Исповедь Мотылька (СИ)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Пока мои подруги по очереди называют свои имена, я достаю из сумки кошелек. Наглец тут же сжимает мою руку и барским жестом бросает на стол смятую купюру.
— Мы в состоянии сами заплатить. — Я все равно пытаюсь расстегнуть кошелек, но парень буквально силой заставляет меня запихнуть его обратно в сумку.
— Это же мелочи. — Он дергает плечом. — Я — Денис.
— Я и с первого раза услышала.
— А я вот с первого раза не расслышал, как зовут тебя.
Мне удается сделать уверенный шаг назад и спокойно посмотреть ему в лицо.
Он действительно очень похож на Олега. Особенно сейчас, когда освещение падает таким образом, что заметны маленькие морщинки в уголках его глаз. Они вполне могли бы быть братьями.
Братья. Денис.
Я напрягаю зрение, и сначала мотаю головой, потому что в подобное просто не верится.
— Денис?!
— Ну наконец-то ты запомнила, — пытается шутить он, но вид у него обескураженный.
— Денис Игнатов, — повторяю вслух еще раз и тычу пальцем ему в грудь.
— Эммм… — мычит он и тоже делает шаг назад. Всматривается в мое лицо, потом — в лица моих подруг. — Мы уже знакомы? Я… приглашал тебя домой?
— Ну, в некоторой степени, мы оба были в гостях друг у друга.
Не могу отказать себе в удовольствии поглазеть на его покрытое паникой лицо.
— Не может быть. — Когда первый шок проходит, он полностью владеет собой и снова нагло улыбается во весь рот. — Я бы точно запомнил такую красотку. И так. Откуда ты меня знаешь?
— Ты отрезал волосы моей кукле и смыл их в унитаз. — Я красноречиво щелкаю пальцами прямо у него перед носом, делая вид, что собираюсь вернуть долг прямо сейчас.
Уверена, такого ответа не было даже в множестве вариантов, которые он на всякий случай придумал.
— А еще разрисовал книжку разными гадостями, — продолжаю наслаждаться его ступором. — И…
— Эвелина? — неуверенно бормочет он.
Я, поддавшись странному настроению, изображаю реверанс — пожалуй, единственное, что отложилось в моей голове после непродолжительной танцевальной карьеры в школьном кружке. Денис тут же сгребает меня в охапку и, прижав к себе, кружит, словно куклу. От этой хватки у меня даже кости трещат, так что жалобным писком уговариваю его вернуть меня на землю. Но его руки все равно остаются на моих плечах.
— Эвелина, блин! Черт! Ты?!
Киваю и мы снова обнимаемся, на этот раз уже по-дружески.
На самом деле, как и все дети, я мало что помню о тех временах, когда еще ходила пешком под стол. Помню Олега, когда он катал меня на плечах и возился со мной, когда я сломала ногу. Помню папу с огромной коробкой, в которой оказался кукольный домик и как мы несколько дней собирали его как конструктор. Помню запах бабушкиной выпечки. И Дениса тоже помню, хотя он делал все, чтобы превратить мою жизнь в ад, потому что ему приходилось проводить выходные не с другими мальчишками, а с маленькой сопливой девчонкой, которая просила поиграть с ней в куклы.
Конечно, теперь его злые попытки испортить мне жизнь вызывают только улыбку.
— Ты стала просто… — Он подбирает слова, но останавливается на коротком «Вау!»
— А ты такой же балбес, — для вида бью его кулаком в плечо и заново знакомлю с подругами: — Ира, Катя, это — Денис Игнатов, когда-то ему досталась тяжкое бремя проводить со мной субботу и воскресенье.
Подруги делают странные лица.
— Игнатов? Ты… сын Олега? — переспрашивает Ира.
— Брат, — говорит он, и я сразу чувствую ноту раздражения в его голосе. — Вы знакомы с Олегом?
— Нуууу… — тянет Ира, и мне уже хочется хорошенько пнуть ее за болтливость. — В некоторой степени. Они с Ви…
— Мы общаемся, — успеваю перебить ее на полуслове.
