Айк Дикий (СИ)
- Вызывали? Что, моя стряпня не пришлась по душе? – девушка прищурилась, склонив голову набок, а в звенящем голосе ощущался сарказм.
- Дерзкая грязная девка… - тихо процедила Эйлит сквозь зубы. – Небось бы и не прочь была нас всех потравить…
- Уж извольте, еда не отравлена, - едко ответила Эрна. – Более скажу, я даже в чан с кашей не плюнула, моим богам неугодно осквернение пищи! Да и стряпать я взялась лишь по просьбе Сан! А травить невинных людей я не намерена, убивать надо на поле боя, а не такими подлыми методами! – в голосе Эрны звенела обида и решительность. Айк молча прожигал её взглядом, неотрывно взирая в горящие зелёные самоцветы.
- Ступай, Эрна, на конюшни, как и было изначально тебе велено, - властно молвил Айк, Эрна же молча развернулась и чеканным шагом направилась к выходу, буквально спиной ощущая ненавидящие взгляды присутствующих.
- Саннива! – рявкнул граф, девушка от страха аж подпрыгнула на месте. – Впредь более не проявляй своеволие, я не стану тебя наказывать, так как ты сразу сказала правду. И ещё… Принеси мне добавки этой каши, - Айк кивнул на свою тарелку, а служанка выдохнула облегчённо и поплелась к выходу из залы на дрожащих ногах.
Эрна направилась на кухню, чтоб оставить там передник и косынку и застала у чана с кашей повариху Агату, которая в левой руке держала деревянный половник, неуклюже пытаясь накладывать блюдо в миску. Правая же рука девушки пыла перевязана, ведь утром она сильно ошпарила её кипятком.
- Это ты помогала Сан? – белокурая миловидная молодая кухарка прищурила вопросительно свои серые очи, с любопытством и опаской разглядывая пленницу.
- Да уж, помогла… Ваша Сан всё разболтала Дикому, уж могла и промолчать. Теперь небось это чудовище её накажет… - хмыкнула Эрна, снимая передник. В этот миг на кухню влетела Саннива, девушка более не выглядела удручённой и напуганной.
- Спасибо за помощь, Эрна, - Сан мило улыбнулась. – Сама я бы точно не справилась… А господину каша твоя понравилась, добавки попросил! Как твоя рука, Агата? Ходила к лекарю?
Девушка что-то хотела ответить, но в этот момент на кухню вошёл Дрого. Бегло окинув взглядом девиц, он задержал свой суровый взор серых очей на Агате.
- Сильно ошпарила? – рявкнул управляющий, кивая на перевязанную конечность кухарки. – К лекарю ходила?
- Ходила, господин Дрого. Мазь наложил да перевязал, велел ещё прийти… - Агата опустила взор, ощущая себя немного неловко от такого пристального внимания этого мужчины. – Могу работать, но чуть медленнее…
- Какая работа? Пока рана не затянется, я тебя освобождаю от работы… Временно тебя заменят, а жалование сохранится, как обычно, - управляющий глядел в упор на Агату, а та лишь недоумённо хлопала ресницами и молча кивала. – А ты на конюшни ступай немедля, как господин велел! – рыкнул Дрого к Эрне, а сам развернулся и вышел из кухни.
- Как глядит-то на тебя своими очами господин Дрого… - тихо молвила Сан, обращаясь к застывшей на месте Агате. – И жалование не урезал… Может к сердцу ты ему припала?
