленно, словно был болен.
- Вы идёте к Честеру? – спросил он, берясь за дубовые перила.
- Лорд Уэйк, вам лучше отдохнуть, - сказал я. – Мне нужно…
- Господин Блаунт, я задал вам вопрос!
Старик устал, но характер его никуда не делся. Как глава своего рода, он оставался властным человеком в любых обстоятельствах и не мог позволить себе проявить слабость, тем более, перед представителем другого семейства, даже если этот представитель был всего лишь младшим, а следовательно, не наследным сыном. Мне даже охрана не полагалась. Арчибальда, например, всегда сопровождали телохранители – и это, помимо секьюрити самого лётного училища. Ни один аристократ, принадлежащий к по-настоящему влиятельному роду, не мог позволить себе рисковать жизнью. Иногда ты не видел охрану, сопровождавшую человека, но это не значит, что её не было. И почти всегда где-то высоко в небе парил беспилотник, готовый обрушить на потенциального убийцу мощь военной индустрии Империи – маленький, но разрушительный термический заряд, отравленный шип или обычную пулю.
- Простите, лорд Уэйк, - сказал я. – Мне нужно провести с Честером ритуал. Очистить его душу от демонической скверны.
 
- Это поможет? Вы ведь не знаете имени демона, а оно необходимо, чтобы… - старик замолчал, не зная, как закончить фразу.
- Думаю, мне удалось найти недостающий элемент, - сказал я, выждав короткую паузу. – Если да, то ваш внук наверняка будет спасён.
Рука лорда крепко схватила меня за предплечье. В глазах старика загорелась надежда, смешанная со страхом, что я ошибаюсь. Он молчал, глядя на меня и подбирая слова, но сказал лишь:
- Я иду с вами!
Спорить было бессмысленно, поэтому я кивнул.
- Хорошо.
Лорд Уэйк начал медленно подниматься, помогая себе тростью. Должно быть, взял её, чувствуя слабость. Я надеялся, что его не хватит инфаркт или инсульт.
- Позвольте вам помочь.
- Не нужно! Со мной всё в порядке.
Подъём занял больше времени, чем мне хотелось бы, но, наконец, мы добрались до второго этажа, а затем – и до детской. Сделав знак лорду подождать, я прислушался. Из-за двери доносилось приглушённое бормотание. Оно мне совсем не понравилось: смех, который я слышал в прошлый раз, подходил комнате мальчика куда больше. Но теперь там происходило нечто странное.
Нажав дверную ручку, я обнаружил, что замок заперт. Заметив это, лорд Уэйк нетерпеливо постучал.
- Мистер Рокс, откройте!
Бормотание стало громче и быстрее. Мы со стариком переглянулись.
- Я позову дворецкого! – сказал лорд. – У него есть ключи от всех дверей.
- Не нужно, - я приложил руку к замочной скважине. – На это нет времени! Дайте мне несколько секунд.
- Что вы делаете?!
Вместо ответа я произнёс отпирающее заклинание. Металл замка пришёл в движение, подчиняясь моему приказу. Алхимик имеет власть над любыми элементами периодической таблицы. Главное – соблюдать закон сохранения массы.
Механизм пару раз щёлкнул, и я распахнул дверь.
В комнате было темно: кто-то задёрнул плотные шторы, и солнечный свет не проникал в неё. Однако в центре светился чертёж, которого прежде я не видел: знакомые фигуры и символы переплетались с ломаными линиями и знаками, никогда мне не встречавшимися. Некоторые напоминали детские рисунки. Вероятно, потому что были сделаны рукой Честера, стоявшего над телом бедного мистера Рокса, распростёртого внутри чертежа. Лицо гувернёра было обращено к двери, так что сразу стало ясно, что остекленевшие глаза и приоткрытый рот не могут принадлежать живому человеку. О том, что мистер Рокс мёртв, красноречиво свидетельствовал и кривой кинжал в руке мальчика. Лезвие, подсвеченное сиянием рисунка, покрывали тёмные пятна – как и лицо Честера, напоминавшее скорее уродливую маску.
При виде этого жуткого зрелища лорд издал сдавленный хрип. Я испугался, что он присоединится к гувернёру, но старик удивил меня: шагнув вперёд, он вдруг выхватил из трости длинное узкое лезвие и с неожиданной резвостью бросился к внуку!
- Чудовище! – закричал лорд, занося оружие для точного уверенного удара.
Вид мальчика, потрошащего гувернёра, вызвал у него приступ отчаяния и ужаса, но вместе с тем – желание разом покончить с кошмаром!
Мне едва удалось нагнать лорда и схватить поперёк корпуса.
- Стойте! Он не виноват!
- Пустите! – старик задёргался, но я держал крепко. – Демон не будет наследником рода Уэйков!
Мне пришлось оттащить старика от мерцающего зловещим светом чертежа. Я не знал, зачем он нужен, но наступать на него обычному человеку явно не стоило.
Лорд вдруг обмяк в моих объятьях. Нервный приступ лишил его последних сил, и он начал тяжело оседать на пол. Я аккуратно уложил его, вынул из разжавшихся пальцев шпагу и бросил клинок к стене, где он затерялся среди игрушек. Затем вытащил из кармана целебный эликсир и влил несколько капель в рот старику. Тот машинально проглотил. Кажется, он был на грани потери сознания.
Честер тем временем вонзил кинжал в тело гувернёра, сделал разрез от грудины до паха и запустил руку в живот мертвеца. Глаза его вспыхнули ярче, а над линиями чертежа заплясали световые пятна. Мальчик вытащил печень, взмахнул пару раз ножом и бросил глянцево блестящий орган на пол. Его тотчас охватило лиловое сияние, кровь зашипела, и по комнате разлился острый неприятный запах.