Мануал для Попаданки: Как выжить в ВМА (СИ)

Пока он их терроризировал, я пыталась разобраться со своими чувствами. Получалось плохо. В основном из-за того, что теорию, по которой он прогонял будущих уважаемых магов, я знала довольно хорошо несмотря на басни самого Хилла о моей неуспеваемости. Да что там! Я даже немного сдерживала себя, чтобы не начать подсказывать этим двум оболтусам! Но, когда дело дошло до практики…
Черт! Я не ожидала, что будет настолько больно осознать собственную никчемность!
Я больше не маг… И все пасы руками, сложные фигуры из пальцев и манипуляции с магпотоками в одночасье превратились для меня в обычную жестикуляцию, пустое мельтешение… Я больше не вижу магию, я больше не могу ей управлять… Все, что я могу — знать, что для сканирующего заклинания демон слишком прижал к ладони большой палец, а человек слишком сильно оттопырил мизинец…
Черт-черт-черт! Как же все-таки больно!
Едва зачет подошел к концу и студенты получили по обрадовавшему их сверх меры «удовлетворительно», я подошла к профу и, пытаясь скрыть горечь под полуприкрытыми ресницами, попросила отправить в резервацию. Но Тайлер, завидев мое состояние, наоборот, предложил присесть. Что же, разговор с ним рано или поздно должен был случиться, и я покорно заняла первую парту. Он, как и в тот далекий день, присаживается на столешницу и буравит мою макушку.
— Тата… — делает паузу, от которой мне становится еще больше не по себе. — Я знаю, что тебе тяжело смириться с тем, что…
— Это все неважно. — вскидываю голову я, пытаясь уловить ускользающую мысль, — Моя аура теперь видна вам без фильтров?
Маг хмурится, брови сходятся в извечном бою, губы поджаты… Любовалась бы, но, доживая последние дни в Академии, мне стоит сосредоточиться на совсем другом.
— Да… и нет. — он резко встает и приглаживая и так идеальные волосы. — Ничего не понимаю!
— Я тоже… — вторю ему я, и опускаю неуверенный взгляд. — Сможете меня перебросить к Атико?
В качестве ответа возле кафедры открывается белый треугольник портала и сам проф первым ступает в его недры, лишь удостоверившись, что я от него не отстаю ни на шаг.
Не успев даже поздороваться с Ати, мы втроем оказываемся под искажающим куполом. Нет, я его не вижу, но вопросительный взгляд криата, и краткое объяснение Хилла, что за ним следует, дали мне ответ на невысказанные вопросы. И лишь когда Атико остался обласкан и обцелован, а мои щеки и подбородок облизаны его шершавым языком, проф заговорил:
— Этого не должно быть! — его голос пыл полон удивления, но присутствовали так же отголоски страха и восторга. — Не понимаю…
— Проф Хилл…
— Тайлер. Меня зовут Тайлер.
— Да? — наигранно удивилась я, — А пару дней назад вы совсем другое пели.
— Целительское крыло больше не под моим наблюдением, а под юрисдикцией Георга, поэтому мой ответ был таким, каким ты его услышала. И я не имел права устанавливать хоть какой-либо блок в твоей палате, потому что не знал, как ты… твое выздоровление на это отреагирует.
— Вы хотели сказать, как отсутствие моей магии может повлиять на этот блок? — с сарказмом уточнила я, а глаза сами по себе наполнились влагой. Но даже тогда я предпочла не отворачиваться, скрывая слабость, а смотрела прямо в лицо самого молодого и едва не самого сильного интригана из Совета.
— Да. Именно это я и хотел сказать. — серьезно ответил он, чтобы добавить еще более серьезно: — Давай отбросим пиететы, послушаем совета Лидии и прекратим на несколько минут хранить твое душевное равновесие. Я не представляю, что значит оказаться без магии. Я просто не могу себе это представить. — в ответ на это он получает мою безрадостную усмешку. — Но я вижу горечь, бессилие и страх в твоих глазах. Я знаю, что ты готова сдаться, но прошу тебя пока этого не делать.
— Я и не собиралась… — полушепот-полу вздох, но Тайлер все же догадался, как много сил мне понадобилось, чтобы вкрай не разреветься, и его лицо смягчается:
— Это радует. Знаешь, еще полчаса назад у меня не было сомнений, что твое дальнейшее твое проживание и учеба в Академии будут, мягко говоря, не целесообразными…
 
