Субординация (СИ)

— Алину до дома довезу я, — чеканит Егор, смотря на удивленного друга. — Или не доверяешь своё сокровище?
— Доверяю.
— Куда везти — то её?
— Ко мне. Я потом сам помогу ей с переездом.
— Без проблем. Но на вашем месте я бы повременил с переездом. Слишком времязатратное это мероприятие. Ее квартира больше недели пустовала, продуктов нет, а те что в холодильнике, наверняка, испортились. Надо пыль протереть, полы вымыть, в магазин съездить, приготовить. У неё нет на это время. Я отпускаю вас только спать. Не тратьте это время на всякую ерунду.
— Я подумаю.
— Передавай маме мой пламенный привет.
***
— А где Назар? — удивленно произносит девушка, войдя в кабинет.
— Уехал. Сегодня я твой водитель.
— Я могу и сама до дома добраться.
— Я знаю. Но я обещал Назару и обещание своё выполню, — девушка растерянно переминается с ноги на ногу у входной двери. — Чего стоим, прохлаждаемся, или работы нет?
— Извини.
Девушка присаживается на свое место и сразу включается в работу. Краем глаза она следит за Егором, который сосредоточенно чертит макет здания. Облегченно вздохнув, она начинает печатать на клавиатуре текст описательной части проекта.
— Закончила? — спрашивает Егор, посматривая на часы. — Через десять минут здесь будет клининг.
— Заканчиваю. Два предложения осталось дописать.
— Жду тебя на улице, у машины.
— Хорошо.
Девушка выходит из здания офиса, Киреев заметив её, сразу обрывает телефонный разговор. Открывает дверь, помогает присесть.
— Куда мы едем? — спрашивает Алина, заметив, что Егор не повернул на перекрестке, а проехал прямо.
— В ресторан.
— Зачем?
— Ужинать, Алина. Я очень голоден.
— А я нет — как же ей хочется выйти из его машины прямо на ходу, но этот предусмотрительный гад заблокировал двери.
— И что ты сегодня кушала, кроме кофе? — с издевкой в голосе спрашивает он.
— Я на диете.
— Отличная отговорка, но не катит. Мы едем кушать.
— Я хочу спать, Егор — капризничает она.
— Успеешь, я тебя надолго не задержу. Заказ сделал заранее.
— Это Назар просил меня накормить?
— Нет. Это моя личная инициатива, — он останавливается на светофоре, и, воспользовавшись моментом, разворачивается к девушке. Заправив прядь волос за её ушко, мягко улыбнулся. — Имею право, я ж не чужой тебе человек.
— Не говори мне больше этого никогда — фыркнув, она отворачивается к окну.
— Не обещаю. Прошлое я изменить не в силах.
Машина останавливается у ресторана на окраине городе. Тихое и уютное место напрягает Алину. Девушка не доверяет Егору. Нехотя она выходит из машины, он, обнимая её за талию, подталкивает к входной двери ресторана.
— Это подстава, Киреев! — шипит она, останавливаясь посреди зала.
И не важно, что за ними наблюдают посетители этого заведения. Девушка побледнев, пятится назад. Но Егор не позволяет ей сбежать, продолжая удерживать её талию.
— А как по — другому? Трубку ты не берешь, сама не перезваниваешь.
— Я не пойду, — твердо чеканит она, умоляюще смотря в его глаза. — Я не хочу.
— Алина, я тебя очень прошу, — настаивает он, пропуская официанта, который стоит позади их. — Нам нужен этот вечер, чтобы расставить все точки над «и». Обещаю, что после этого забуду, что нас с тобой что-то связывает, если ты решишь и дальше отрицать очевидное.
— Мы больше никогда не коснемся этой темы?
— Никогда.
— И ты не будешь устраивать больше тайных встреч.
— Договорились.
— Поклянись.
— Не могу, я атеист. Клятва из моих уст, пустой звук. А вот мое слово имеет силу. Я даю тебе слово, что это в последний раз.
***
Егор и Алина подходят к столику, за которым их ожидают двое. Мужчина растерянно смотрит на девушку, а женщина, с теплотой во взгляде встречает эту парочку. Её губ касается улыбка.
— Добрый вечер, Алина. Я, Надежда Александровна, мама Егора.
— Здравствуйте, — отвечает девушка, не в силах отвести взгляд от этой красивой женщины.
Алине она напомнила добрую фею из сказки, которую она так любила читать в детстве. Открытый взгляд, мягкая улыбка будто удерживают девушку на месте, а ведь ещё минуту назад она хотела убежать прочь.
 
