Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

И зеленые, и синие обласканы мудрой Дауррой, прекрасно понимающей, что, если постоянно не чистить границы ее царства от прибывающих тварей всех мастей и видов, очень скоро всем гоблинам Мира Монстров придет конец.
Итого, примерная иерархия среди официально равных, но нихера не равных Спектров такова – красные, зеленые, синие, серые, а потом все остальные.
Мы на текущий момент столкнулись с желтыми, что находились ближе всего к городку Приветливому, когда к ним поступила весть о заявившихся в гости чужаках. Желтые и понесли первые потери среди Непримиримых, заодно прикончив и ранив нескольких из нас.
– Нас потрепали рядовые ленивые вояки. – подытожил я вслух. – Дерьмо!
Флаг.
По этому поводу сейчас шли вялые споры, а Даурра особо не вмешивалась. Так что официального флага у Непримиримых не имелось. Была одна идея про радужный флаг, что вместит в себя все цвета корпусов… но почему-то эта идея особых эмоций у Непримиримых не вызвала, не считая смутного тяжкого беспокойства. Каждый из корпусов гордился своим цветом, старательно отражая его в обычной одежде и боевом снаряжении.
Ах да. Был еще один цвет, еще один даже не корпус и не отряд, а так, считай обычная группа.
Кобальтовые.
Они же технари, они же компьютерщики.
Раньше в каждом из корпусов были свои личные яйцеголовые, но недавно Даурра решила поменять эту ситуацию и, выделив эту подкасту в отдельное образование, поместила их поближе к себе, вплотную занявшись их делами. Именно Кобальтовые ответственны за то, что открылась дорога во внешний мир. Они же отвечают за все электронные устройства, за экзоскелеты и даже за колесную и гусеничную технику. Туда теперь отправляются те, кто проявляет понимание в технике. И там же ремонтируются старые и давным-давно отработавшие свое трактора, плуги, бороны и прочее подобное.
Мудро…
Сидя на платформе, я с понимающей усмешкой качал головой.
Мудро.
Старая сука Даурра очень хитра.
Теперь, если у тебя встала машина, сдох трактор посреди поля или замер в неудобной позе экзоскелет, ты уже не сможешь кликнуть своего технаря и с помощью его знаний, двух ударов кувалдой и десятка крепких словечек, починить сломавшееся. Хрен там. Теперь ты будешь вынужден обращаться к Кобальтовым – которых полностью контролирует Даурра. Захочет она – и починят твою технику. Не захочет…
В мире с жестко ограниченными и порой невосполнимыми ресурсами подобный контроль дорогого стоит.
Сам город Возмездие – заброшка.
Не полностью, но большей частью. Этот некогда достаточно большой «театральный» город служил красивой достоверной декорацией средневекового процветающего поселения, что находилось в беде из-за пробудившихся страшных монстров древности – которых и прибыли уничтожить доблестные герои, чтобы потом дать своим изнуренным телам и душам отдых в кабаках, борделях и банях. Там же, само собой, проживал обычно незаметный многочисленный персонал. После Стирания и закрытия Мира Монстров, случилось много бед. Город не раз горел, подвергался атакам, в нем бушевали монстры… короче – некоторые кварталы полностью разрушены. Все остальное, что смогли, обжили как сумели. При этом боевые корпуса Непримиримых друг друга не очень любят, поэтому и обитать стараются подальше друг от друга. В результате появился Цветок Войны.
Что это за хрень с уродским названием?
Все просто – если глянуть на город сверху, то увидишь сплошное, считай, полотно из заброшенных и разрушенных зданий. А поверх этого «полотна», как начерченная, находится этакая семицветная «ромашка» с красной середкой. Каждый лепесток – место квартирования одного из Спектров. Их любовь к личным цветам отрядов выплеснулась и на обжитые постройки, в результате чего Цветок Войны действительно выглядит гигантской детской раскраской. Мутировавший уродливый цветок, причем один из лепестков очень маленький и полосатый – Кобальтовые решили выделиться, окрасив свои здания и цеха сине-белой зеброй.
