Путь к себе (СИ)

Дальнейшие события проплыли как в тумане. Вместе с Литом мы погрузили Эверио в фургон и тихо покинули базу. Не знаю, что сделал мой напарник, но нам абсолютно беспрепятственно пропускали через все ворота.
— Как всё прошло? — спросил Литсери, когда мы миновали последний пропускной пункт. Видимо этим вопросом он пытался вывести меня из состояния полного ступора. Жаль не вышло.
— Не спрашивай, — прошептала я, всё ещё не понимая, что происходит. — Нам нужно как можно быстрее доставить Рио в Дом Солнца. Он сильно перестарался с энергетическим истощением, и я боюсь что…
— Едем к Тамиру! — громко сказал Лит, разворачивая фургон. Как же я была рада, что сейчас он смог сохранить хладнокровие, потому что мои силы кончились и, судя по всему, навсегда.
Он сделал пару звонков и к тому моменту, как мы добрались до аэропорта, нас уже ждал небольшой самолёт. Я даже спрашивать ничего не стала. Сейчас всё, кроме жизни Рио казалось мне не важным и второстепенным. А он был бледен, как никогда и совсем не дышал. Сердце его не билось, по крайней мере, я как ни старалась, так и не смогла его услышать. Пока мы летели, не отходила от него ни на секунду. Мне казалось, что если уйду — он умрёт. Поэтому, никакие доводы Литсери не смогли заставить меня покинуть свой пост. Он смотрел на меня как умалишённого суицидника с маниакальными наклонностями, но предпринимать что-либо не решился.
Не знаю, как долго мы летели… Что происходило вокруг, где находились сейчас все остальные участники нашей операции. Всё это было не важно. Но, когда мы приземлились в аэропорту недалеко от моего родного города, я поняла, что все кроме Лита остались в Америке.
Способность здраво мыслить вернулась ко мне только когда мы уже ехали в машине по направлению к Дому Солнца.
Я вдруг поняла, что сижу на заднем сидении какого-то автомобиля, придерживая Рио. А он был всё так же бледен, и теперь мне стало казаться, что его кожа стала холоднеть.
— Лит… — позвала я, и сама испугалась своего голоса. Сейчас он напоминал толи стон, толи скрип… — У нас есть вода? Пить хочется просто безумно.
— Ещё бы! — ответил он, протягивая мне бутылку минералки. — Да ты последние двенадцать часов вообще на контакт не шла. Я уже начал переживать за твоё психическое здоровье.
— Я просто не могу допустить, чтобы он умер… — ответила, глядя на Рио. Его тёмные локоны падали на бледное и такое родное лицо, чёрные густые ресницы не дрожали, а дыхание… Нет, он не дышал. Я аккуратно убрала волосы от его глаз, и с ужасом осознала, что могу его потерять.
Рио, ты должен жить! Просто обязан!
— Вряд ли сейчас ты сможешь чем-то ему помочь… — с грустью проговорил Лит.
— Не знаю, можешь считать это бредом, но я чувствую, что должна быть рядом. Не могу это объяснить, но… уверена, что это правильно.
— Поступай, как знаешь, — ответил Лит, нажимая на газ. — Не ожидал, что ты так быстро и легко привяжешься к Рио.
— Я не привязалась к нему. Дело не в этом… — ответила я, с ужасом понимая что, он правда стал для меня очень дорог всего за каких-то несколько дней. Наверно только опасность способна так сближать людей.
— Рио на многих так влияет. Всему виной его обаяние, — ворвался в мои размышления, насмешливый голос Лита.
— Кстати, я обещала ему, что расскажу о том, что произошло между нами в сентябре в Доме Солнца.
— Тиа, не делай этого! Я очень тебя прошу, — он повернулся ко мне и угрожающе посмотрел в глаза.
— Я должна была заставить его поверить в счастливый конец заточения и, поэтому пообещала рассказать всё, после спасения. Если эта история станет достоянием гласности, я рискую гораздо больше, чем ты. У Рио будет повод убить меня, понимаешь… Ведь это я, полукровка не умеющая обращаться с энергией, посягнула на жизнь его ученика.
— Он так не поступит, — сухим голосом отозвался Литсери.
— Вот и я на это надеюсь. Но, от своего обещания отказываться не намерена. Даже несмотря на то, что ты против.
— Ладно, дело твоё, любительница правды, — наконец, смирился он.
Когда мы добрались до владений Мэй, было уже темно. Выводя лошадей для нас, хозяйка дома попыталась что-то спросить, но одного взгляда Лита хватило, чтобы она поняла, что лучше этого не делать.
