Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Да… и вот это все система приказала разобрать и разбить вручную? С помощью кирок и ломов? Вашу ж мать… Тут ведь использовался не обычный железобетон…
Двухсотметровые и стометровые остовы бывшей гордости катящейся в жопу цивилизации возвышались над низиной угрюмыми скелетами. Памятники самим себе. Кое-где вздымались дымы – не тревожные, а, скорее, говорящие, что там готовят пищу. Как я уже узнал от Хорхе, горе тому, кто раздует по мнению системы беспричинно большой костер – накажут дебила. Разводи, не проблема, используй бережно сухие щепки, готовь пищу, подогревая чай, но так, чтобы пламя было умеренным.
Под остовами дома. Часть прочных каменных построек с плоскими крышами выглядят очень капитальной, сложенной из тяжелых плит, дополнительно укрепленной диким камнем. Им же – камнем – частично заложены все окна. Благодаря укрупненной картинке я отчетливо видел и решетки, что закрывали узкие бойницы. Эти здания были окружены кольцом куда менее солидных жилых зданий из более простых материалов – бревна, дикий камень, глина. Многие постройки стояли на высоких бревенчатых сваях – настолько высоких, будто здесь боялись наводнений. Опять дивинусы…
– Уверены, сеньор Оди?
– Мимо. – буркнул я, указывая стальной рукой направление движение. – Не попадись в зону, где нас видит система. Объезжай.
– Да, сеньор. – и опять Хорхе показал свое умение обучаться, сначала направив машину в нужную сторону, поддав газу и только затем осторожно поинтересовавшись: – Вы точно уверены?
– Лид уверен. – за меня холодно произнес Каппа, выбравшийся из экзоскелета и обрабатывающий его влажной тряпкой и местным мутным самогоном со всех сторон.
– Да, помощник сеньора. – только очень хорошо прислушавшись, можно было уловить в голосе бывшего смотрителя тончайшее пренебрежение.
Каппа уловил, тут же наградив водителя подзатыльником и добавив:
– Могу убить.
– Я просто веду машину. – вздохнул Хорхе и покосился на меня. – Как и приказал сеньор Оди.
– Час езды? – уточнил я, прикинув нашу скорость и вспомнив, что до нужного места примерно пятнадцать километров.
Сейчас мы двигались быстрее – шли по ровной глинистой сухой почве, поднимая небольшой шлейф бурой пыли, но нам еще преодолевать те самые языки растительности, что явно мешают здешнему движению, но никто не осмеливается прорубить себе сквозь них путь.
– Да, сеньор. Может, и быстрее. А может, и медленней. – тяжело вздохнул Хорхе, сворачивая и заезжая за длинный невысоки холм. – Ну вот… сейчас Мать нас не видит даже издалека и мельком. Мы…
– В сумраке. – широко-широко улыбнулся я, «вскрываясь» и выбираясь из экзоскелета. – Да… тебе тоже нравится этот вкус, Хорхе?
– Вкус страха?
– Вкус безнаказанности. – поправил я, поднимая со дна салона одну из взятых в прицепе винтовок.
Огладив рукой приклад, я покачал головой, в какой уж раз разглядывая раритет. Новодел, само собой, и я даже не удивляюсь почему столь несовременное оружие решили возродить.
– Гаранд. – заметил Хорхе. – Хорошая винтовка.
– Тебе лучше знать. – ответил я.
– Ну что вы, сеньор. Я так… чужие слова повторил.
– Она звенит, когда патронная пачка выскакивает. – презрительно скривил губы Каппа. – Сигнал для врага – атакуй и убей! Плохо…
– Вот как. – удивленно моргнул Хорхе. – Да, я слышал на стрельбах такой звон. Не задумывался… А… сеньор Оди… лид… зачем винтовка? Ведь экзоскелет куда лучше…
– Надо проверить себя. – машинально ответил я, высыпая горсть патронов в старую поясную сумку, тоже взятую из прицепа и избавленную от всякого хлама вроде потускневших хрустальных статуэток, кулонов, дешевых цепочек и прочего мусора. – Проверить руку и глаз… ну? И где они?
– Это всего лишь страшилка. – напомнил бывший советник.
– Сумрак манит любого. – покачал головой мечник, тоже берясь за винтовку. – Безнаказанность… жажда наживы…
– А у нас внедорожник с тяжело нагруженным прицепом. – усмехнулся я. – Лакомая добыча. Держи ту же скорость. Ты знаешь, куда мы двигаемся. А вылезет кто по пути или нет – дело второе.
