Путь к себе (СИ)
— А ты оказывается, приветливая, — рассмеялся инструктор. Скажу честно, смех у него оказался очень звонким и на редкость заразительным. — А сразу показалось, что ты сейчас прожжёшь меня взглядом!
— Прости, — ответила, присаживаясь в серое кресло у растопленного камина и поджимая под себя ноги. — Просто я не ожидала никого увидеть и, честно говоря, немного испугалась.
— А вас разве не предупреждали, что я приеду? — парень удивлённо приподнял проколотую бровь, в которой красовалась небольшая серьга с маленьким зелёным камнем.
— Да, предупреждали… Просто я совсем об этом забыла Скажи, Макс, сумеешь ли ты всего за неделю обучить четверых чайников кататься на лыжах?
— Конечно! — с гордостью изрёк он. — Скажу даже больше, мне на это понадобится всего пару дней, после чего мы с вами будем гонять по склонам, почти на равных! А почему четверых? Мне сказали, что вас будет пятеро.
— Один из нас уже совсем не чайник, а почти профессионал.
— Тогда будет даже проще. Два учителя лучше, чем один! — улыбнулся инструктор.
— Надеюсь, что ты прав, — ухмыльнулась я. В этот момент, возможность превратиться из полного лузера в настоящего лыжного аса, причём всего за несколько дней, показалась мне совершенно нереальной. Ведь, я не то чтобы раньше не стояла на лыжах, я даже снега толком не видела.
— Конечно, прав! И не таких обучали! — самоуверенно проговорил Макс. — А если захочешь, я тебя и на сноуборд поставлю.
— Давай, наверно, в этот раз ограничимся лыжами, — нет, сноуборд это, конечно, круто, но отчего-то мне казалось, что я покалечусь на нём при первой же попытке сдвинуться с места.
— Как хочешь… Но знай, мне не сложно! — пожал плечами мой собеседник.
— А ты тут постоянно работаешь? — поинтересовалась я.
— Нет, что ты? — расхохотался он. — Я здесь только по личной просьбе «большого босса». И только иногда, когда он очень просит, занимаюсь обучением его высокопоставленных гостей или друзей. Лыжи это моё увлечение с детства. Эви говорит, что этот комплекс изначально только для меня и строился. А ещё, он утверждает, что у меня талант к обучению.
— А кто такая Эви? — спросила я.
— Эви, это наш «большой босс», — он опять расхохотался. — Вот только не она, а он.
— Ты что, его родственник? — удивилась я.
— Можно сказать, что я его…эм… любимый подопечный. Он для меня как старший брат, которого никогда не было. Эви классный тип, хотя многие считают его настоящим тираном.
— А он вообще знает, что мы здесь?
— Конечно. Скажу даже больше, это он попросил меня побыть вашим инструктором, — Макс стащил из вазы большое яблоко и сейчас жадно вгрызался в его красный бок.
— Значит, ты живёшь в этом доме? Ну, в то время, когда находишься на базе… — я продолжала расспрашивать парня, надеясь, что хоть в чём-то, хотя бы в какой-то короткой фразе услышать подтверждение или опровержение моих догадок.
— Да, — Макс был полностью сосредоточен на яблоке.
— Значит это твоя комната за серой дверью. Нас просили в ней не селиться.
— Нет, это комната Эви. И она, вроде как неприкосновенна. Хотя он сам бывает здесь не чаще чем раз в год, — парень усмехнулся. — Понимаешь, бзик у него такой. Никто не должен жить в его комнате, где бы она ни находилась. А моя — на третьем ярусе, в мансарде.
— Так там же вроде только оранжерея и большой балкон, — возразила я.
— Когда Эви узнал, что я увлёкся астрономией, то подарил мне телескоп. Но, так как для него не нашлось подходящего места, пришлось к уже построенным двум этажам добавлять мансарду. Там же теперь и моя комната. Эви сделал в ней огромное панорамное окно в крыше, через которое очень интересно смотреть на звёзды перед сном. А телескоп с тех пор стоит в оранжерее, а в погожие дни его можно выкатить на балкон.
— Ничего себе, — я слушала Макса с открытым ртом. Да уж… Поистине широка душа этого Эви. Видимо Макс ему очень дорог. Почему-то когда я купила мотоцикл, мне никто не предложил построить для него отдельный гараж.
— В этом весь Эви, — улыбнулся парень. — И знаешь, я ему очень благодарен за всё, что он сделал для меня и мамы. Поэтому никогда не отказываю ему в его маленьких просьбах.
