Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Убедившись, что больше нет желающих добавить пару ориентиров на примитивную карту, я пододвинул спиртовую лампу поближе, зажег пару новых восковых свечей, доставленных кухаркой вместе с кофе и, прихлебывая бодрящую и еще теплую жидкость, вгляделся в каракули.
Дерьмо…
Я ожидал подляны и ничуть не удивился, когда по неумелым зигзагам и размашистым линиям аборигенов понял, что манящие меня руины на берегу Рио Рохо с трех сторон окружены Садами Дьявола. Эти сады тянулись почти на триста километров вдоль реки, медленно расширяясь в сторону ВестПик, но до их встречи еще было очень далеко. Руины находились на самом краю окруживших их Садов.
Сука…
Снова сады!
Друиды, Высшие, Аммнушиты — все эти дерьмоеды обитали в подобных вот Садах, Заповедниках и Благословенных Землях.
Может и к лучшему — я насторожен вдвойне. Слово «Сад» меня пугает куда больше, чем слово «Дьявол».
Руины на краю окруживших их Садов…
Чтобы не пилить через неизвестные территории, куда проще чуть сменить маршрут, вот ту, вдоль кое-как отмеченного песчаного языка, что порос не так густо, продраться к пересохшему в этом время года руслу ручья и по нему добраться до самой Рио Рохо. Там придется искать плавсредство. Меня устроит обычный плот, что способен выдержать вес внедорожника. Рубить толстенные деревья мне в упор не улыбается — уверен, что любая даже небольшая вырубка привлечет внимание не дронов, так дивинусов или наоборот. А они в свою очередь оповестят систему, что обрадованно направит по наши жопы все имеющиеся у нее поблизости ресурсы. Мне понадобятся пустые пластиковые бочки, мотки крепкой веревки, пяток сухих бревен, кое-что можно без лишнего шума отыскать и в джунглях. Опустошенный прицеп поможет все перевезти, хотя сам по себе добавит трудностей.
Что еще?
Наблюдение чужой системы… этого не избежать.
Нас в любом случае обнаружат почти мгновенно. И начнут «передавать» по цепочке от одного наблюдателя к другому. Система будет в курсе моих передвижений. Невозможно что-то скрыть от того, кто владеет джунглями, в которых ты живешь. Конечно, тут есть «сумрачные пятна, но где они находятся я не знал, к тому, постоянных сумрачных зон тут точно нет — дроны тут летают часто, а в сумраке джунглей бродят дивинусы.
Чего мне точно не хотелось — напороться на действующую полусферу наблюдения смиксованную с крупнокалиберной оружейной точкой. Но благодаря рассказам туземцев я знал, что таковых тут немного и находятся они в стороне от выбранного мной маршрута.
Пробиваться сквозь даже не слишком плотные джунгли та еще морока. Значит, мне потребуются не только проводники, но и пара крепких гоблинов, способных долго махать мачете и оттаскивать бревна. Кое-где мы с Каппой поможем экзами, но мобильную броню надо использовать как можно реже.
Встряхнув гудящей головой, я понял, что отгонять сон уже не получается. Измотанный организм яростно требовал бессознанки — и получил ее. Завалившись на бок там же где сидел, я прикрыл веки и заснул, успев еще приказать себе проснуться через два часа.
Нам еще устанавливать камеры наблюдения вокруг почти откопанного и очищенного барака. Запирать двери, договариваться с Управляющей, что она присмотрит за нашим барахлом и отдельной территорией. Местным гоблинам, что так нас опасались, я не доверял. Трусливые крысы самые жадные… А Управляющая присмотрит. И заодно отгонит не только жадные, но и просто любопытные носы кладбищенских.
Мокса Куидди слишком долго не подает о себе знать. И вряд ли ее пассивность можно отнести только к вежливому ожиданию, когда я сам начну диалог. Она не из тех, кто покорно подмахивает.
Ладно… Рано или поздно она себя проявит и по ее первому действию многое станет ясно.
Поймав себя на легкой раздраженности — я трачу слишком много времени на размышления о смотрительнице кладбища — задумался, не пора ли обрубить голову могильной гадюке? Шлепнуть дырявую, прикончить ее верных псов. На все уйдет минут десять. А потом лечь и спокойно заснуть под звуки истошных причитаний кладбищенских обитателей.