- Да Господь с тобой, Сан! – хохотнула Агата. – Да он страшный, как чудище лесное! Заросший-то какой! Эта чёрная борода жуткая такая… И очами своими как зыркнет, так и хочется на месте провалиться! Да и возраст-то… в годах он уже… Не говорите мне более о нём, а то гляди ещё приснится на ночь…
- А ты бы присмотрелась, Агата, - молвила Эрна серьёзным тоном. – Бороду-то обрить можно, а годы… У нас в селениях молодые девки предпочитают более старших и мудрёных опытом воинов, те уж и добро сумели скопить да жизнь видали…
- Каждый раз, как его вижу, так сердце в пятки ухает и хочется его святой водицей окропить, аки диавола! Ох, жуткий… - Агата аж вздрогнула, отрицательно покачав головой, а девушки разразились хохотом, ведь они и не подозревали, что Дрого стоял под дверью и подслушивал… Звонкий смех Агаты словно лезвиями полосовал сердце мужчины, как и её обидные слова… Давно уже управляющему эта девушка запала в душу, милое личико с веснушками, прелестные серые очи и белые кудри частенько снились Дрого. Мужчина досадно рыкнул и с тяжким сердцем побрёл в сторону центральной башни, где на первом этаже находились его покои. А в ушах так и звенели обидные слова Агаты… Как избавиться от мыслей о ней? Даже калёным железом из сердца не вытравишь…
Глава 7
После сытной обеденной трапезы Айк решил немного прогуляться по территории своей крепости, к тому же день выдался тёплый и ясный, так и хотелось подставить лицо под ласковые лучи майского тёплого солнца. Граф окинул взором деревянную постройку монастыря, отметив, что крышу нужно подлатать, а со временем и крыло достроить, чтоб служителям Бога было просторнее…
Айк вдохнул с наслаждением весенний воздух, предаваясь своим мыслям. Сколько же всего хотелось усовершенствовать и достроить на своих землях… Нужна ещё одна каменоломня, да и кузня бы не помешала… Граф хотел вымостить камнем аллеи на территории крепости, чтоб в дождливое время ногами грязь не месить, а под зарешетченым окном своих покоев он велит насадить деревьев и кустов роз.
Айк до конца своей жизни будет помнить тот день, когда Его Величество лично вручил ему грамоту на передачу земли из бокленда, так званого типа земельного держания государства. А также молодой воин был удостоен графского титула и теперь он не просто керл, свободный крестьянин, а королевский тэн и приближённый самого Эгберта.
В голову то и дело лезли беспокойные мысли о делах государственных, в частности о волнениях корнуэльских бриттов на юге и их возможности объединения с викингами, а для королевства это довольно серьёзная угроза. Но войны войнами, а сын Его Величества Этельвульф то и дело намекает о необходимости договорного брака, уж несколько партий предлагалось. Среди них и племянница Энреда, правителя Нортумбрии, который недавно заключил мир с Эгбертом, их армии вышли на поле боя, но так и не сражались. Северное королевство признало власть Уэссекса. А что касается женитьбы, Айк и не особо спешил, его вполне удовлетворяла свободная жизнь и Эйлит под боком, а брачные узы, да ещё и с нелюбимой… Дополнительные проблемы и обязанности.
Задумчивый Айк направлялся в сторону конюшен, из глубоких дум его вырвал заливистый девичий смех. Медные косы Эрны, словно языки пламени граф ещё узрел издалека, он замер, наблюдая за девушкой. Рядом с ней стоял Гаррик и видимо они о чём-то оживлённо беседовали, Айк толком их не слышал, парень заботливо взял из её рук сноп соломы.
- Гаррик, а девица у тебя есть? – полюбопытствовала Эрна. – Гляжу, ты всё один да один… Вот, Сан на тебя поглядывает, не зря постоянно еду вам таскает… Пригляделся бы…
- Да погляди на меня, Эрна, - конюх печально вздохнул, указывая пальцем на изуродованную шрамами щеку. – В детстве с мальчишками подрался да клинком резанули, а потом сюда же и кипяток на себя вылил… - он усмехнулся с грустью. – Да и кто же на такого «красавца» теперь взглянет? Сан? А зачем ей конюх-то? От неё пшеничными лепёшками пахнет, а от меня навозом смердит!
- Ой, не говори глупости, Гаррик! Навоз-то можно отмыть, это грязную душу ни кипятком, ни золой не отчистишь… А на счёт шрамов, так они украшают мужчин! Где ты видал воинов без шрамов? – Эрна тепло по-дружески улыбнулась парню, коснувшись кончиками пальцев его изуродованной щеки.
«К конюху клинья подбивает, может уже и лежала под ним…» - подумал Айк, наблюдавший за ними со стороны. Он поневоле ощутил странную, клокочущую ярость, поднимающуюся с самых глубин души… Какой же пронзительный и звонкий у девицы смех, словно ручеёк, вот только с нежностью она взирает на этого конюха и в изумрудных очах нет ненависти, сейчас они словно искрятся добротой и заботой! Айк поневоле захотел, чтоб Эрна так смотрела на него, без этой дикой злобы… Граф сжал пальцы в кулаки, неужели ревность? Ведь Айку чуждо было это чувство, он привык, что девицы сами искали его внимания и многие не прочь бы и оказаться на его ложе… Но не она… Эрна скорее предпочла бы смерть или грязную работу… И даже сейчас она выглядит счастливой и радостной, взирая на этого конюха!