— Надеюсь, ты сейчас говоришь исключительно об обучении лыжам его гостей? — тихо проговорила я. Так как в бескорыстие не верила. И с ужасом представила, какую плату этот Эви может требовать с мальчика за такую заботу.
— Чаще всего, да… — задумчиво проговорил парень. — И не нужно думать ничего плохого!
Видимо у меня на лице отразилось такое отвращение, что Макс это заметил, и с лёгкостью угадал мои мысли.
— А я и не думаю, — постаралась отмазаться я.
— Ага, я вижу… — грубо проговорил наш будущий инструктор, но тут же к нему вернулась былая весёлость. — Как ты вообще могла такое подумать? Кошмар! А с виду такая приличная девушка.
— Ну, знаешь… — меня его слова порядком зацепили. Но в этот момент, в комнату вошла женщина в алом шёлковом фартуке. Его цвет был настолько ярким, что я невольно сначала посмотрела на него, и только потом обратила внимание на ту, кто его носил.
— Когда мне подавать ужин? — обратилась она к нам с Максом.
— Наташ, ну что же ты…. Хотя бы поздоровалась, — ответил он ей.
— Не вижу смысла. Так когда? — повторила она вопрос, подходя ближе.
Только сейчас я смогла её рассмотреть. А она оказалась интересной дамочкой. Её идеально белые волосы были зачёсаны в строгий пучок на затылке, а смуглая кожа в противовес им смотрелась слишком тёмной. Женщина выглядела худощавой, отчего черты её лица казались ещё более резкими и грубыми. Взгляд больших раскосых глаз нёс в себе неприкрытую враждебность, губы сложились в тонкую полоску наглой улыбки… В общем, это создание было бы симпатичным, если бы не таило в себе столько неприкрытой злости.
Но больше всего этого меня поразила её одежда: синие плотные легенсы, жёлтые шорты и зелёная водолазка, а поверх всего этого уже упомянутый ранее красный фартук. На вид этому чуду было лет сорок, а может чуть больше. Одним словом, таких как Наташа, я видела впервые, и от удивления не могла сказать ни слова.
— Накрывай, как только ребята вернуться с прогулки, — за меня ответил Макс. — Думаю, что они появятся максимум минут через пятнадцать. На улице почти стемнело, а значит, они могут быть только в баре. Я свяжусь с Андреем, и попрошу, чтобы он их подогнал.
— Ладно, — отозвалась Наталья и направилась в сторону кухни.
— Странная, правда? — улыбнулся парень, как только она скрылась за дверью.
— Ещё бы… — ответила я. — Она не просто странная, она абсолютно не правильная.
— В точку! — радостно воскликнул Макс. — Ты очень проницательна, Тиа. Наша Наталья ходячее противоречие. Она всё старается делать не так как все. Единственное в чём она строгий консерватор — это еда. Готовит она отменно, — по моему неуверенному взгляду парень понял, что я в этом сильно сомневаюсь. — И не надо так на меня смотреть, скоро сама всё поймёшь.
— А ты случайно не знаешь, о причинах её такого поведения? — спросила я.
— Догадываюсь… — ответил он. — Хотя, могу ошибаться. А сама Наташа никогда в этом не признается. Зато я точно знаю о причинах её вечной злости.
— И в чём же они заключаются?
— Ну, во-первых, как ты уже и сама догадалась, из-за её внешнего вида, люди не очень охотно идут с ней на контакт. Следовательно, первая причина — одиночество. Предполагаю, что она работает здесь только потому, что вынуждена скрываться. Но вот только от кого, мне не известно. И Эви наотрез отказывается рассказывать мне об этом. Он считает, что я плохо умею держать язык за зубами.
— Хорошо, а что «во-вторых»? — сейчас для меня была важна любая информация. Нужно было разузнать как можно больше об обитателях этого дома, о его хозяевах, и даже о тех, кто просто приезжает сюда погостить. Вдруг найду хоть какую-то ниточку, которая поможет мне понять суть этих надоедливых страхов.
— У Наташи есть сильнейший дар предвидеть события, — тихо добавил Макс, наклонившись к моему уху. — Уже много раз благодаря её предупреждениям, нам удавалось избегать серьёзных проблем. Но иногда ошибается и она… Поэтому, её словам нельзя слепо верить. Я знаю, что из-за этого дара у Наташи нет друзей. Нет семьи. А есть только мы.