Да здравствует король! (СИ)
В городах средних размеров, коих в королевстве насчитывалось больше полусотни, располагались разные мануфактуры. Обувные, гончарные, стеклодувные цеха, предприятия по производству тканей и прочее. В Эльфланде имелось даже несколько шахт, в которых добывался металл (в том числе серебро), но на них работали гномы. Эльфы там занимались только административной работой, считая ниже своего достоинства лезть под землю. Они же не дроу какие-нибудь! Им проще нанять коротышек, которые за процент от добычи сделают всю грязную работу и еще спасибо ушастикам скажут.
Вот таким был дивный новый мир, в который мне посчастливилось угодить. Разумеется, одним материком обитаемые земли не исчерпывались. В изученных мною исторических хрониках встречалось упоминание о еще четырех — Ледяном, Скалистом, Песчаном и Лесном (опять же, изыски перевода), на которых в древности тоже жили разумные расы. Но связи с этими землями оборвались еще в эпоху войны с орками, когда перестали работать магические порталы.
Что стало причиной сбоя в отлаженной системе мгновенного перемещения — неизвестно. Эримиэль грешил на какой-то природный катаклизм, сместивший планетарную ось, и я был склонен ему верить. Но факт остается фактом — в один прекрасный день сеть дальних порталов, построенных основателями магической Академии, накрылась без шанса на восстановления. Кое-как оправившись после затяжной войны, эльфы попытались воспроизвести творение великих магов прошлого, но без особого успеха. На сегодня в королевстве действуют всего восемь портальных «станций», услуги которых доступны лишь очень обеспеченным эльфам, поскольку силы стационарным артефактам перемещения требовалось очень много.
Ах, да. Людей в данном мире нет, и не было. Во всяком случае, в эльфийских книгах о них ни малейшего намека. И это при том, что войн на истребление в древности не случалось… Хотя нет, вру! Вампиров точно извели под корень, и с драконами пару тысяч лет назад произошла какая-то мутная история — я еще не успел дочитать. Но факт отсутствия «человеков» неоспорим. И лично мне он казался очень странным, ведь стандарты земного фентези гласят, что люди должны присутствовать в любом магическом мире. Они могут быть менее сильными, менее искусными в ремеслах или магии, однако, как правило, берут своим количеством и поистине крысиной приспосабливаемостью. Как и умением изгадить и поломать вокруг себя всё, что только можно. Мерзкие, в общем, твари…
Так, это что за мысли? Я ведь сам только недавно принадлежал к их числу. Неужели эльфийская натура пытается взять верх? Любопытно! Я как-то читал истории о людях, получивших донорские органы, у которых после пересадки менялись вкусы или появлялись новые привычки. Например, человек мог полюбить чеснок, который всю жизнь терпеть не мог, или внезапно почувствовать непреодолимое желание сыграть что-нибудь на рояле, хотя ранее к музыке никакого отношения не имел. Мне же достался не отдельный орган, а целый организм, который чем дальше, тем больше вносил корректив в мое поведение. Это настораживало.
— О да-а! — довольно простонал я, окончательно разомлев в горячей водичке.
Ободренная служанка с удвоенным рвением продолжила массировать мне плечи, отправляя мое сознание в нирвану. Не знаю, что там будет дальше с моим характером, но, если такова плата за новую жизнь, я не против.
— Ваше величество? — донесся до меня голос Эримиэля.
Вот же, ранняя пташка! И чего ему не спалось? Ах, да, у нас же по плану очередная магическая тренировка. Придется заканчивать с водными процедурами.
— Я здесь, Профессор! — отозвался я, смиряясь с мыслью, что нирвана временно отменяется.
Дав знак служанке, чтобы принесла полотенце, я выбрался из ванны и с помощью девушки принялся вытираться. Надо сказать, Профессором я величал своего советника практически с первого дня новой жизни. Просто своей манерой чтения лекций Эримиэль напоминал моего институтского преподавателя, заслуженного профессора философии, и кандидата наук. И когда после очередного объяснения лекарь поинтересовался: «Все понятно?», я машинально брякнул: «Да, профессор!». Слово, сказанное на русском, очень заинтересовало эльфа. Когда же я объяснил его значение, Эримиэль дал мне понять, что будет не против, если я стану его так называть. С той поры и повелось.
