Пленена по собственному желанию (СИ)

Но реальность оказалась куда хуже.
Машина остановилась, когда Эдик снова пришел в себя и начал стонать. Один из головорезов выстрелил в него и оставил там. Мы пересели в другие тачки. Я хотела кричать, сопротивляться, но потеряла сознание. Наверное, мой организм, сосредоточившийся на том, чтобы выносить ребенка и уберечь от беды, в этот миг сделал единственное, что могло помочь.
Пришла в себя я только в аэропорту. Леон арендовал частный самолет — это единственное, что мне удалось понять. Но куда мы полетим, не знала. Даже не догадывалась. Меня привязали к креслу, а в горло затолкали кляп. Это было лишним, я и без того понимала, что кричать и сопротивляться бесполезно — меня просто убьют. Как сделали это с Эдиком. Его закрывшиеся глаза, алое пятно крови, расползающееся по рубашке в области сердца, все еще стояли перед глазами.
Дальше все произошло молниеносно.
Самолет уже завел двигатели, когда в кабину ворвались люди. Сначала я думала, будто прибыли еще сообщники Леона. Потом услышала крики, выстрелы и шум борьбы. А когда увидела перед собой лицо Алекса, не поверила собственным глазам.
— Девочка моя, — он бросился распутывать веревки. Вынул из моего рта кляп.
В это время Дэн пинками сгонял раненых бандитов с самолета. Теперь они не выглядели такими ловкими и бесстрашными. Леон, если это его настоящее имя, получил несколько пуль — его левая рука болталась, как плеть, а светлые волосы измазались кровью. В глазах горела бессильная злоба и ненависть.
— Эдик… — всхлипнула я. — Они его убили.
— Нет-нет, родная, с ним все в порядке. — Алекс поднял меня на руки, и я прижалась к нему всем телом. Меня била крупная дрожь. — Он тяжело ранен, но жив. И сейчас находится в больнице.
Я снова потеряла сознание. Но на сей раз от облегчения и понимания того, что все обошлось. Я была на волосок от унижения, рабства и смерти. Но Алекс, лучший из мужчин, пришел на помощь как супергерой. Рядом с ним можно расслабиться и побыть слабой. Просто женщиной, нуждающейся в сильном плече и поддержке.
  
Глава 51
 
Кристина
Пришла в себя я уже в больнице. Алекс сидел на стуле возле моей кровати, дремал. Но держал меня за руку. Стоило мне пошевелиться, как он открыл глаза. В обращенном на меня взгляде читались любовь и сочувствие.
— Милая... — он нежно коснулся моей щеки. — Как ты?
Я непроизвольно положила руку на живот. Хотелось верить, что стресс и все выпавшие на нашу долю испытания не навредили ребенку.
— Все хорошо, — проговорил Алекс и улыбнулся. Накрыл мою ладонь своей, согревая нежным теплом. — Почему ты не сказала мне, что беременна? Я бы ни за что не позволил тебе столько работать в таком состоянии.
— Потому и не сказала, — облегченно выдохнула я. — К тому же сама узнала об этом совсем недавно. Я и подумать не могла, что Леон…
— Леша Норбатов, —  перебил Алекс. — Это его настоящее имя. Лидер преступной группы и профессиональный вор. Сейчас он под стражей, юристы говорят, меньше десяти лет тюрьмы он не получит. А я надеюсь максимально увеличить этот срок.
— Как Эдик?
— Врачи говорят, что наш парнишка родился в рубашке. Он уже пришел в сознание и рвется работать. Когда тебе станет лучше, мы сможем навестить его.
Мне было прекрасно, просто чудесно. Теперь, когда опасность миновала, я была снова полна сил и энергии. Но хотела убедиться, что с Эдиком тоже все хорошо.
Он лежал в этой же клинике. В отдельной палате. Когда мы с Алексом вошли, он читал журнал.
— Представляешь, снова о нас пишут. Сообщают о показе, еще и где-то откопали старое фото, — Эдик продемонстрировал разворот. — Представляешь, что будет, когда узнают о похищении? О, это будет бомба!
Эдик, словно позабыв о собственных недугах, рассуждал лишь  о раскрутке бренда и его известности. Алекс пообещал, что о героизме секретаря уж точно напишут — он сам даст интервью.
А я застыла посреди палаты.
На продемонстрированном снимке были родители Алекса и он сам, кажется, одно из последних фото. Вот только мне такое прежде не попадалось на глаза, иначе я бы точно заметила одну деталь — очки в роговой оправе на носу пожилого мужчины. Такие же, как те, что я забрала из дома незнакомца.
 
