Рок-цыпочка (ЛП)
— Естественно, он ее не бил, Томми. Как ты мог подумать такое? Что произошло? — Китти Сью, всегда была дипломатом, она отмахнулась от папиного идиотского замечания и подошла ко мне.
Я посмотрела на Элли, она уронила на пол еще одну сумку. В ней лежало столько вещей, что они не предполагали одну ночевку. Сумка была больше, набита до отказа, несомненно, достаточным количеством одежды, чтобы я смогла прожить у Ли неделю, к концу которой я, скорее всего, забеременею или стану рабыней для любовных утех Ли, или и то, и другое.
Если бы я так не беспокоилась об Элли и не любила ее всеми фибрами души, я бы ее придушила.
— Ты в порядке? — спросила я ее.
Элли кивнула.
Китти Сью остановилась и посмотрела на нас обеих.
— О, нет, что вы двое учинили?
— Ничего, — быстро ответила я. — Что касается щеки, папа, с полки упали книги и ударили меня по лицу. Ли оказался рядом и отвез меня к себе, чтобы приложить к месту удара лед. — Я подошла к раковине и указала папе на пакет со льдом, затем, по какой-то причине, я прислонилась плечом к Ли.
Не спрашивайте, почему я так сделала. Мне просто не понравилось, как папа разговаривал с ним, и как лицо Ли стало непроницаемым.
— Лед у тебя есть и в «Фортнуме», — сказал папа.
Упс.
Это было правдой.
— Лед Ли лучше, — ответила я.
Отстойный ответ. Я теряла хватку.
— Держу пари, лед Ли лучше, — пробормотала Элли, и мы с Китти Сью бросили на нее убийственный взгляд.
Хэнк и Ли переглянулись. Хэнк вздохнул и покачнулся на каблуках. Ли обнял меня за плечи. Я даже не пыталась расшифровать, что означал взгляд Ли/Хэнка, на сегодняшний день кошмаров и так хватало.
И в любом случае, все, о чем я могла думать, что их приход означал, что план вздремнуть с Ли сорвался. Ситуация приобретала довольно игривый настрой, и мне нужно было восстановить контроль.
— Куда отправимся ужинать? — радостно спросила я, и глаза Ли скользнули в мою сторону, определенно обещая «позже» и разрушая любые иллюзии того, что я сорвусь с крючка.
— «Sushi Den», — ответила Элли.
При этих двух словах мы с Элли тут же вскинули руки, выставив указательный палец и мизинец в знаменитом рок-н-ролльном жесте «дьявольские рога» и завизжали:
— Суши!
— Мы не будем есть суши, — возразил Малкольм.
— Уже все решено. Мы едим суши, — сказала Китти Сью.
— Суши — дерьмо, — заявил Малкольм.
— Суши полезны, — ответила Китти Сью.
— Мексиканская еда полезна, — парировал папа.
Китти Сью закатила глаза.
Взволнованно я направилась к сумке.
Я любила суши, но еще больше я любила «Sushi Den». Это был один из моих любимых ресторанов в Денвере. Он располагался на Перл-стрит, рядом с гриль-баром и напротив кофейни Стеллы.
Спроектированный из цемента и стекла, в «Sushi Den» работали администраторы с характером, которые одним взглядом могли заставить простых смертных почувствовать себя ничтожными, или даже совершить самоубийство, и у них подавали лучшие суши, которые я когда-либо пробовала. Там невозможно было забронировать столик заранее, потому что в заведении всегда было полно народа. Мы с Элли ходили в «Sushi Den», по крайней мере, два раза в месяц и вели непрерывную битву за то, чтобы перехитрить администраторов (причем они побеждали).
— Ты принесла мне одежду для суши-бара? — спросила я Элли.
Нельзя идти в суши-бар в джинсах и ковбойских сапогах. «Sushi Den» требовал чего-то совершенно иного. Одежда… черная. Обувь… шпилька. У меня в шкафу целая секция отведена нарядам для «Sushi Den».
— Можешь поспорить на свою задницу, — ответила Элли.
***Я снова проснулась в постели Ли, и первая моя мысль была — саке.
Саке мне даже не нравилось, но я пила его с Элли в суши-баре, потому что это от вас там и ожидают.
В Риме поступайте, как римляне.
В суши-баре — пейте горячее саке.