— Но… магию ведь выкачали из меня… — проф, как истинный преподаватель, вместо пантомимы «рука-лицо», только прикрывает глаза, в которых плещется нетерпение и возбуждение от недавних открытий. Я зачем-то уточнила: — Ректор сказал, что тесты дали отрицательные показатели.
— А он не сказал, на какую стихию делали тесты? — хмыкнул и тут же сам ответил на свой вопрос:- На огонь. В ведомости написано, что ты слабенький стихийный маг огня. Тебя направили на целительство, не потому, что у тебя к ней предрасположенность, а потому, что с такой мало выраженной стихией больше никуда нельзя было засунуть. — теперь он хмурится. — Но твой потенциал оказался значительно выше, чем указанно. При желании, ты могла бы просить перевод к боевикам.
— Был. Был выше. — все же уточняю, чем делаю больно сама себе.
— Неееет, — тянет он. — Твои блоки еще на местах. Я, как опытный маг целительства, могу гарантировать, что оба блока — на память и на способности — еще на местах. Слишком слабые, чтобы их заметил кто-то, кто не знает, что именно нужно искать. Но они есть. — молча скрещиваю пальцы на руках, и жду продолжения откровений. И куратор не подводит: — Объясняю: без магии блок по ограничению сил исчез бы сразу же. А это значит, что те силы, что были уже открыты и подпитывали твою ауру — вытянули, а те, что до того вечера все еще оставались заблокированы, — остались там, под блоком и ждут, когда придет их время.
— А не вы ли часом спланировали все это похищение с ритуалом, чтобы освободить нас с Ати от Совета?
Я задала вопрос прежде, чем успела его обдумать. И посерела от страха. Если ответ окажется положительным — вряд ли я обрадуюсь. Атико, до этого изображавший чучело, млеющее от почесываний за ушками-рожками, тоже вскинул голову. На его морде было написано, что от ответа профа зависит не только наше к нему отношение, но и его жизнь.
— Хм, твои слова не лишены логики. Не имея магических способностей — тебе нечего делать в Академии и в очень извращенном понимании можно считать, что мое обещание выполнено… Но, даже в таком случае вас не отпустят. Даже если бы ты полностью стала не-магом. Причина? А вот она, на твоих коленках лежит, да зубки скалит. — сказал Тайлер и усмехнулся. — Отбросив эти факты, прими во внимание следующее: если бы те страдания, что тебе довелось пережить, были запланированы мной — Лидия меня бы убила лично. К тому же, как считаешь, если бы все это придумал я, позволил бы, чтобы любимая женщина пострадала в подземелье и осталась без руки, на которое я собирался после завершения бала надеть брачный браслет?
— У вас все настолько серьезно? — спросила я совсем не то что хотела. Хотя, с другой стороны, отойти немного от грустной темы следовало бы.
— Студентка, хотел бы я сказать, что это не вашего ума дело… — недовольно проворчал маг, — Но… Лидия считает, что мы с ней сошлись только потому, что здесь, в ВМА, отсутствуют другие кандидатки на мое сердце. И пусть так дальше и считает! — предупреждающе говорит он, а я улыбнулась, потому что шестым чувством осознала, что куратор со мной честен. — Пусть считает, что из-за ее невозможности надеть помолвочный браслет, она никогда не сможет узнать радости быть невестой. У нас, знаешь ли, с этим действительно строго и при помолвке браслет надевают только на правую руку, по другому никак… А это значит, что быть ей сразу женой! Будем считать, что она уже подумала.
Мечтательность и тихая радость на его лице были мне лучшими доказательствами непричастности профа к моему похищению.
 
— Мне очень жаль, что проф Лидия пострадала. Но верю, что с помощью любящего ее человека она сможет не зацикливаться и прожить долгую и счастливую жизнь.
Понимание, что у меня такого человека нет, и в ближайшем будущем не предвидится, заставило меня ощутить вкус горечи во рту, но и та исчезла в тот же миг, как Атико, почувствовав мое состояние, лизнул руку, вызвав волну нежности и благодарности к самому близкому и самому верному созданию в этом мире.