Адмирал Империи 15 (СИ)
— Хочешь проверить? — нахмурился я.
— Хорошо-хорошо, уговорил, — буркнул себе под нос Абадайя и принялся отдавать распоряжения офицерам на мостике, чтобы те деактивировали палубные орудия «Йорктауна», не хуже меня понимая, что в противостоянии «Одиноким» его крейсер долго не продержится. — Доволен…
— Да, — кивнул я. — Теперь вкратце расскажи, как ты здесь оказался? Последний раз мы виделись с тобой, когда эскадра Джонса-старшего провожала «Афину» и «Абдул Кадир» в качестве почетного эскорта до расположения моего космофлота… После, твоего крейсера у перехода «Таврида-Екатеринославская», когда Нейтен Джонс пытался его штурмовать, я не заметил…
— Точно, потому как только мы с тобой поговорили, у «Йорктауна» ни с того ни с сего накрылись сразу две силовые устаноки, и корабль стал таким тихоходным, что мне снова пришлось уводить его в соседнюю «Бессарабию» на ремонт, — ответил Абадайя.
— Просто так взяли и обе накрылись? — прищурился я, переспрашивая коммандера. — И как раз после того, как я рассказал тебе о скором прибытии в «Тавриду» императора Константина с резервным флотом…
— Представляешь, — кивнул толстяк. — Сам не понимаю, как такое могло произойти…
— Понятно, — усмехнулся я, не став дальше продолжать издеваться над Смитом, итак было понятно, что мой дружок спраздновал труса и подкрутив что-то в двигательном отсеке, поскорей убрался из сектора, где вскоре должно было стать жарко. — Продолжай…
— Я прыгнул в «Бессарабию», привел «Йорктаун» к Тире-7, ну и в итоге привел свой любимый крейсер в порядок, — снова затараторил Абадайя, пережевав и проглотив очередной гамбургер. — К сожалению, я таким образом пропустил несколько очень важных битв за «Тавриду», но тут уж ничего не поделаешь…
— Понимаю, как тебе тяжело было это пережить, — подыграл я, Смиту, пытаясь выразить сочувствие на лице.
— Ты просто не представляешь, — закивал Абадайя.
— Очень хорошо представляю, — прервал его, я. — Но меня больше интересует вопрос, как ты снова оказался в «Тавриде», ведь по моим данным переход из «Бессарабии» контролируется кораблями нашего Северного космофлота? А точнее эскадрой вице-адмирала Хромцовой, которую она оставила охранять данные «врата»…
— Так нет больше этой эскадры, Александр Иванович, — вот так просто ответил Абадайя, хмыкнув и пожав плечами.
— Я сейчас твой жалкий «Йорктаун» расщеплю на атомы, паразит! — заиграл я желваками. — Как это нет эскадры? А где она? Хотя если ты здесь, значит, корабли Хромцовой действительно уничтожены, либо рассеяны по космосу!
— Не надо меня расщеплять! — запротестовал Абадайя, не на шутку испугавшись моей реакции, ведь черт их знает этих «раски», что они могут вытворить в порыве бешенства. — Я здесь не причем! «Йорктаун» не участвовал в сражении за «врата»…
— Постой, как вообще ваши еле ползающие, полуразрушенные и недовосстановленные корабли 6-го и 4-го космофлотов из «Бессарабии» могли пробить наш заслон у перехода? — у меня в голове не укладывалось, каким образом дюжина или немногим более американских вымпелов с пониженными характеристиками сумели отбросить эскадру Хромцовой от портала, для этого точно необходимо, чтобы случилось какое-то чудо.
— Да, никакого чуда не было, — продолжал Абадайя, следя за моей реакцией и пытаясь выбирать слова. — Ни один из кораблей 6-го «ударного» и 4-го «вспомогательного» в битве за переход участия не принимал…
— А кто принимал? — я напрягся, заранее понимая, что в секторе скоро появится какая-то новая сила.
— Я не могу тебе этого сказать, это военная тайна, — заюлил Абадайя.
— Алекса, — палубные истребители на выход! — я отвернулся от экрана и обратился к своей помощнице, стоявшей справа от меня. — Артиллерийским батареям приготовиться к бою! Цель — тяжелый крейсер «Йорктаун»!
Глава 5
Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».
Национальное название: «Таврида» — сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.
Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.
Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.
Точка пространства: 12 миллионов километров от планеты Херсонес-3.
