Безжалостные Существа (ЛП)

— Как я и сказал. Вечность.
Кейдж хватает меня, рыча мне в шею, заставляя визжать. Затем он наваливается на меня сверху, придавливая всем своим солидным весом. Я выдыхаю со звуком «уф».
— Ты весишь тонну!
— Тебе это нравится.
Задумываюсь на мгновение, чувствуя Кейджа на себе. Он - это огромное, тестостероновое одеяло, окружающее меня и оберегающее. Разбивает меня вдребезги, но одновременно и оберегает меня.
Кейдж прав. Мне это и вправду нравится.
Его усмешка сотрясает грудь.
— Я же говорил тебе.
— Хватит быть самодовольным, ты большой...
Кейдж завладевает моим ртом, прежде чем успеваю нахамить ему еще больше, и дарит мне глубокий поцелуй. Я погружаюсь в матрас, наслаждаясь его вкусом и теплом, которое он излучает, пока мои легкие не начинают отказывать.
Слабо шлепая по его спине, я кричу:
— Помогите. Задыхаюсь. Смерть неминуема.
— Воистину Королева драмы. — Кейдж перекатывается на спину, увлекая меня за собой.
Я застываю от удивления, потом расслабляюсь. Опустившись на него сверху, я ухмыляюсь Кейджу в лицо.
— Ах-ха! Теперь ты у меня именно там, где я хочу.
— Так вот где ты хочешь меня видеть? На спине?
Я нежно целую его в губы.
— Да. На спине и беспомощным против меня.
Кейдж медленно выдыхает, его взгляд задумчив, он проводит руками по моим волосам.
— Моя прекрасная девочка. Я был беспомощен перед тобой с первого дня нашей встречи, — шепчет Кейдж.
Мое сердце учащенно бьется. В его взгляде есть что-то отстраненное.
Что-то грустное.
— Ты так говоришь, как будто это плохо.
— Не плохо. Все просто очень сложно.
Изучив выражение его лица, я говорю:
— Я так понимаю, ты не собираешься мне ничего объяснять.
— Поверь мне, когда я что-то не говорю, тебе это точно знать не нужно.
Когда я понимаю, что Кейдж избегает моего взгляда, в глубине сознания срабатывает маленький тревожный звоночек.
Но это то, что есть. То, что мы есть. То, на что я согласилась.
Секреты.
Не ложь, но секреты - много секретов - и расстояние, и все это во имя моей безопасности.
К черту.
Если это цена за то, чтобы быть с ним, я заплачу ее. Я слишком долго проживала свои дни как зомби, чтобы отказаться от этой новой заряжающей меня энергией жизни, даже если у нее есть свои темные стороны.
А в каких сказках нет темной стороны.
  
18
 
Нат
Мы болтаем некоторое время, затем Кейдж решает, что самое время меня покормить.
Кейдж натягивает джинсы и исчезает на кухне, заботливо приказав мне не вылезать из постели. Я лежу голая, глядя в потолок с глупой улыбкой на лице, и прислушиваюсь к тому, как он роется в холодильнике и шкафах. Слышу грохот кастрюль и сковородок на плите, а через мгновение воздух наполняет аппетитный аромат жарящегося бекона.
Через некоторое время Кейдж возвращается с тарелкой в руках. Босой, с обнаженным торсом и такой потрясающе красивый.
— Завтрак на ужин, — торжественно объявляет он, взбираясь на край кровати. — Садись.
Но я не подчиняюсь. Вместо этого я говорю:
— Чересчур властно.
Кейдж вскидывает бровь.
— Садись или я отхлещу твой зад докрасна.
Растягиваю губы в широкой улыбке и смотрю на Кейджа, ухмыляясь, как какой-то чертов маньяк.
— Удваиваю ставку. Мне нравится такой расклад. Но не забывай, что своего разрешения на это я тебе не давала.
— Пока. — Кейдж жестикулирует тарелкой. — Теперь садись, как послушная девочка, чтобы я мог тебя накормить.
— Тебя, кажется, сильно волнует количество потребленных мной калорий. Колись, в чем, собственно, дело?
Теперь настает его очередь расплываться в улыбке. Она выходит неспешной и такой сексуальной.
— Тебе понадобится энергия. Ночь еще только начинается, — произнес Кейдж хрипло.
Его слова звучат резонно.
Сажусь, затем откидываюсь назад, пока не упираюсь в изголовье кровати, подушка потирает мне спину. Натягиваю простыню, чтобы прикрыть обнаженную грудь.
Кейдж же садится на край матраса и оттягивает простыню вниз, чтобы снова обнажить мою грудь. Он ставит тарелку на колени. Затем берет кусок хрустящего бекона.
 
