Солнце в оковах плюща (СИ)
− Чтобы выбрать которые знания изучать, тебе нужно решить, как будешь работать.
− То есть выбрать профессию?
− Нужно что-то прибыльное, чтобы не зависеть от мужчины. Что умеешь делать, в чем хороша?
− В том мире я помимо учебы занималась разными поделками. Ну там вазочки, коробочки. Лепила, шила одежду и разное для дома.
− Да неплохо вышло с платьем, только так и артефакт может. Что еще умеешь?
− Вязать, вышивать, делать украшения, − с каждым словом мой энтузиазм угасал.
− Из чего?
− Веревки и бусинки, гнутая металлическая проволока, даже чеканку пробовала.
− Ты можешь быть артефактором, это близко к тому что ты назвала.
− А почему нельзя научится чему-то совсем новому?
− Магия часть тебя. Если заняться чем-то к чему нет привязанности, будет получатся плохо. А что любишь ты, примет и магия и…
− У меня все получится?
− Должно. Но учителя не найти. Женщину учить не согласятся.
− Значит будут учить не женщину. Не успела обзавестись магией и на тебе дискриминация по половому признаку. Это они еще не знают, что я «неместная».
− А ты рисковая. − Хара улыбнулась, видя мой боевой настрой.
Когда я научилась артефактом править ткань, пошила себе добротной, но простой мужской одежды. Сделала несколько вылазок к ближайшим деревням и подсмотрела быт и поведение чтобы сойти за своего. Мирные и добродушные жители страны Подгории мне нравились. В отношении женщин не видела пренебрежения, что радовало, но и особо с ними не носились. У них была своя роль, и мужчина, муж или отец, который нес ответственность за благополучие семьи. Дети были немного слишком серьезными, но думаю сказывается магическая одаренность с рождения, как и необходимость эту магию сдерживать. Удивили старики, вернее их отсутствие. Самым зрелым на взгляд можно было дать лет пятьдесят-шестьдесят. Я задумалась, неужели тут как у нас в древности, немощных и старых отправляют в уединенное место доживать дни. Хара недоумевала от моих размышлений. Выяснилось, что стареть в этом мире начинают, перевалив за полторы сотни лет. Тогда и начинается вольная жизнь мага. Дети выросли, как и дом с деревом, раздай кому причитается наследство и айда мир посмотреть и себя показать. В таком почетном возрасте любого мага с радостью примут наставником ребенку или помощником-советником к какому-нибудь управленцу. Потому что опыт хорошая вещь, а магический опыт в определенных ситуациях может оказаться полезней высокого магического уровня.
− Ты хоть и похудела, но немного. Грудь получится спрятать под широкой одеждой, а волосы оставишь длинными. Только надо будет смазывать жиром чтоб казались тоньше. Изменишь голос, руки и шею особо не показывай. До того, как снова пойдут дожди, постарайся осесть с постоянным жильем, а то в съемном будет дороговато. – Наставляла меня Хара снабдив мешочком с золотом. − С этой суммой можно скромно прожить год. Но лучше бы найти работу.
Я повертела в руке местные деньги в виде тонких пластинок с-образной формы, которые в ходу на всем материке. Вот такие этерские евро. Есть и помесная валюта в каждой из стран, но обменять не составит труда.
− Может передумаете? Я бы договорилась… − Хара только отрицательно покачала на мои слова.
После ритуала у нее всего несколько магических «фокусов» сохранилось. Только с ногами стало получше. Но, я видела, как трудно давалась ей жизнь без привычных умений и предлагала сотрудничать с деревенскими. Можно было обмениваться зельями и артефактами, да и помощника нанять. Но она не разрешила привлекать внимание.
− Я все настроила. – От мыслей отвлекла ведьма, сунув под нос знакомый черный камешек. – Он найдет того, кто тебе нужен. Оживет и буде сиять по мере приближения к мужчине. И запомни: никто не должен знать, что ты собираешься снять проклятье. Так велел Мир.
Я молча приняла еще один подарок. Сама не заметила, как привязалась к своей тюремщице псевдо-матери. А ведь, если мой поход будет успешным, мы больше не увидимся.
− Берегите себя.
− Смерть не для всех худший исход. − Она улыбнулась.
«Да, для кого-то это свобода», − подумала я и кивнула. Шла в сторону леса не оглядываясь. Я ничего не оставляю за спиной что дорого мне. Все, что станет важным ждет впереди.
