Рок-цыпочка (ЛП)

Элли приподняла брови, глядя на меня, и я одарила ее взглядом: «позже».
— Мне нужен кофеин, — заскулил Рози и подошел к дивану Ли из мягкой, дорогой кожи, который стоял перед огромным ЖК-телевизором. Рози рухнул на него и начал тереть пальцами виски, пытаясь обрести свою дзен-нирвану без кофейника из нержавеющей стали в руке, наполненного пенящимся молоком.
— Тебе не нужен кофеин, тебе нужен валиум, — возразила я.
— У меня есть валиум, — вставила Элли.
Элли обычно могла найти все виды фармацевтических препаратов либо в личной аптечке, либо через свои связи.
— Я не хочу валиум. Я хочу как можно скорее забрать сумку у Дюка и свалить в Сан-Сальвадор, — немного драматизируя, сказал Рози и схватил пульт.
— Он творец с темпераментом артиста, — объяснила я Элли, провожая ее до двери.
— Он варит кофе, — парировала Элли.
Я проигнорировал это. Элли не понимала красоты кофе. Она предпочитала текилу.
— Уверена, что Ли не вернется?
Я не хотела, чтобы меня застукали в квартире Ли, когда хозяин понятия не имел, что я здесь. Я слишком успешно старалась избегать его целых десять лет, чтобы оказаться в его квартире посреди ночи, укрывая возможного преступника, за которым охотились плохие люди. Существовала большая вероятность, что Ли этого не одобрит.
— Он в Вашингтоне, — ответила Элли. — Думаю, тебе следует занять его кровать. — Сказав это, ее глаза стали большими и счастливыми, а я вздохнула и прислонилась плечом к стене.
— Может, тебе стоит ему позвонить, — предложила я.
— Он не любит, что его беспокоят, когда он уезжает из города по делам. Только в экстренных случаях.
— Сложившуюся ситуацию можно рассматривать как экстренную, — пояснила я без необходимости, так как всего двадцать минут назад позвонила ей, и запыхавшимся голосом рассказала, что в нас с Рози стреляли и нам нужно спрятаться в безопасном месте. Подобное случается не каждый день, на самом деле, никогда, по крайней мере, со мной.
Элли посмотрела через кухню открытой планировки на Рози, тот включил телевизор и смотрел кулинарный канал.
— О какой сумке он говорит? — прошептала Элли.
— Объясню позже. Просто на всякий случай позвони Ли и предупреди его, что мы здесь.
Элли снова перевела взгляд на меня.
— Было время, когда ты все бы отдала, чтобы «на всякий случай» остался никому неизвестен.
— Я тебе уже говорила, те времена давно прошли.
Элли пристально изучала меня. Она слышала эту фразу в течение десяти лет и все еще не верила в это, глупая, упрямая дурочка.
— Ладно. Я ему позвоню. И все же, на мой взгляд, реши он вернуться домой, то предпочел бы застать в своей постели тебя, а не Рози.
— Я буду спать в комнате для гостей.
— Подруга, — усмехнулась Элли, — у Ли нет комнаты для гостей. Вторая спальня на замке, и никто туда не попадет. Мы с Хэнком называем ее Командным центром, но никто не знает, что там.
Я повернулась, чтобы посмотреть на три закрытые двери, которые выходили в холл, и когда обернулась, Элли уже открывала входную дверь.
— Пока. — И она исчезла.
Я бросилась к двери, наблюдая, как она плавной походкой движется по коридору.
— Позвони ему! — крикнула я.
Она показала мне «пис» и вошла в лифт.
— Она не позвонит, — сказала я пустому коридору.
***
Элли оказалась права.
Я немного пошпионила (вы бы тоже так поступили). Две двери в холле открывались, одна в ванную, другая в спальню Ли. Третья была крепко заперта. Я даже прошла по балкону, чтобы проверить, смогу ли заглянуть внутрь, но на французских дверях во вторую спальню висели плотно зашторенные занавеси.
После просмотра кулинарного канала, что показалось мне целой жизнью, я отыскала для Рози подушку и одеяло и со слипающимися глазами, и все еще немного напуганная (не только вечерними событиями, но и нашим местоположением), заползла на огромную кровать Ли.