— Открой рот, — командует Кейдж, поднося бекон к моим губам.
Несмотря на то, что я ощущаю себя немного не в своей тарелке, когда меня кормят, словно я дитя малое, я подчиняюсь. Однако быстро забываю об этой неловкости, поскольку бекон восхитителен. Вкус бекона настолько хорош, что я издаю блаженный стон, пережевывая его.
Этот парень умеет готовить. Подумаешь.
Кейдж наблюдает за мной как ястреб, выслеживающий свою добычу, пока я не проглатываю предложенный бекон. Затем он издает звук удовлетворения и берет вилку, лежащую на краю тарелки. Кейдж засовывает в рот большую часть яичницы.
— Ого. Как вы думаете, какого размера мой рот? Этой порции с лихвой хватит на четырех человек.
Снисходительная улыбка кривит его губы.
— Ты получишь по шлепку за каждый раз, когда посмела мне нахамить.
Мы уставились друг на друга. Смотрим, не мигая. Но он профи по части игры в гляделки, а я умираю от голода, поэтому победа за ним.
Я послушно открываю рот и позволяю Кейджу кормить  меня.
Наблюдая за движениями моих губ, он сексуально выдает:
— Какие же, черт тебя дери, красивые губы. Дождаться не могу, когда ты окажешься передо мной на коленях, а губки будут порхать вокруг моего члена.
Яичница чуть было не выскакивает у меня через нос, но мне удается сдержаться. Я глотаю, потом смеюсь.
— Как романтично! Тебе бы писать сонеты.
— Ешь.
Кейдж засовывает мне в рот еще немного яичницы. Предлагает мне еще кусочек бекона, дополняя ломтиком тоста с маслом. Смотрит, как я жую и глотаю, словно это самое захватывающее зрелище, которое ему доводилось видеть.
Когда тарелка пустеет, Кейдж ставит ее на тумбочку рядом с кроватью. Затем он снова поворачивается ко мне и интересуется будничным тоном:
— Сколько у тебя вибраторов?
Я выпучиваю глаза от удивления.
— Интересуюсь только потому, что этот ящик, кажется, забит до отказа. Вот этот розовенький, наверное, мой самый любимый. — Он показывает на тумбочку, куда только что поставил тарелку.
Ящик под ней приоткрыт на несколько дюймов, но этого вполне достаточно, чтобы разглядеть сокровищницу секс-игрушек внутри.
Розовенький вибратор, о котором идет речь, на самом деле фаллоимитатор. Причем это довольно большой экземпляр, с реалистичными венами и длинным, толстым стержнем, заканчивающимся такой же реалистичной головкой, способной напугать девственниц, чтобы те решили всю оставшуюся жизнь придерживаться целибата.
Боже мой.
Я издаю писк ужаса, отчего Кейдж только хихикает.
— Твой маленький грязный секрет раскрыт, детка. А ведь ты убеждала меня, что в постели ты консервативна.
Кейдж выдвигает ящик пошире, достает огромный розовый фаллоимитатор, держит его и покачивает в руках, ухмыляясь.
— Эта штука вряд ли попадает в категорию консервативных. Этот монстр способен проткнуть легкое.
Я пытаюсь выхватить фаллоимитатор, но Кейдж удерживает его над головой. Его руки достаточно длинные, поэтому у меня нет никаких шансов перехватить у него доказательство моего постыдного занятия.
Убитая, пылающая от стыда, я падаю на бок на кровать и, издавая хныкающие звуки, натягиваю простынь на лицо.
Он продолжает проводить «криминалистическую» экспертизу моего ящика с секс-игрушками.
— О, смотри-ка. Какая огромная бутылка смазки. А тут у нас классический вибратор-кролик, естественно, вместе со стеклянным светящимся в темноте фаллоимитатором. Очень творческий подход. Возможно, тебе стоит подумать о приобретении фонарика, но полагаю, что его будет гораздо интереснее использовать в качестве источника света в случае внезапного отключения электричества. А что это за интересная штука? Лавандового цвета. Мягкий пластик. Круглая, как банка из-под желе, только сверху есть небольшое отверстие... подожди-ка. Вот переключатель.