— Присаживайтесь, ребята — женщина указывает на стулья. Егор помогает Алине присесть, сам же садится рядом. Ещё боясь её побега, кладет всю руку на спинку её стула, отрезая путь к отступлению.
— Здравствуй, Алина — приветствует её мужчина. Он нервничает. Столовые приборы немного дрожат в его руках.
— Здравствуйте, — отвечает она, даже не взглянув на него.
— Заказ мы сделали заранее, сейчас официанты всё принесут — пытается завести беседу Надежда. — Как дела на работе?
— Новый проект. Почти не спим, не едим, только работаем, случайно вышло вырваться к вам — отвечает Егор.
К столику подходят два официанта, быстро размещают на столе заказанные блюда.
— Алина, я заказала для тебя жульен. Если не хочешь, можешь выбрать что-нибудь другое.
— Не нужно, — отвечает Алина, пробуя блюдо. — Очень вкусно.
Разговор не клеиться, как бы Надежда не пыталась разговорить Алину, ничего не выходит, её попытки тщетны. Девушка просто отмалчивается.
— Дима, Егор, сходите покурить, — наконец, говорит женщина.
— Мы не курим, мам.
— Значит, сходите подышите свежим воздухом.
— Надя.
— Дима, я прошу тебя, — она кладет свою ладонь поверх его и немного сжимает.
Егор поднимается первым со своего места, подходит к матери и шепчет ей что — то на ухо. Она же похлопав его по плечу, снова отправляет его погулять. Мужчины оставляют женщин наедине.
— Дима не знал, что ты придешь сегодня. Это я попросила Егора пригласить тебя. Вина? — не дождавшись ответа девушки, она наполняет два бокала красным вином. Первой делает несколько глотков. Следом Алина, сделав один глоток, отставляет бокал на стол. — Нам всем необходимо, наконец, поговорить, — Надежда внимательно смотрит на молодую девушку. — Для начала я хотела бы выразить соболезнования по поводу смерти твоей мамы.
— Не утруждайтесь, — обрывает её Алина. — От вас я точно таких слов не жду.
— Почему? — удивленно спрашивает женщина.
— Вы бы с удовольствием станцевали на её могиле, — неожиданно даже для себя самой Алина произносит эти слова. — Наконец, вздохнули с облегчением.
— Ошибаешься.
— Да ладно, вы ещё скажите, что вы были подругами.
— Нет, мы никогда не были знакомы, — Надежда залпом выпивает содержимое своего бокала и наполняет его снова.
Тянуть с разговором уже бессмысленно и Алина решает узнать всю правду из первых уст. Слишком долго она жила в неведении и придуманном мире.
— Как давно вы знаете, что у вашего мужа есть вторая семья?
— Я узнала, когда тебе было четыре года, — быстро отвечает женщина, взгляд её тяжелеет, наполняется тоской и болью.
— Как вы можете жить с ним после этого? Больше двадцати лет?! Неужели вы себя не уважаете? — Алина выплескивает на неё своё негодование.
— А мать твоя уважала себя? Её ж не смутило, что мужчина, которого она соблазнила — женат. Она, не задумываясь, влезла в чужие отношения, строя своё счастье, — резко отвечает Надя, но через мгновение будто опомнившись, замолкает. — Я не хочу ни в чем обвинять Любу, и не для этого пригласила тебя.
— Для чего же?
— Я хочу, чтобы ты простила отца.
— У меня нет отца.
— То, что случилось в прошлом это история моя, его и твоей матери. Не надо судить чужую жизнь, девочка. Мы её прожили так, как смогли. Не выноси свой приговор, ничего не зная о том, как всё было.
— Вы хотите, чтобы мы сейчас стали одной дружной семьей?
 
— Я хочу, чтобы ты хотя бы отвечала на его звонки. Он страдает. Больше двух лет избегаешь его, так нельзя.
— А врать мне всю жизнь можно было? Он страдает! А вы не страдали всю эту жизнь? Честно, расскажите мне, как вы жили с этим?