Мануал для Попаданки: Как выжить в ВМА (СИ)

— Зачем тогда спрашиваешь, кому я врала по поводу семьи? И вообще, откуда ты это все знаешь?
— Там был мой отец. — я застыла, а надобно было головой о стенку постучаться: я же знала, кем является его папаня, почему же не подумала, что он будет там?! Дерек продолжил: — Вот тут мы добрались до самого интересного: почему ректор сказал неправду? Не хочешь ничего мне рассказать?
— Твой отец входит в Совет? — глупый вопрос и глуавя попытка сменить тему, я в курсе. И Майн тоже, вон как снисходительно на меня смотрит. Но откровенного разговора с ним я точно не переживу, тем более с его артефактом. — Тогда ничего. Мне нечего тебе сказать.
В мусорный мешок положены последние веточки, дверь в теплицу открывается и я спешу на выход.
Но Майн быстрей меня и убежать не получается — я оказываюсь перехвачена за талию одной рукой, а второй у меня прямо перед носом закрывают спасительную дверь. Черт!
— Спешишь куда-то? — язвительно спрашивает, попутно перекидывая меня через плечо и делая из меня страуса: морда вниз, хвост вверх. Хорошо, что я в брючках, радует предусмотрительность. Сделав несколько шагов, он ссадил меня на самый дальний от спасительной двери стол, и поставил свои лапищи с обеих сторон моего маленького тельца. Чтоб не смылась. Гад! — Значит так, мышка, ситуация у нас следующая: вокруг твоей мелкой персоны создали такую тайну и интригу, что любому дураку это покажется слишком подозрительным. — оскал на его морде как бы подтверждает, что считать его «дураком» не стоит. — Ты появляешься в Академии уже после начала учебы, и вместо того, чтобы провести все тесты, проэкзаменовать и отправить в школу, как того требуют правила, тебя сразу же зачисляют к целителям. Это первое. Ты не можешь управлять собственной магией, но потенциал велик, это уже проверили. — у меня округлились глаза: а почему я об этом не знаю? — А еще у тебя есть воздушная магия, которая «якобы» давно исчезла. Это второе. И третье, просто вишенка на тортике, — дополнительные уроки. За всю историю ВМА, ни одному первокурснику не получалось выбить «допы» в первой четверти. Почему тебе идут на такие уступки? Что в тебе такого, мышка? Только не нужно врать, что это поблажки сиротке из многодетной, нищей семьи!
— Я не знаю… — лепечу, потому что Дерек сейчас нависает надо мной подобно скале.
— Ложь! — рыкнул он, а я от страха едва не подскочила. — Тата, не пытайся мне врать, лучше скажи честно, что происходит. — это впервые он назвал меня по имени. Лучше бы и дальше грызуном величал, а то в дерековской интерпретации «Тата» прозвучало как ругательство. — Ну? Я жду.
Придется сказать правду, потому что, с папашей в Совете, разделаться со мной — раз плюнуть. Тля…
— Соврал ректор. Я на самом деле сирота. — … в этом мире, ага. — Ему пришлось сказать о многодетной семье, чтобы объяснить желание помочь Ати. Он мой приемный сын. И он… он криат.
— Чт… Что? — Майн отступил от меня на несколько шагов.
— Я всю жизнь прожила в месте, где о магии думают как о выдумке, это ты знаешь. Однажды я пошла в лес и потерялась, там я и встретила криата… Ну, этот термин я узнала позже от ректора, а пока называла его просто «чудище». После предложила выбрать имя доброму в душе монстрику. — детали, нужно больше деталей! — Он тоже остался один во всем мире, маги убили его родителей. Атико согласился отвести меня к людям, но нас перехватили маги и хотели его убить, я заступилась. Тогда же впервые увидела фиолетовую дымку на руках одного из них. Нас доставили сюда. Реннану захотелось изучить столь молодого и неопытного криата, но без меня он не может ничего делать — скорей всего сработала привязка между нами, и чтобы Ати смог выполнять их трюки — развиваться должна и я. Все. Вот почему меня допустили к учебе и почему занимаются дополнительно.
На самом деле я не была уверена, что последнее — правда, но звучало правдоподобно. В ожидании уставилась на парня, но на лице его была только глубокая задумчивость, он потер подбородок, переключился на свои патлы, взъерошив их на затылке. Кто-то посчитает это жалкое подражание великому Мыслителю соблазнительным, но у меня в голове билась птицей одна мысль: поверил или нет? А если нет? Что еще такого безобидного придется ему «скормить», чтобы он поверил?
 
