Дело о Черном Удильщике (СИ)
Девочка свернула за угол и скрылась в темноте Зелёной аллеи. Детектив аккуратно выглянул из-за стены, размышляя о западне, но девочка лишь слабо улыбнулась и жестом подозвала мужчину к себе. А потом оглянулась по сторонам и, указав на грязные, заросшие мхом гнилые доски, попросила:
— Помогите открыть, у меня пальцы болят.
Хек недоуменно уставился на землю и с трудом различил замаскированную дверь, ведущую в подвал. Ручки не было, и детективу пришлось изрядно постараться, чтобы открыть проход. Он засунул пальцы в узкую щель и, подняв сколоченные между собой доски, откинул их в сторону. В нос ударил зловонный запах разлагающейся плоти. Незажившая рана на мизинце моментально запульсировала. Мерлуза поморщился, но, увидев, как девочка шустро спустилась вниз по лестнице, сразу позабыл о боли.
— Только закройте за собой дверь! — удаляясь, крикнула беспризорница. — И ступайте осторожно, здесь легко можно свернуть шею!
Помещение подвала было маленьким и тёмным. Хеку пришлось закрыть нос рукавом пальто, чтобы не вдыхать едкое зловоние. В свете единственной лампы он смог разглядеть несколько старых кроватей. Большинство из них были сколочены из подручных материалов и напоминали лежаки. Повсюду царил беспорядок: на голой земле валялась заляпанная грязью рваная одежда, жестяная посуда и множество свечей. Мерлуза аккуратно поднял одну, что оказалась у него под ногами, и внимательно рассмотрел огарок, на котором виднелись следы детских зубов. Девочка с извиняющейся улыбкой пояснила:
— Иногда бывало совсем нечего есть и некоторые из нас жевали что придётся, чтобы хоть ненадолго унять голод. Свечи легче всего стащить.
Детектив взял лампу, подошел к одной из кроватей и откинул влажное одеяло. От увиденного Хека замутило, и он сглотнул, пытаясь сдержать подступивший к горлу рвотный позыв. На грязных простынях, разинув рот, из которого торчало несколько сухих отростков, неподвижно лежал мальчишка. Его руки изогнулись под неправильными углами, кожа отливала тёмно-зелёным. Мерлуза оглядел остальные лежаки и понял, что на каждом из них, накрытые одеялами, лежат погибшие беспризорники, наевшиеся дождевой ягоды.
— Сюда, — девочка подозвала детектива к кровати, что стояла в самом дальнем углу.
Среди скомканных простыней, на посеревшей от сырости подушке, тяжело дыша, лежал рыжеволосый мальчишка в круглых очках. Беспризорница приложила к его горячему лбу маленькую ладонь и, всхлипнув, сказала:
— Недавно на рынке один свечник раздавал из-под прилавка пироги. Мы так оголодали, что никому не показалось странным, что он не требует за них деньги. Раньше этот продавец часто ловил нас на кражах и каждый раз угрожал расправой. Проныра выклянчил у свечника всю выпечку, что была, и принес нам, — девочка с грустью посмотрела на рыжеволосого. — После того, как пропал Аспид, он сдуру взялся обо всех заботиться и пытался хоть как-то поддерживать остальных. Хотел пойти разносчиком газет, но клейменых не берут на работу, поэтому выбирать не пришлось. У нас никогда нет выбора.
Хек приложил два пальца к шее мальчика и нащупал слабый пульс. Кожа беспризорника пылала, его бил мелкий озноб.
— Он раздал все пироги до единого. Даже себе не оставил. Но никто не подумал с ним поделиться — ребята были настолько голодными, что проглотили всё за раз. А потом слегли и больше не встали. Когда Проныра увидел, как корчатся и зеленеют товарищи, он тут же всё понял и в слезах выскочил на улицу. Я искала его несколько дней и обнаружила в полубреду, сидящим около заводи.
Взглянув на мужчину, девочка прочитала в его взгляде немой вопрос.
— В больницу не попасть без страхового листа, — она запнулась и опустила глаза. — Но, может быть, если вы скажете, что мы ваши…
— А почему ты не ела? — перевел тему Хек, осторожно подхватывая лихорадящего мальчишку на руки.
— Раз брат не ест, значит, и я не ем, — беспризорница поднялась вверх по лестнице и выбралась на улицу, открывая детективу проход.