Я лежала на животе, согнув левую ногу, правую выпрямив, левая ладонь покоилась на подушке, правая рука зажата между мной и тем, что, как я знала, должно было быть теплым, твердым телом Ли.
За одну ночь Ли усовершенствовал стратегию удержания меня на одном месте во время сна. Он прижимался к моей спине, большая часть его тела лежала на мне, одной рукой он обнимал меня, согнув левую ногу по форме моей, и прижимаясь ко мне бедром. Было на удивление комфортно, уютно и тепло, и я почему-то чувствовала себя в безопасности.
Гребаный ад, как я умудрялась втягивать себя в подобные ситуации?
Я вспомнила наш пропитанный саке семейный «праздничный» ужин и была благодарна, обнаружив, что все помнила.
Еда, саке, еше больше еды, еще больше саке, пьяный дурман.
Ли засовывает меня в «Кроссфайер», пока я посылаю воздушные поцелуи Элли, Хэнку, папе, Китти Сью, Малкольму и парковщику.
Возвращение в квартиру Ли: шатаясь, вхожу в его спальню, снимаю одежду, конфискую еще одну его майку, из-за изрядного количества выпитого и недосыпа падаю лицом на большую кровать Ли и засыпаю.
Левой рукой я проверила одежду.
Трусики — на месте.
Майка — на месте.
Либо Ли не переспал со мной пьяной, либо одел меня, когда закончил. Я остановилась на первом варианте.
В левой скуле чувствовалась тупая боль, которая, без саке, улетучившемся из моего организма, усилилась.
Я спланировала свои следующие двадцать минут настолько хорошо и быстро, насколько могла без дозы кофеина.
Мне нужно уйти от Ли, не разбудив его, вызвать такси и поехать домой.
Отлично, ладно, звучит как план.
Я медленно подвинулась вперед, стараясь действовать незаметно.
И потерпела неудачу.
— Ммхмм, — пробормотал Ли позади меня, напрягая руку.
Я провалилась на первом же препятствии.
Я снова попыталась воспользоваться вчерашним удачным предлогом для побега.
— Мне нужно приготовить кофе.
Рука Ли исчезла, но веса его тела было достаточно, чтобы удерживать меня на месте. Он скользнул дальше на меня, наклонился, и я почувствовала, как его губы коснулись моего плеча, в то же время его рука скользнула вверх по моей согнутой ноге, остановившись на бедре.
— Выпьешь кофе после, — сказал он мне на ухо.
Каждый мускул в моем теле напрягся, даже если в животе потеплело.
— После чего?
Его рука двинулась вперед от моего бедра, и пальцы прошлись по краю трусиков чуть ниже пупка.
— Это произойдет, — сказал он, и мне не нужно было объяснять, что означает «это». Затем он добавил: — Сейчас.
Черт возьми.
С опозданием я почувствовала спиной доказательство его решимости, и сердце пустилось в бешеный галоп.
С тех пор как я узнала о существовании такой штуки, как секс, я хотела заняться им с Ли.
Теперь, столкнувшись с неизбежной возможностью, я пришла в ужас.
— У меня похмелье, — попыталась отмазаться я.
Губы Ли были на моей шеи, либо он не слышал меня, либо не поверил и счел мою ложь недостойной ответа.
Он прижался бедрами к моей заднице, его рука скользнула вверх по моему животу, и я почувствовала, как по ногам побежали мурашки.
Черт, черт, черт.
Я впилась зубами в губу, чтобы не застонать, когда электрический разряд пронесся по всему телу, с предельной точностью попадая между ног.
— У меня болит голова, — попробовала я еще раз.
Его рука поднялась по майке и остановилась под грудью, костяшки пальцев скользнули по округлостям снизу.
— Вероятно, стресс, не волнуйся, я знаю, как снять напряжение.
Держу пари, он знал.
— У меня болит лицо, — попыталась я в последний раз.
Я почувствовала его язык у себя за ухом, прежде чем он сказал:
— Я могу отвлечь тебя и от этого.
— Ли…
Рука легла мне на живот, и его вес и бедро исчезли. Он толкнул меня на спину и склонился надо мной.
— Назови хоть одну вескую причину не делать этого, — потребовал он, глядя мне в глаза.
Его волосы снова были сексуально взъерошены. Лицо одновременно нежным и жестким. Той нежностью, что я наблюдала последние пару дней, когда он смотрел на меня, и жесткое от решимости и желания.