— Доброе утро, Профессор! — поприветствовал я наставника, вернувшись в спальню. — Вы уже успели позавтракать?
— Доброе, ваше величество! — приветливо улыбнулся эльф. — Нет, еще не успел.
— Значит, составите мне компанию.
Вернув улыбку советнику, я передал себя в руки стилиста. Бормоча что-то об именинах Ластивэля Василькового и фиолетовых оттенках, которые сегодня обязательно должны быть представлены в шмотках Моего Величества, знаток обрядил меня в костюм из драгоценного вернийского шёлка, сиреневый, весь в серебряной вышивке и мелких сапфирах. Модником я никогда не являлся и страсти к красивой одежде не приобрел, даже угодив в другой мир. Однако, оценив в зеркале итог, я остался доволен. Как говорила моя знакомая торговка на вещевом рынке, выговаривая букву "г" с украинским акцентом, дорого — богато!
Вместе с Эримиэлем мы отправились в Малый Зал, где слуги уже должны были накрыть на стол. Я терпеть не мог все эти помпезные трапезы, в окружении толпы придворных и прочих лизоблюдов, поэтому предпочитал принимать пищу в Малом Зале наедине с Профессором. С ним у меня установились нормальные дружеские отношения — Эримиэль давно уже не вскакивает при моем появлении и даже называет меня по имени. Разумеется, когда посторонних рядом нет — субординацию еще никто не отменял. И пусть номинально Проф — второе лицо в государстве, эльфийские традиции суровы.
Я прекрасно понимал, что, если начну играть в демократию, меня просто не поймут. Или того хуже — сразу на шею сядут и ножки свесят. Поэтому позволял вольности только первому советнику, а вот остальных старался держать в чёрном теле. Как говорится, тираны и деспоты живут и здравствуют куда дольше, чем демократы-либералы. И за примерами далеко ходить не надо. Меня до сих пор передергивает, когда я вспоминаю заплывшую от постоянного пьянства рожу нашего бывшего президента. Слава всем богам, в этом мире до такой мерзости, как демократия, еще не додумались.
На завтрак нам был предложен супчик из пророщенной пшенички, чечевичная каша со сладкой морковкой и салат. И если первое со вторым я еще осилил, то салат в меня определенно не лез. Но не потому, что был невкусным, а потому, что достало! Сколько можно жрать это сено? На завтрак — салат из одуванчиков, на обед — салат из капусты с петрушкой, даже ужин без этого традиционного блюда не обходится. И гарниры ему под стать, всякие диетические кашки. А моя душа требовала мяса! Причем с каждым днем все отчетливее.
Брезгливо ковыряя в тарелке двузубой вилкой, я поглядывал на Профессора, сидевшего напротив. Вот он никаких затруднений не испытывал, с аппетитом подцепляя из тарелки мерзкую траву. И поделать я с этим ничего не мог. Эльфы — долбанные веганы, не способные понять, что настоящий мужик должен есть мясо! Для них это — табу. Так что даже приказать втихую зажарить мне свежий кусок говядины — не вариант. Если кто-нибудь случайно узнает, что король предпочитает есть мертвечину, на троне я не продержусь и дня, обычаи здесь имеют силу закона.
Вегетарианское меню стало одним из главных минусов моей новой жизни. За истекший месяц у меня сменилось три шеф-повара. Видя, что от их стряпни я мрачнею всё больше и больше, мастера просто уходили из дворца, уверенные в том, что их король — жуткий привереда. Последний, по заверениям Эримиэля, настоящий кулинарный гений, продержался чуть больше недели. Однако, видя, что его изыски не оказывают на меня должного действия, маэстро эльфийской кулинарии побросал свои ножи с кастрюльками и ушел, заявив, что не собирается оставаться во дворце, где его гений не ценят. Теперь дворцовой кухней заведует штатный повар, и я, хоть убей, не вижу разницы, чем его стряпня хуже, чем у выписанного за большие деньги «гения». Трава, она хоть в Африке, хоть в эльфийском королевстве — трава.