Я подумывала лечь спать на пол, но слишком устала, и в любом случае, Ли был очень занят и не возвращался в Денвер, если бы не чей-то день рождения, праздник или выходные, когда «Бронкос» играли дома. Я так часто слышала, как Китти Сью сетовала на это, что если бы каждый раз, когда она это говорила, мне платили бы десять центов, я бы разбогатела.
 
Я сняла джинсы, обувь, носки и лифчик и нашла майку Ли, к счастью, в первом же открытом ящике. Я не хотела рыться в ящиках Ли, ему это могло не понравиться.
Мне пришлось одолжить майку Ли, потому что на мне была футболка с расшитой стразами надписью «Guns‘n’Roses», и они цеплялись за простыни, не говоря уже о том, что она была одной из моих любимых, и я не хотела ее испортить во время сна.
Я спала крепко и постоянно вертелась. Так сильно, что большинство моих парней, в конце концов, выбрали диван (обычно прямо перед тем, как выбрать дверь). Я старалась спать в одежде, которая не доставляла бы мне неприятностей во время моих ночных выкрутасов, а значит, обычно я спала в одних трусиках. Однако мысль о том, чтобы спать в постели Ли почти голой, не доставляла удовольствия.
Я старалась вообще не думать о ней, как о кровати Ли. Просто кровать. Ну и что, если она принадлежала Лиаму Найтингейлу. Ну и что, если в ней пахло им: кожей, табаком и специями. Что такого?
Запах и кровать заставили меня немного почувствовать то, что я испытала, прикоснувшись к груди Джо Перри, и у меня возникло неприятное желание чуть пошалить, но, к счастью, я заснула, прежде чем смогла что-либо предпринять.
Следующее, что я помню, что-то обвилось вокруг моей лодыжки и потащило вниз по кровати, совсем как героиню из фильма ужасов.
Когда я врезалась коленями в изножье, то резко перевернулась на спину и тихонько взвизгнула. В темноте я увидела огромную тень, нависающую надо мной, и открыла рот, чтобы закричать, понимая, что те, кто в нас стреляли, нашли нас, и всему пришел конец.
Моя жизнь закончилась, и я так и не увижу, как Pearl Jam играет в живую.
Прежде чем я успела закричать, мою лодыжку отпустили, две руки схватили меня за бедра и выдернули из кровати так, что спина до боли выгнулась. Моя голова запрокинулась назад, и я проглотила свой удивленный крик.
Меня поставили на ноги, схватили за оба запястья и заломили их за спину, заставив взвыть от боли, и я оказалась прижатой к твердому телу.
— Говори, — потребовал глубокий голос, и я почувствовала запах табака, кожи и специй.
Ли.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо.
Либо мне очень не повезло, либо Элли меня подставила.
Или меня подставили Элли и Рози. Элли чересчур увлеклась этим дерьмом с невесткой, и, возможно, ей так не терпелось, что она наняла кого-то, чтобы те в меня выстрелили.
— Две секунды, — предупредил Ли.
— Ли, это я. Инди.
Хватка на моих запястьях ослабла, но меня не отпустили.
— Какого хрена?
Я сделала глубокий вдох, отчего мои сиськи еще сильнее прижались к его груди.
Сейчас мы находились ближе, что я когда-либо. Даже в те дни, когда я бросалась ему на шею, я не была с ним так близко.
— Я немного в затруднительном положении, — объяснила я (поспешно), — и мне нужно было переночевать в безопасном месте. Элли меня впустила.
Ли потребовалось мгновение, чтобы осознать услышанное.
— Кто тот парень на диване?
— Рози, мой бариста.
— Твой кто?
— Он варит кофе в моем книжном магазине.
— Черт.
Он отпустил меня, развернулся и вышел из комнаты.
Что-то в том, как он это сделал, заставило меня последовать за ним.
Когда я добралась до гостиной, Ли включил свет, Рози лежал лицом вниз на полу. Его руки и ноги были перемотаны за спиной клейкой лентой, а рот заклеен скотчем.
— Ли! Господи! Что ты с ним сделал? — завопила я, устремляясь вперед и опускаясь на колени рядом с Рози. Глаза Рози бешено вращались, пока он боролся с путами.
Я не могла поверить, что ничего не слышала.
Боже, Ли был хорош.
Ли уже достал карманный нож и разрезал ленту.