Подожду… подожду еще совсем немного. Я сейчас в таком состоянии, что даже бездействие и нейтральность вызывают злость.
В моей голове взорвалась яростная вспышка, окрасившая внутренности черепа багровым закатом, что колючей губкой стер все мысли и погрузил меня в темноту…
Мокса Дырявая появилась в самый последний момент — мы уже перевалили пролом в стене и медленно двигались по очищенной от растительности полосе, постепенно набирая скорость. Не считай проводников, с нами отправилось десять крепких гоблинов, что соблазнились возможностью подзаработать — каждому был сразу же выдан гладкоствол, пятнадцать патронов с картечью, наточенный тесак и по две банки консервов. Эта щедрая акция истощила моим запасы «подарков», но я не переживал — я всегда найду себе еще. Не найду — отберу. Мы встали на курс и тут Моксу спустили со стены на веревках — она буквально сбежала по вертикальной плоскости, привязанная за пояс двумя концами.
— Буэно суэрте, коменданте. Мы с беспокойством будем ждать твоего возвращения. И с надеждой — улыбнулась хранительница кладбища — Бон виахе!
Очнувшись от дремы, что снова свалила меня, я, лежа на своем экзе, медленно и задумчиво кивнул, не сказав ни слова. Она, еще раз улыбнувшись, подпрыгнула и ее утащило вверх, вернув на территорию ВестПик.
— Пауки — с зевком пробормотал я, снова откидывая голову на пахнущую пылью и травами старую куртку, что служила мне подушка — В каждой бабе живет паучиха. Старая хитрая паучиха с чуйкой…
— Командир? — чуть удивленно глянул на меня Каппа.
— Она почуяла — пояснил я и прикрыл глаза.
— Почуяла что?
— Не приди она до нашего отбытия — я бы грохнул ее. Для спокойствия… Она этого знать не могла. Я не говорил, не показывал. Но она почуяла. И пришла. Дала понять, что приняла нас чужаков и ждет нашего возвращения… Паучиха.
— Разве каждая баба такая?
После короткой паузы я покачал головой:
— Не… такими, наверное, только настоящие бабы бывают, Каппа. И именно таких баб судьба жестоко дырявит из всех стволов.
— Может поэтому у них такая чуйка? Страх открывает глаза…
— Не будите меня пару часов.
— Принято, лид. Я обеспечу ударный темп…
Глава 7
Он, бродя по чужому рабочему кабинету как по своему собственному, походил на хищную кошку, что металась по дорогим коврам, загибая их углы тяжелыми рабочими ботинками, что никак не вязалась с элегантным, но уже вышедшем из моды кремовым деловым костюмом:
— Все миллиарды можно было бы с легкостью разместить на одном из материков! Да… пусть без особого комфорта, но это освободило бы планету от человеческого ига! Добровольный уход в резервацию — осознанный выбор истинно разумных и трепетно относящихся к своей колыбели людей! В резервацию бессрочную! Да! Резервация продлится до тех пор, пока планета не исцелит свои глубокие раны полностью! Пока не восстановится все многообразие жизни! А там, где действиями жадных и слепых людей произошло полное истребление одного из ярусов пищевой цепочки, должна помочь наука — мы должны будем интегрировать туда новый подходящий вид, что займет нишу предшественника и начнет пожирать низших, давая при этом пожрать себя высшим.
— Вы осознаете, что говорите? — спросил не скрывающий изумления седовласый старик, чье тело было слишком мало для придвинутого к старинному рабочему столу кресла с высокой спинкой. За его спиной вздымалась стеклянная стена с водопадом — центральная его часть была выключена и за прозрачным стеклом было видны плывущие черные тучи. Летающий остров снизился, опустив своего высокородного владельца ближе к грешной земле — специально для этого разговора.
На меня, сидящего на обычном стуле у стены, упирающегося затылком в золоченную раму темной от прошедших веков картину, внимания никто не обращал. Я был не против.
— Я?! Осознаю ли я?! — остановившись, переспросил мужчина в светлом костюме — Я?!