Дата: 28 февраля 2215 года.
— Александр Иванович, друг, пожалуйста, не делай этого! — взмолился Смит, словив панику и одновременно с обращением ко мне, раздавая суетливые приказы всем вокруг офицерам на мостике «Йорктауна», чтобы те готовились к отражению атаки.
— Ты уничтожил наши корабли у перехода, — я сидел с каменным лицом и пустым взглядом смотрел в одну точку, от этого устрашающего вида у несчастного Абадайи все внутри похолодело, коммандер понял, что сейчас ему и его людям придет конец. Ибо выдержать навал шестнадцати русских МиГов, уже спешащих на свидание, а после плазму русских батарей «Одинокого» американский крейсер не сможет.
— Да, не я уничтожал эти корабли, не я! — снова и снова кричал Абадайя Смит. — Сколько раз мне тебе об этом нужно сказать⁈
— У тебя минута до того момента, как мои «соколы» обнулят поля твоего крейсера, — напомнил я, американцу.
— Если я раскрою тебе секретную информацию о тех, кто на самом деле участвовал в сражении, то меня расстреляют! — плакал толстяк, пытаясь надавить на жалость.
— Тогда зачем ждать, я сделаю это прямо сейчас, — продолжал я дожимать бедолагу Абадайю, при этом, надо сказать не блефовал. Информация о том, что корабли вице-адмирала Хромцовой погибли, защищая переход, вывела меня из равновесия и сейчас передо мной был не старый–добрый знакомый Абадайя Смит, а самый что ни на есть смертельный и беспощадный враг, которого я не хотел жалеть.
Я знал, что если сейчас коммандер говорит правду о том, что не он участвовал в операции по вторжению из «Бессарабии» в «Тавриду», то этот толстяк-«янки» обязательно сдаст тех, кто это сделал. А если это он уничтожил наши корабли, то голос мой не дрогнет, отдавая приказ на открытие огня по «Йорктауну»…
— Это не я, это были поляки, — когда эскадрилья Наэмы уже выходила на прямую линию атаки, прошептал Абадайя, придвинувшись вплотную к микрофону монитора, чтобы его не услышали его же офицеры на мостике.
— Кто⁈ — обалдел я, думая поначалу, что не правильно услышал. — Поляки⁈
— Говори тише, умоляю, — заговорщически продолжал шептать в микрофон Абадайя, озираясь по сторонам и следя за тем, чтобы его никто не подслушивал. — Если что, я тебе этого не говорил…
— Да, кто у меня вообще будет спрашивать об источнике информации, — отмахнулся я. — Продолжай, и расскажи-ка мне, как корабли Речи Посполитой попали в «Бессарабию», а затем, и в «Тавриду»?
— Пришли вместе с 1-ым «ударным» к нам на помощь, — пожав плечами, ответил коммандер Смит, будто говорит вещи, о которых все уже знают.
— Коннор Дэвис в «Тавриде» вместе со своим космофлотом⁈ — у меня еще больше глаза полезли на лоб.
Так, а вот эта настоящая новость, новость, которая может полностью перевернуть ход войны в данном секторе пространства. Только мы расслабились, а точнее, продышались после прибытия в «Тавриду» наших резервов и Северного космофлота, что безусловно означало перелом в битве за данную систему, как тут же американцы делают свой ход, вводя в бой свежие силы. Да еще какие!
Это же 1-ый «ударный» космофлот Американской Сенатской Республики — лучшие из лучших, самые прокачанные по характеристикам корабли, экипажи сплошь состоящие из ветеранов бесконечных экспедиционных кампаний, командиры прошедшие каждый по несколько войн и доказавшие, что могут побеждать. И наконец, командующий флотом — адмирал Коннор «Мясник» Дэвис — непобедимый и по общему мнению — самый опасный и жестокий из наших врагов…
И хотя, лично я о статусе «непобедимого» в отношении Дэвиса еще бы поспорил, так как пару раз встречался с ним в секторе сражений еще во времена войны за Венденскую Конфедерацию, она же русско-польская кампания. Но вот во всем остальном, что касается мощи и боеспособности космофлота, который адмирал Дэвис привел с собой в «Тавриду», тут я вынужден согласиться. Того количества и качества вымпелов, что находились в составе 1-го «ударного» хватит не только на то, чтобы исправить шаткое положение американцев, но что тут юлить, хватит чтобы отбросить нас во внутренние системы Империи как котят.