Рок-цыпочка (ЛП)

Все это время через открытую дверь спальни проникал свет, но Ли не издал ни звука. Это разозлило меня еще больше. Через пять минут после начала телевизионного шоу в спальне погас свет. Мой гнев достиг неизведанных высот. Спустя пять минут я поняла, что, услышав «точка», у Ли не возникло с этим проблем.
Ладно, отлично, замечательно, меня это вполне устраивало.
К счастью, день выдался довольно тяжелым, как никак, второе похищение и стрельба.
Не говоря уже о второй эмоциональной драме с Ли.
Несмотря на то, что разум лихорадочно работал, тело ломило от недостатка адреналина. До того, как телевизор перешел в спящий режим, я уже плыла по стране дремоты. Выключившийся телевизор разбудил меня. Я не испытала слишком сильного раздражения, поскольку не полностью проснулась: на три четверти спала и на четверть дремала.
Следующее, что я почувствовала, как меня подняли в воздух.
Ли нес меня в спальню.
— Что ты делаешь? — спросила я, полусонно и полусердито.
— Несу тебя в постель, — ответил он абсолютно бодрым голосом.
— Я сплю на диване, — упрямилась я, когда он опустил меня, поставив у края кровати. Он не ответил, но потянулся к поясу моего халата.
— Что ты делаешь? — снова спросила я.
— Готовлю тебя ко сну.
— Прекрати! — Я шлепнула его по рукам, но он проигнорировал меня, поэтому я схватилась за лацканы халата и запахнула их. — Я под ним почти голая.
Пояс развязался, и Ли наклонился ко мне. Я отшатнулась, чуть не упав на кровать. Он выпрямился, держа передо мной то, что я еще несколько часов назад считала конфискованной для себя футболкой «Night Stalkers».
Поскольку вероятность того, что я выиграю в схватке, была ниже нуля, и я устала до чертиков, я выхватила футболку у Ли и повернулась к нему спиной.
Я могла бы уснуть с ним, сказала я себе, просовывая голову в ворот футболки. Я спала с ним последние ночи и много ночей до этого и выжила. Еще одна ночь меня не убьет.
Сбросив халат с плеч, я позволила ему упасть на пол и так быстро, как только могла, просунула руки в рукава футболки.
Но недостаточно быстро.
Руки Ли легли на мои бедра, чуть выше трусиков, и когда футболка опустилась на место, ее край закрыл его руки.
Он коснулся подбородком моего плеча.
— Как долго ты собираешься злиться на меня?
Его голос был глубоким и немного хрипловатым, и я почувствовала дрожь к югу от талии.
— Вечность, — ответила я.
Его руки скользнули с бедер на живот и притянули к его телу.
— Я не могу обсуждать с тобой клиентов, Инди. Мои услуги конфиденциальны. Я не смогу говорить о работе, тебе придется привыкнуть к этому.
Вряд ли в этом был смысл.
Ладно, в этом был смысл, просто не в этом суть.
Такова моя давняя теория: мужчины намеренно упускают суть.
Его подбородок переместился, отводя волосы с моей шеи, и его губы приблизились к моему уху.
Затем он перешел к сути.
— Ты избегала меня десять лет, а затем предоставила возможность привлечь твое внимание. Я не люблю упускать возможности, поэтому я ею воспользовался. Это сработало. Я привлек твое внимание. И не жалею об этом, я сделал бы это снова, даже учитывая, что в процессе упустил «мужика с бриллиантами».
Хм, как раздражающе, но честно, поэтому и раздражающе.
Я подалась вперед и вырвалась из его рук, поставив колено на кровать.
Я могла бы отстаивать свою идею спать на диване, но боялась, что это приведет к борьбе, а Ли уже и так вызвал у меня дрожь к югу от талии. Мне ни за что не выжить в поединке.
Я переползла через кровать и устроилась на самом краю, натянув на себя простыню.
Я почувствовала, как матрас прогнулся под телом Ли, и свет погас.
Затем меня потащили через всю кровать и уложили в его объятия, которыми он так умело пользовался.
Я не сопротивлялась, довольно эффектно играя в молчанку, держалась напряженно, реакцией тела сообщая, что еще ничего не прощено. Молчание/холодность было идеально отточенным оружием в моем арсенале, и я не боялась пускать его в ход.
Ни с того ни с сего Ли сказал мне в затылок:
 