— Что с тобой? — заинтересовался Алекс. — Кружится голова, позвать врача?
Как сомнамбула, я подошла к Эдику и, забрав журнал, всмотрелась в снимок. Ну да, это именно эти очки, дорогие, сделанные на заказ. Те, что все еще лежали в шкафчике у меня дома.
— Эй… — Алекс ласково обнял меня сзади. Заглянул через плечо. — Что необычного ты увидела в этом снимке? 
— Очки, — выдохнула я и перевела на него взгляд.
— Отец не любил в них сниматься. А мама говорила, что в очках он выглядит более солидным и важным. После его смерти она хранила эту вещь в их первом доме на берегу Черного моря. И сама провела там последние дни. Кристи, я…
Он осекся, прижимая меня к себе. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла произнести ни звука. Так это был он? Чутье не обмануло меня? Тогда, на побережье, я встретила Алекса Орлова…
— Что с вами обоими такое? — теперь занервничал и Эдик.
— Ничего, нам просто нужно поговорить, — предупредил Алекс, подхватывая меня на руки и вынося из  палаты. — Наедине.
Алекс
Я рад, что она все узнала. Пусть и не так, как мне хотелось бы, но все же. Даже не знаю, чем я заслужил такое счастье — быть с такой женщиной. Я не просто влюбился в нее, я ее обожал. Не представлял, что смогу жить без нее. Когда ее похитили, особенно остро осознал это.
 А потом и новое известие. Она беременна, беременна от меня. Судя по срокам, все произошло там, в оранжерее. Я чувствовал себя самым счастливым человеком на земле. Теперь между нами не было никаких недомолвок. Там, в больнице, мы обсудили прошлое и вместе готовились к общему будущему.
— Почему ты не признался сразу? — спросила она, немного смущаясь. — Если Светка разболтала тебе о моей операции, значит, ты сразу понял, что я просто не запомнила твоей внешности, и… Почему ты продолжал эту игру?
Я приподнял ее подбородок и, поцеловав сочные губы, сказал:
— Хотел покорить тебя еще раз. Не завлечь в свои сети заплаканную, потерянную девчонку. Но заполучить сильную и дерзкую женщину. Ты сердишься?
Она улыбнулась.
— Нет, — покачала головой, и ее иссиня-черные волосы рассыпались по плечам. — Покорить второй раз тебе удалось. Я практически влюбилась в тебя с первого раза.
Я не мог на нее насмотреться. Хотел навсегда запечатлеть этот момент в памяти, запомнить его навсегда.
— Практически? — уточнил я.
— Скажем так, ты мне понравился. Но не до такой степени, чтобы я согласилась с порога запрыгнуть к тебе в постель. Не хотела стать игрушкой миллионера. Понимаешь, при первой встрече (первой, когда я видела твое лицо), ты вел себя странно. Слишком напористо и немного по-хамски. Так мне тогда показалось. Теперь понимаю, почему: ты думал, что я притворяюсь. Прости...
Она опустила взгляд, рассматривая свои сложенные на коленях руки.
— Это ты прости, — попросил я. — Прости, что подверг тебя опасности.
— Ты не виноват. Главное, что теперь все хорошо. И…
— Я люблю тебя Кристи, — признался я, заглядывая в ее чудесные глаза. — Люблю так, как считал прежде невозможным. У меня нет с собой кольца, но… Ты станешь моей женой, Кристина Мальцева?
Она совсем по-девчоночьи хихикнула и порозовела — кажется, от волнения.
— У ювелира нет кольца, как это забавно, — произнесла и, протянув руку, сплела свои пальцы с моими. — Я тоже люблю тебя, Алекс Орлов. И с радостью принимаю предложение.
 
Я коснулся ее губ, вкладывая в поцелуй всю свою любовь и всю нежность, на которые способен. Больничная палата не способствовала романтизму, но нам было все равно, где мы находимся. Главное, что вместе.