Рок-цыпочка (ЛП)

— Да.
Ли поднял голову, и его рука поднялась выше по моему бедру, забираясь под платье. Кончики пальцев скользнули по краю трусиков.
— Позволь перефразировать: хочешь пойдем спать?
Он что под кайфом? Хотела ли я пойти спать? Что за вопрос?
Я старалась сохранять спокойствие.
— Не очень-то.
Он улыбнулся своей Улыбкой.
Я разомлела.
— Хорошо, — сказал он и поцеловал меня.
Это был чертовски классный поцелуй: долгий, медленный, глубокий и горячий. Когда все закончилось, его губы скользнули по моей щеке, вниз по шее и по ключице. Его рука с моей талии поднялась вверх по спине, и он потянул меня за волосы, облегчая доступ к шее, а затем погрузился языком в ложбинку у основания горла.
Он отпустил мои волосы, обхватывая рукой затылок, и снова поцеловал. Также сладко, как и в первый раз, но лучше, подключая больше языка. Одной рукой Ли держал мою голову, другой обхватил мою грудь поверх платья.
Все это было мило и хорошо, но, на самом деле, это было прекрасно. Проблема заключалась в том, что Ли вел себя так, будто у нас было все время в мире. Он вел себя так, будто в любой момент сигнал домофона не возвестит какой-нибудь секретный код, отрывающий его от меня, оставляющий на седьмом небе от счастья или, что более важно, тяжело дышащей и мокрой.
Я приподнялась, сменила позу и оседлала его бедра. Выдернула его футболку из джинсов и стянула ее через голову, не глядя, отбрасывая в сторну. Провела ладонями вниз по его груди, слегка царапая пресс ногтями, наблюдая, как рефлекторно сжимаются мышцы, и направилась прямо к ширинке.
Я расстегнула верхнюю пуговицу, когда Ли схватил меня за запястья и остановил.
Посмотрев ему в глаза, я увидела, что морщинки в их уголках стали глубже.
— Торопишься? — поинтересовался он.
— Э-э… — начала я тоном «сам как думаешь». — Да.
— В спешке нет необходимости. — Он убрал мои руки, отпустил их и провел ладонями по моим бокам.
— Утром ты очень даже спешил, — напомнила я, когда он наблюдал, как его руки путешествуют вверх, а затем останавливаются по бокам на уровне моей груди. Костяшками пальцев правой руки он провел по соску. Тот затвердел, за чем Ли также наблюдал.
Я прикусила губу из-за электрического разряда, стрельнувшего от соска к области ниже талии, а затем нетерпеливо сказала:
— Ли.
Его взгляд переместился с моей груди на лицо.
— Утром все было по-другому.
— Как по-другому?
— Я парень, — заявил он, будто это все объясняло, и отчасти так оно и было. Я не знала ни одного мужчину, который бы не проснулся лишь с одним на уме, обычно готовый еще до того, как откроет глаза.
— Каким бы ни было у тебя сегодняшнее утро, сейчас я чувствую то же самое, — сказала я, возвращаясь к его ширинке.
Ли снова взял меня за запястья и завел мне руки за спину.
— Я полагал, ты хотела не торопиться.
Я могла бы поклясться, что расслышала в его голосе веселье.
Засранец.
— Как насчет такого варианта? Ты делаешь это по-своему, а я — по-своему, — предложила я.
Его глаза встретились с моими.
— Должно быть интересно.
— Чертовски интересно, — пробормотала я.
И поцеловала его. Я знала, что ему нравилось, как я целовалась, он сам сказал об этом, а до сих пор Ли мне не лгал.
Он тут же ответил на поцелуй.
Отпустил мои запястья и обнял меня.
Я вновь вернулась к его ширинке, но вместо того, чтобы расстегнуть ее, скользнула по ней ладонью, ощущая его длину. Это было приятно, очень приятно.
Ли взял меня за талию и перевернул на спину, накрывая своим телом. Я схватила его за плечи, чтобы удержаться, и потеряла ранее завоеванную позицию.
Он целовал меня, обхватив ладонью мою грудь, большой палец скользнул по соску, соединился с указательным, и они начали восхитительно покручивать жесткую горошинку, используя шелк платья, чтобы усилить трение.
Вау.
В смысле — вау!