 
Передвигаться по лесным тропинкам верхом на лошади, да ещё и ночью мне не нравилось совершенно, но выбора не было. И сейчас, мы мчались сквозь ночную мглу как настоящие всадники ночи.
Но возле самого моста, Лит, который держал Рио, резко остановился.
— Тиа… — вдруг сказал он. — Я не могу пройти.
— Как? Что за бред, Лит? — возмутилась я. Как он вообще может говорить что-то подобное, когда на его руках медленно уходит жизнь его наставника?
— Я не вижу ни моста, ни горы… — ответил он странным глухим голосом. — Тамир сказал, что я больше не смогу бывать здесь. Видимо, он исполнил своё обещание. Дальше ты пойдёшь одна.
Это заявление Лита повергло меня в настоящий шок. Но времени на раздумья и причитания сейчас не было совсем.
— Я попрошу Тамира, чтобы он разрешил тебе пройти, — сказала я, когда Литсери перекидывал тело Рио через спину моего коня.
— Скажи просто, что я всё осознал и буду ждать его здесь до тех пор, пока он не придёт, — ответил Литсери. — Позаботься о Рио…
Резко тронув пятками бока лошади, я понеслась к мосту. Сложно было одной рукой придерживать тяжёлое тело, а другой держать фонарик и держаться самой, но я, наоборот, старалась ехать как можно быстрее. Мост преодолела за несколько секунд. В этот раз он не казался мне чем-то пугающим. Может, потому что вокруг стояла кромешная темнота, а может, после того, что было на военно-исследовательской базе меня уже сложно напугать какой-то шаткой конструкцией. Одним словом, я промчалась по нему и, подобно вихрю, ворвалась на тихие улицы спящего города.
Наверно, даже хорошо, что мы прибыли в столь поздний час. Сложно было бы потом объяснить местным жителям почему я приехала без сопровождения учителя, да ещё и с полутрупом в лице Эверио.
Прекрасно понимая, что мне нужно создавать как можно меньше шума, я физически не могла заставить себя ехать медленнее. Поэтому в тишине сонных улиц эхом раздавался звук ударов копыт.
Рио всё ещё не дышал, что напрочь отключало у меня любую способность здраво мыслить. И как только я въехала на территорию дома учителя, все мои нервы и переживания стали выливаться в истерику.
— Тамир! — закричала я, останавливаясь у самых ступенек. — Тамир, Быстрее, сюда!
Я не узнавала собственный голос. Он казался каким-то надрывным и измученным. Спрыгнув с лошади возле самого крыльца, я попыталась стащить тело Рио, совершенно забыв, что он гораздо тяжелее, чем я в состоянии поднять.
Тамир появился очень вовремя. Не говоря ни слова, он отпихнул меня в сторону, и закинув на плечо полумёртвого друга, быстрыми шагами отправился в дом. Я пошла за ним…
В комнате он аккуратно положил его на кровать и, всё так же, не говоря ни слова, вышел. Я села на пол под стеной рядом с местом где лежал Рио, и только сжав в ладони его холодную руку, смогла немного успокоиться.
Учитель вернулся через несколько минут и, одарив меня растерянным взглядом, стал заливать в рот Эверио какую-то дурно пахнущую дымящуюся жидкость.
— Это должно привести его в сознание… — сказал Тамир. — Тиа, когда ты спала в последний раз? — его голос казался грубым и каким-то чужим. А во взгляде не было ни капли теплоты, один лишь укор и злость.
— Не помню… — ответила я, медленно ощущая, как теплеет рука Эверио. — Разве это важно?
— Ты сейчас мало чем отличаешься от него, — добавил учитель, махнув головой в сторону своего друга.
— Тамир… он очень сожалеет о вашей ссоре. И… он не знал, что мы привезём его сюда. Да и мы сами не знали. Всё решилось в последний момент. И… Лит. Он у моста… — я говорила, но каждое слово давалось мне с таким трудом, с такими огромными усилиями, что голос звучал всё тише и тише. Казалось, что я сейчас просто отдам свою жизнь, всю свою энергию ради того, чтобы Рио жил. Я даже попыталась представить себе, как направляю ему тонкой струйкой поток жизненных сил. И только сейчас поняла, что именно это я и делала с того самого момента, как мы попали на борт самолёта. Всё происходило на уровне подсознания, и может, поэтому я так боялась отойти от него даже на шаг. Странно, но сейчас, когда способность выстраивать мысленные логические цепочки вернулась, я поняла, что готова ради спасения этого типа практически на всё.