3. Ученик.
Как и велела Хара, деревню я обошла и направилась сразу в город. Зимы как таковой здесь нет, а самый сырой и холодный сезон из трех закончился перед самим моим попаданием сюда. Поэтому для путешествий погода самое то. Но я шла пешком, и к концу третьего дня мышцы болели так, что приходилось постоянно делать остановки.
К счастью тащить на себе тяжелые пожитки не было нужды. Все мои вещи находились в чудо-сумке. Мы вместе с ведьмой создали этот необычный артефакт. Как только что-то попадало в зев сумки, становилось меньше раз в семь. А, оказываясь «на воздухе», ему возвращался родной размер. Если сумка закрыта на замок, все что находится в ней оказывается в таком себе пузыре, к которому не применима магия, время и физическая сила. Даже еда внутри не портится.
«Я знаю этот город». – Подумала, разглядывая раскрывшийся передо мной вид. Припомнился мой судьбоносный путь к домику ведьмы и падение. Пройдя сквозь широкие ворота, я попала на площадь с ветками улиц, покрытых белым мрамором. Присела, погладила, точно он. Ничего так люди живут. На солнце это великолепие слепило глаза. Вокруг пестрели клумбы с диковинными и, как подсказала память, съедобными цветами. А здания, будто отлитые из красной необожженной глины, были украшены росписью разных оттенков охры и красного. Это были заклинания от разрушения, намокания, разжижжения и прочее. Домики в два-три этажа не скрывали горизонт. Крыши были из странной черной черепицы. Присмотревшись я опознала листья тех самых исполинов, что росли в лесу. И каждый листик немного отличался, а значит не литье в форму. Каким-то образом их превратили в прочный материал. Красиво.
Одежда у горожан немногим отличалась от деревенской. Удобные, свободные штаны и туники. В холодную погоду к ним одевали еще и теплый сюртук. Для улицы обязательным был головной убор. Приятные сложные цвета тканей. Я понаблюдала и сделала вывод − впишусь. Мне нужно было стать подмастерье и получить рекомендации от уважаемого мастера, потому что безработным неучем меня не подпустят даже к границе королевства Регелан − родины моего будущего мужа. Только вот, не стану же я кричать на перекрестках, что ищу артефактора. Деревенский увалень, непонятно грамотен ли − меня скорее выпрут за стены, чем послушают. И я решила: еда-сплетни-план.
Отобедав в харчевне ближайшей гостиницы, по-местному погост, я попивала морс из каких-то фрукто-ягод и подслушивала разговоры. Так и узнала, что зельевару из соседней улицы нужен помощник, пока предыдущий болеет. На месте меня встретил погром. Первая мысль была − ограбили. Оказалось, хозяин лавки так привык полагаться на помощника, что редко наведывался в нее и по большей части занимался варкой зелий. Не зная, что где лежит перевернул все в поисках, но этим сделал только хуже. Чтобы не путаться с именем я представилась как Ген и взялась за работу.
Четыре дня мы с мастером Хуго аккуратно сортировали пузырьки и подписывали полки под зельями. По новой системе разобраться что где мог и ребенок. Зельевар удивился такому простому решению, но остался мной доволен. Он то и отвел меня к единственному артефактору в городке. Хоть тот не сильно стремился обзавестись учеником, после заверений Хуго что я смышленый и полезный парень, мне дали шанс.
Первый мой учитель мастер Нервис был с причудой. Он иногда смотрел так пристально, что казалось, меня раскусили с маскировкой. Но потом мастер вспоминал куда шел и спокойно удалялся. Жила я в комнатке над мастерской. Готовила и убирала сама, собранными мной под присмотром учителя артефактами. Где-то доделывала, глядя на результат. В свободное время я изучала подаренные Харой книги. Первым моим успехом в искусстве собственной магии было несильное изменение формы. Я плющила, вытягивала, прогибала в середине кусочки древесины и камешки. Хара была права говоря взять за отправную точку то, что нравится. Пространственное мышление сейчас сильно помогало в моих попытках подчинить себе физические законы твердого тела. А вот заставить предмет парить никак не получалось. Ну и ладно, не самое полезное свойство. Мне же хотелось создавать уникальные артефакты по собственному замыслу. Ведь большинство мастеров просто повторяли одни и те же изделия.