Я согнула ногу в колене, и бедра Ли очутились у меня между ног, другую ногу я закинула на него, пальцами одной руки вцепилась в его плечо, локтем другой уперлась в диван, перенесла вес на опорную ногу, дернулась и перекатилась.
 
Мы свалились с дивана: Ли со стоном на спину, я — сверху.
Я приподнялась, прежде чем он успел прийти в себя, и снова его оседлала. Выгнув спину, наклонилась и прикоснулась губами к его груди, по пути вниз царапая зубами и обводя языком очертания мышц пресса. Он был хорош на вкус, кожа на упругих мышцах казалась невероятно шелковистой.
Это было великолепно.
Я расстегнула еще одну пуговицу на его ширинке, спускаясь поцелуями ниже, пальцы работали над следующей пуговицей прямо под жаждущими губами. Я с нетерпением ждала этого.
Все это время он держал руки под платьем на моей заднице. Когда я двинулась вниз по его телу, они выскользнули оттуда и устремились вверх по моей спине, затем поднырнули мне под руки и дернули вверх, опрокидывая на спину.
Ногами и бедрами мы ударились о журнальный столик, тот покачнулся и опрокинулся, пульты дистанционного управления, журналы и телефоны разлетелись в разные стороны.
Нависая надо мной, Ли схватил мои запястья, завел их мне за голову и посмотрел на меня.
— Ты очень спешишь.
— Я же уже сказала, не так ли?
Ли коснулся моих губ.
— Расслабься.
— Сам расслабься! Ты можешь гарантировать, что с минуту на минуту не раздастся трель домофона?
— Нет.
— А можешь гарантировать, что твой телефон не зазвонит, мой телефон не зазвонит, или вся западная часть Соединенных Штатов не рухнет в Тихий океан?
Я не только услышала, но и почувствовала, как он тихо рассмеялся.
— Нет.
— Мне жаль твоего сотрудника, правда. Это хреново, и я ни в чем тебя не виню, но это не мне подали сигнал, пока твой рот был у меня между ног. Улавливаешь, к чему я клоню?
Он уткнулся носом мне в шею, все еще не отпуская мои запястья.
— Начинаю понимать твою точку зрения.
— И?
— Мы все равно будем действовать медленно.
Я нетерпеливо фыркнула.
— Почему?
— Потому что я так хочу.
— А как насчет того, чего хочу я?
Подняв голову, Ли снова с нежностью посмотрел на меня.
— Ты получишь то, чего хочешь.
Я пристально посмотрела на него, думая: «Держу пари на свою сладкую попку, так и будет».
Он вернулся к еле уловимым касаниям, и я начала извиваться. Ничего не могла с собой поделать, его губы на моей шее вызывали такие приятные ощущения.
Не поймите меня неправильно, я не гналась за оргазмом, потому что это был Ли Найтингейл, или потому что не испытывала его какое-то время (по крайней мере, такого, который не был вызван мной самой), а потому что в течение нескольких дней медленно тлеющий огонь страсти разгорелся в бушующее пламя.
У Ли были искусные руки, рот, его тело было таким горячим, что обжигало, и мне было приятно ощущать его не только из-за тепла, но и потому, что оно было твердым и тяжелым. Он был сильным, и это заставляло меня чувствовать себя в безопасности. Что-то еще твердое прижималось к моему бедру, и я знала, как это что-то выглядит, и хотел его. Сначала в своей руке, потом внутри себя, и если бы у нас было время, я бы сделала с ним множество других вещей.
Ладони Ли скользнули вниз по моим рукам, а рот опустился ниже, коснулся моей груди поверх шелка, затем вернулся для поцелуя.
Я потянулась к его заднице, проникла под джинсы и сжала. Когда Ли прервал поцелуй, мои губы потянулись к его шее, кончиком языка я принялась исследовала его горло и челюсть.
Моя рука двинулась от его задницы к паху.
— Инди, — сказал он, частично предупреждая, частично рыча, частично смеясь.
Я не стала возиться с пуговицами, отвлекла Ли поцелуями, нырнула рукой ему в джинсы и нашла его. В том небольшом пространстве, которое у меня было в его джинсах, я все же умудрилась обхватить его пальцами.
Наконец-то.
— Да, — прошептала я ему в губы, водя рукой по его стволу.