— Последний раз я помню, как испытывал страх, во время тренировки на выживание. Я подумал: раз хорошие парни придумали такое дерьмо для тренировок, чего ждать от плохих парней?
Хм.
Ой!
Очевидно, пришло время рассказов для плохих маленьких девочек.
— Потом я понял, что, возможно, не смогу контролировать их действия, но могу контролировать свою реакцию. Страх мешает сосредоточиться, заставляет терять контроль, делает тебя слабым. Дает врагу преимущество. Это был последний раз, когда я испытывал страх, и последний раз, когда терял контроль.
Я все еще лежала напряженно, но теперь по другой причине, ожидая услышать, что он скажет дальше.
— Сегодня вечером Элли позвонила и сказала, что тебя похитили. Я оставил тебя одну, а они пришли к гребаной двери дома Тома и схватили тебя. Услышав это, я потерял контроль.
Черт возьми.
Что это значит?
О чем он?
Он испугался?
За меня и от мысли, что, возможно, потеряет меня?
О… мой… Бог.
Я ждала, что он скажет больше, объяснит, но он этого не сделал.
Поэтому я подождала еще немного.
Ничего.
— Что значит, ты потерял контроль? — прошептала я.
Тишина.
Через некоторое время его пальцы откинули мои волосы в сторону, а губы коснулись моего затылка.
На этом я успокоилась и прислушалась к его ровному дыханию. Я знала, что он не спит, а также знала, что наш разговор окончен. Лиам Найтингейл ни за что не признался бы вслух, что ему страшно. Поэтому я довольствовалась тем, что смогла узнать.
И это было все, что мне нужно.
Я позволила напряжению покинуть тело и устроилась в объятиях Ли, прижавшись задом к его паху.
Было время таить обиду, но сейчас оно прошло.
  
Глава 12
 
Я выполнял долг перед травкой
 
Почувствовав, как простыня сползла с моего бедра и по нему заскользила ладонь, я проснулась.
Я перевела затуманенный взгляд на Ли, который сидел на краю кровати, насколько я могла судить в утреннем свете, полностью одетый.
— Мне нужен кофе, — пробормотала я.
— Не вставай, я просто хотел попрощаться, — ответил он.
Я моргнула в полутьме.
— Куда ты уходишь?
Но я потеряла его внимание, он смотрел на мои бедра.
— Ты всегда носишь такое нижнее белье или это только для меня?
Я перевернулась на спину и натянула простыню до талии.
— Не для тебя, я ношу такое нижнее белье с тех пор, как бабушка подарила мне на шестнадцатилетие мой первый комплект от Frederick’s of Hollywood. Теперь мой первенец завещан Victoria’s Secret [13].
Прежде чем снова заговорить, Ли выждал несколько секунд, которые можно описать только как «напряженное молчание». Пока оно длилось, он снова стянул с меня простыню.
— Хочешь сказать, что с шестнадцати лет, ты каждый год подсаживалась ко мне на Рождественском ужине в таком нижнем белье?
Мне было трудно осмыслить все происходящее, так как было еще ох-как-рано, Ли уже оделся и готовился уйти, а мы говорили о моем нижнем белье.
Сидела ли я каждый год рядом с ним на Рождественском ужине?
Да. Сначала потому, что умудрялась застолбить место возле него, а последние десять лет по суровой иронии судьбы.
— Я к тебе не подсаживалась, — попыталась соврать я.
— Нет, это я садился к тебе.
Услышав это невероятное признание, я приподнялась на локтях и поморщилась. Еще один урок: после кувырков по кустам со скованными за спиной руками, тебе нереально больно.
Я взглянула на часы — пять минут шестого.
— Сейчас пять минут шестого! Куда ты собрался?
Он наклонился вперед и коснулся поцелуем моих губ.
— На охоту.
То, как он это сказал, заставило меня испугаться за всех пушистых маленьких созданий в лесу. Потом я поняла, что Ли не имел в виду охоту, по крайней мере, не на маленьких пушистых созданий.