— Ладно, можешь идти. — через минуту выдал он. — Но не думай, что я так просто оставлю это. К тому же, я тоже хочу увидеть криата в живую.
— Не смей. — прошипела я и подалась вперед. — Прекрати лезть в мою жизнь, оставь мне хоть что-то, что не будет отравлено твоим присутствием.
— Мышка, иди пока я добр. Не то могу и передумать. — я со скепсисом на него посмотрела, и засланец великодушно напомнил: — Мануалы.
Рыкнула, мысленно пожелав ему провалиться к ад к своим предкам (Дерек-то у нас — демоном оказался), с гордо поднятой головой ушла из теплиц… на каждом шагу напоминая себе, что я не имею права отчаиваться.
Стратегия и тактика. Тактика и стратегия.
Так что я с радостью покинула «приятное» общество и поспешила в деревню, где мы с Крисом договорились встретиться. Так что, да, лечу! На крыльях счастья и любви…
Стоп! Любви?! Я в этом уверена?
Прикинула и так и эдак… получается, что да. Крис мне нравится, очень нравится, и он об этом знает… и мне дал понять, что чувство — взаимное, хоть громких слов не прозвучало. Я о любви тоже не говорила. Во-первых, я девочка, а во-вторых, уже раз обожглась, признавшись, что парень виделся мне сквозь розовые очки. Впрочем, этот эпизод с последующим высмеиванием меня друзьями этого… хм… нехорошего человека, стал последней каплей моего терпения и желания продолжать жить мечтой моих родителей. С того памятного момента я зареклась открываться. Особенно, когда дело касается моих чувств. Душа моя хрупкая и ранимая, а характер и память очень плохие, так что… Выводы делайте сами.
Воспоминания об эпизодах прошлого студенчества отпустили меня уже когда я уже шла через лесополосу. Ничего не предвещало беды, как-то всегда и бывает, когда беда стоит за поворотом и ее не видно. В этот раз она стояла за деревом и с оскалом на морде поджидала припозднившегося одинокого путника в моем лице. На самом деле их было четверо подлых рыл, и напали они тоже подло — кинув мне в спину заклинание блокировки. Его я узнала по характерному покалыванию в суставах, которые в один счет перестали слушаться импульсов, призывающих продолжить движение, дабы не прорыть утрамбованную землю носом. Двое из них накинули на меня какой-то вонючий пыльный мешок, остальные выходили наперерез из кустов впереди.
Ни пошевелиться, ни отбиться. Магию мутто — заклятия без вербального сопровождения — я использовать не умела, поскольку преподы твердили, что каждый должен сам, когда созреет, научиться. Всего-то и нужно — в уме правильно выговорить заклинание и сопровождать нужными пасами. Ах! Как бы мне она пригодилась сейчас! Есть ведь и такие заклинания, что не требуют дополнительных движений, достаточно только смотреть на предмет. Но я даже банально закричать «спасииитяя-памагииитяя!» не могу. Остается только ждать.
Страшно не было, скорее любопытно., чем это закончится, кто за этим стоит и, главное, с какого овоща напали именно на меня! В собственноручно придуманную сказку о позднем путнике я верила целых две сотых секунды, потому что народ здесь все время шарится в ночь с пятницы на понедельник: кто в деревню, кто назад, в компании, по одиночке, ползком, вприпрыжку, напевая местные частушки… Так что происходящее мне напоминало больше глупую и не оригинальную шутку. «Напоминало», потому что юмором тут и не пахло — студенты не решились бы использовать магию, за это вылетаешь с ВМА на раз!. А эти не побоялись… Что же им от меня нужно?
 
А потом воспоминание, словно хлыстом по спине: «Мое свидание!» Черт! Как долго меня будет ждать Крис, пока поймет, что я не приду? Как отреагирует? Именно последние два вопроса беспокоили меня больше всего. Ну не дура ли?!
Со временем удивленное любопытство из головы начала вытеснять паника. Она противно пищала ультразвуком и капала на мозг, описывая страшные сцены моей скорой кончины. Ни один здравомыслящий человек не смог бы выдержать подобное. Но я, к счастью, здравомыслием была не обременена и, вместо вникания в слезы-сопли своих тараканов, пыталась хоть на слух определить куда меня несут, при чем совсем не бережно — пару раз едва не уронили, а правая нога то и дело цеплялась за стволы деревьев и кустов, оставляя альтернативу дорожке из «хлебных крошек». Впрочем, мне это только на руку… или на ногу? Судите сами, главное что? Правильно — не унывать!..и это у меня получалось первые несколько минут, а потом все просто покатилось к чертям в ад. Для начала меня таки уронили. То есть, уронили не полностью, всего лишь верхнюю часть моего туловища! И полетела моя голова с метровой высоты прямо на прошлогоднюю листву, слой которой был несколько мизерным, потому что удар я прочувствовала сначала макушкой, потом шейными позвонками (они чуток захрустели, но это же нормально?), вслед досталось моим плечам. Только после этого я услышала приглушенную ругань троих и неловкие извинения провинившегося. Отпустили и мои ноги, от чего они с глухим звуком упали на землю, а спина быстро прочувствовала, что уже не лето и земля успела остыть. Привет воспаление почек! Про другие последствия и думать не хочу, но если выживу… Выживу!