– Да, лид. Но вы помните, да, что первая пуля всегда водителю? Не хотелось бы… – напоровшись на мой взгляд, Хорхе тяжело сглотнул, уставился на дорогу, чуть съехал вниз и затих.
Недовольно стуча и скрипя, машина начала скатываться по склону, отмеченному следами от бурных потоков воды. Дожди тут бывают очень неслабые…
Выскочившая из кустов крупная бурая свинья яростно ощерила желтые зубы и с визгом рванула к нам, странно подворачивая ноги, закручиваясь, на ходу подправляя направление и упорно нацеливаясь на переднюю покрышку. Густая серая пена и рвущие шкуру спазмы говорили, что с животным все очень не так.
– Дивинус! Пекари! – сипло выдавил Хорхе. Машина чуть дернулась, но тут же снова набрала скорость, продолжая спускаться. – Святой зверь…
– Святой зверь. – пробормотал я, упирая приклад в плечо. – Ага…
Выстрел угодил в переносицу, проломив перемычку между крохотными глазками. Второй выстрел перебил левое колено. Третий вошел в грудь. Свинья продолжала бежать на внедорожник.
– Я хренею с этого мира. – признался я, стреляя в четвертый раз по хромающему зверю, снова вбивая пулю в чересчур большой и клыкастый череп.
Невероятно, но я испытал легкое облегчение, поняв, что пули все же уходят в податливую плоть, а не отлетают с визгом рикошета, как это было с пантерами. Значит, есть все же разница между обычными «святыми зверями» и теми, кто заточен на боевые действия.
– Минус подкожная броня. – пробормотал я, утапливая спуск в пятый раз. – Минус продвинутые мозги. Нет такой скорости и ловкости…
Упавшая пекари забилась в пыли, крутясь и колотясь о землю, в бессильной попытке подняться. С уже тремя пулями в башке это однозначно нелегко.
– Пробегись. – буркнул я узкоглазому бездельнику.
Прихватив отточенное им же мачете, Каппа открыл дверь и выскочил на ходу. Сумел удержаться на ногах, хотя его и повело позорно к земле. Добежав до агонизирующего зверя, двумя ударами отрубил ему голову и помчался следом за продолжающим катиться по «сумрачной» полосе внедорожником.
– Он очень силен. – заметил наблюдательный консильери. – Такие удары мачете… и ты очень силен и вынослив, лидер Оди. А какие мускулы…
Я ничего не ответил. Промолчал и вернувшийся в салон Каппа, занявшись осмотром и вытиранием лезвия мачете. Машина на ровной скорости двигалась за гребнем длинного холма, прикрытая от системного взора, но открытая всем другим – особенно тем, кто жаждал добычи или был просто тупо агрессивен. Мне требовались и те, и другие. Дивинусы – для практики их уничтожения. Остальные – для подтверждения слов Хорхе, который сам не заметил, как рассказал что-то очень важное. Хотя тут пятьдесят на пятьдесят. Либо реально важное – либо пустышка…
* * *Обычно, когда хочешь чего-то очень сильно – это не случается очень долго. Или наоборот – случается тут же, как по мановению сраной волшебной палочки. Вот только ты к этому не готов и пролетаешь мимо представившегося шанса.
В нашем случае все сложилось почти идеально. Мы двигались по дуге вокруг запретного для нас Комерцио четыре часа. Скучные четыре часа, за которые прикончили еще одного дивинуса – безумное существо, похожее на гигантского лемура, что прыгнул сверху и начал колотиться о крышу и стекла машины – а еще я подстрелил жирную обычную черную свинью, что смотрела на нас с легким презрением. Не ожидавшая такой подляны хрюшка сдохла с протестующим визгом. Наспех слив кровь и выпотрошив ее, мясо бросили в багажник, а сами двинулись дальше, торопясь преодолеть еще хотя бы десяток километров до того, как придется остановиться на привал и заняться капитальным осмотром и полевым ремонтом совсем уж «расклеившегося» внедорожника.
Тут то и упало перед нами дерево.
С классическим стоном, хрустом, даже визгом, сучковатое дерево с гладкой кожистой бурой корой рухнуло поперек узкой просеки этого тянущегося к городу лесного языка. С испуганным вяканьем Хорхе вдавил педаль тормоза, съехал пониже и, переключив передачу, снова ткнул в газ, посылая внедорожник назад. Все-то у этого ушлепка заточено на убегание…