Вряд ли нашу с Денисом встречу нужно начинать с подробностей нашего с Олегом «общения». Да и что ему сказать? «Олег снимает мне квартиру и дает деньги, но я не его содержанка и даже не любовница»?
— Общаетесь? — переспрашивает Денис. Он выглядит то удивленным, как будто я призналась в чем-то постыдном. Или он умеет читать мысли и услышал все, о чем я подумала секунду назад.
 
Мне становится ужасно неловко.
Неловко за все сразу, потому что до меня внезапно доходит, насколько странно для окружающих могут выглядеть наши с Олегом отношения. Я ведь не смогу каждому в мире человеку объяснить, что между нами ничего нет и что всё добро, которое он для меня сделал и делает — он делает в память о моем отце и их дружбе.
«Только неделю назад ты вешалась на этого мужчину и если бы он был не против, то…».
Я украдкой сжимаю в кулак спрятанную за спину руку. Мой внутренний голос — лучше батальона бабок на лавке около подъезда. Точно так же готов полить грязью при первой же удобной возможности.
— Знаешь, нам уже правд пора. — Мой голос звучит как проигрываемое с удвоенной скоростью звуковое сообщение — так же нелепо и неестественно. — Была рада с тобой повидаться.
Пока мои подруги сглаживают шутками мою резкость, я успеваю выйти на улицу и останавливаюсь неподалеку от входа. Их нет несколько минут. Да что такое? Или снова Ира нашла причину построить кому-то глазки назло «бывшему», с которым через пару дней помирится?
На улице еще не темно, но сегодня довольно прохладно и я вспоминаю, что забыла на спинке стула свою кофту. Достаю телефон, чтобы набрать Катю и попросить ее забрать, но голос Дениса рядом от неожиданности заставляет подпрыгнуть на месте. Как он так бесшумно подошел?! Роняю взгляд на его обувь, почему-то уверенная, что у него там какие-то особенные ультра-спортивные кроссовки, но натыкаюсь на обычные кеды, правда, от известного на весь мир бренда. Но даже у меня есть такие, и даже в более приличном виде.
— Так что между вами с Олегом? — без вступления, снова спрашивает Денис.
На этот раз я уверена, что раздражение в его голосе — реальное, а не плод моего воображения.
— Мы просто друзья.
— Двадцатилетняя девочка и сорокалетний мужик — просто друзья? Ходите вместе в кино и едите мороженное? А в перерывах обсуждаете мальчиков и списываете друг у друга домашку?
— Ты нарочно утрируешь?
— Нет, просто озвучиваю то, как на самом деле звучит твоя нелепая отговорка.
Странная смена его настроения застает меня врасплох, поэтому на первые его вопросы я отвечаю на рефлексах, прежде чем успевают сработать внутренние тормоза, и мой рот закрывается на замок. Денис подается вперед, зачем-то разглядывая мое лицо с видом следователя, решившего во что бы то ни стало вывести преступника на чистую воду. Хорошо, что на этот раз мне хватает выдержки на спокойный взгляд в ответ.
— Ты не в его вкусе, — заключает он.
Ну да, иначе неделю назад Олег не сбежал бы от моих признаний, как черт от ладана.
Я думала, время немного сгладит разочарование от сделанных глупостей, но чем дальше — тем сильнее ощущается их горький привкус. Тем более теперь, когда Денис сдабривает их собственным неприкрытым презрением. Совсем недавно он глаз с меня не сводил и даже собирался подкатывать, а теперь выглядит так, будто ему противно дышать со мной одним воздухом.
Он молча следит за тем, как я снова достаю кошелек.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Извини, но я не трахаюсь за деньги, — сально лыбится он, разглядывая пару купюр, которые я протягиваю ему с вежливой улыбкой. — Но если очень попросишь — могу отыметь тебя совершенно бесплатно. Через пару недель. В рамках благотворительной программы «Реабилитация содержанок после богатых импотентов».
Он произносит всего пару фраз, но я уже знаю, что как только вернусь домой — пойду в душ и потрачу полбутылки геля для душа, чтобы отмыться от этих помоев. И дело даже не в том, что он говорит — дело в том, как. Эти интонацию можно запатентовать и использовать как гниль, которая имеет свойство мгновенно распространятся и загрязнять окружающую среду.