Мерлуза довольно быстро донёс мальчика до больницы и, залетев в двери, тут же попросил помощи. Но миловидная девушка, сидевшая за стойкой, лишь недоверчиво покосилась на мужчину и потребовала необходимые документы. Казалось, её вообще не волнует тот факт, что на руках Хека лежит без сознания одиннадцатилетний ребенок.
— Я детектив округа Тайных Озёр! — выйдя из себя, закричал Мерлуза. — Ты, пигалица, вообще в своём уме⁈
На крик тотчас сбежались любопытные пациенты, врачи и медсестры. Одни цокали языками и возмущались, оглядывая небрежно одетых людей, другие закрыли носы белыми платочками, учуяв неприятный запах, исходивший от бродяг. Но тут, бесцеремонно расталкивая людей, из толпы вышел Аркан. Его бровь была рассечена и заметно припухла, а под глазом, темнея, расплывался синяк.
— Какого ханоса… — удивлённо произнес детектив, и девушка за стойкой недовольно поджала накрашенные губы.
Следом за инспектором семенил Лаврак. Едва шевеля распухшими губами, он призывал зевак разойтись по своим делам. Его щека вздулась, и на ней виднелся внушительных размеров кровоподтёк.
— Что ты тут делаешь? — спросил Хек, с любопытством разглядывая подошедших мужчин.
Хамс сразу же узнал рыжеволосого мальчишку и, не ответив, задал встречный вопрос:
— Где ты нашел его?
Лаврак протянул руки, и детектив передал ему Проныру, придерживая его безвольно болтающуюся голову.
— Что с ним? — поинтересовался Лаврак, озвучив третий по счету вопрос.
Мерлуза вкратце изложил произошедшие события, намеренно исключив из них зловонный подвал, полный мертвых беспризорников. Главный врач подозвал медсестёр и быстро дал им указания.
— Марван в шестой палате, — удаляясь, уведомил детектива Лаврак. — Можете зайти, но не задерживайтесь надолго, не нужно понапрасну тревожить её.
— Что случилось? — с волнением спросил Мерлуза, переводя взгляд на инспектора.
Сибас задержался в проходе и сообщил, едва ворочая распухшими от удара губами:
— Она чуть не утонула, — и обвиняюще посмотрел на Хамса. Потом склонил голову набок и уже тише произнес: — И, пожалуйста, когда старший детектив очнётся, сделайте вид, что она выглядит как обычно, хорошо?
С этими словами Лаврак развернулся и зашагал прочь.
Девочка подергала детектива за рукав, желая задать вопрос, но тот не обратил на неё внимания. Тогда беспризорница крепко вцепилась в его руку, но, поймав на себе суровый взгляд Аркана, поспешила спрятаться за спину Хека.
— Что произошло? — поджимая губы, гневно поинтересовался детектив.
— Это моя вина, — резко ответил Аркан, глядя Мерлузе прямо в глаза. — Я видел, что так будет, но…
Мужчина осекся, осознав, что сказал лишнее, и отвернулся. Детектив нахмурил брови, подошел к инспектору вплотную, схватил его за руку и медленно проговорил на ухо:
— Интересно, как долго ты намеревался хранить свой глупый секрет?
Хек отстранился, внимательно всматриваясь в тёмно-зелёные глаза инспектора. Аркан не шелохнулся, и детектив заметил, как быстро бьется жилка у его виска.
— Не переживай ты так, Аркан. Я никому не скажу.
Мерлуза отошел, взял девочку на руки, снял с неё потрепанную шапку и вытер ладонью вспотевший лоб ребенка. Девочка обвила руками его шею и уткнулась носом в небритую щеку.
Аркан вздохнул, и Мерлуза рассмеялся при виде его недовольного лица.
— А я-то думал, почему ты почти никогда не говоришь священный офицерский лозунг объединения, — устало улыбнулся Хек. — Если обида за судьбу своего народа еще шевелится внутри, значит, не всё потеряно. Не так ли, Хамс?
[1] Штамповщики (разг.) или ревизоры — небольшой отдел Департамента, контролирующий численность беспризорников в округах.
Глава 17
Минувшие ужасы и подступающие кошмары
— Какие же у тебя густые волосы, Марван, — произнесла женщина, заплетая чёрные локоны дочери в косу.