Никакого охранного периметра город не имеет. От кого защищаться? Самые страшные звери этого мира – они сами. Кто сунется?
 
Уборка территории, вынос нечистот – всем этим ведают Терпимые.
И нет, к ним как к равным никто не относится. Низшая каста работяг, что годны только на то, чтобы пахать поля и выносить ночные горшки из-под кроватей. Но вслух этого никто и никогда не говорит. Никогда. Более того – Непримиримые всячески подчеркивают свое доброе и равное отношение к Терпимым. Так приказала Даурра.
И снов – бинго.
И снова – браво.
Мудрая хитрая Даурра, что прекрасно понимает еще одну прописную истину – как бы метко ты не стрелял и каким бы жестоким кровожадным ублюдком не был, тебе все равно не выжить без жратвы. И без одежды. Каста Терпимых невероятна важна для выживания этого мирка. Их надо холить и лелеять. Пусть и дальше живут себе тихо и счастливо.
Как далеко отсюда город Возмездие?
Недалеко. Чуть меньше двадцати километров. Туда тянется одна хорошо наезженная широкая дорога, годная как для техники, так и для всех видов тварей. Это главная транспортная магистраль, хотя существует с десяток узких и куда менее удобных троп, но они проходимы уже далеко не для всех. Колесные машины не пройдут. Гусеничные вездеходы смогут пробраться, но и им придется немало попетлять по руслам пересохших ручьев.
Пленными и Терпимыми было рассказано еще немало. Но эту слащавую туфту про величественность и мудрость Даурры я сразу отбросил. Мусор, не несущий пользы.
Пещеры Мрака?
До них тоже примерно километров двадцать, но в другую сторону. Учитывая, что мы в движении – очень скоро окажемся на нужном месте. И вот там нам, якобы, придется столкнуться с очередными мелкими проблемы.
Немного зеленых, чуток синих, столько же кобальтовых – эта сборная солянка всегда находится у Пещер на боевом дежурстве.
А еще где-то же там обретается Брассарра – мифический ужас и кошмар Пещер Мрака.
– Где местный бог – там и здешний дьявол. – проворчал я, снова нарушив молчание. – Ладно… ладно… Эй! Дайте сюда беглого пса!
– А он задрых… – удивленно глянул на меня «дрессировщик-кормильщик». – Ща я его…
– Погоди, – остановил я занесшего ладонь для оплеухи бойца и поднялся, отрубая кабель питания, что успел закинуть на борт моего экза с десяток капель драгоценной энергии – Это еще что за хрень…
Сработавшая электроника услужливо укрупнила изображение, выведя на внутренний экран забрала картинку с двумя… хрен поймешь, чем. Несомненно, что-то живое – вон удлиненные и чуть сплющенные головы, а вон болтающиеся яйца в потных тканевых кулечках. Стараются, машут крыльями, восходя на нужную высоту.
– Воздух! – заорал один из разведчиков, стоя на гребне холма и маша руками.
Придурок… Поморщившись, я погрозил дебилу кулаком и тот, сообразив, перестал изображать собой радостную мишень для снайпера, упав на корточки и затихнув под чайными кустами.
– Кто выстрелит по пташкам – прибью нахрен! – рявкнул я, и внешние динамики экза передали мои слова всему отряду. Тут же опустился десяток стволов, столько же дурных гоблинов сделали вид, что просто любовались в прицеле облезлыми облаками.
А летающие уроды продолжали взбираться к небу, суматошно дергаясь и чуть ли не обсираясь от натуги. Было видно, что призмы не рождены для долгого полета. Но они старались.
Перестав приближаться, перейдя на параллельный нам курс и держась на расстоянии километра, в воздухе повисли две твари с кожистыми огромными крыльями, что ну никак не сочетались с тощими, костистыми телами со сдавленными грудными клетками. Они почти обнажены, торсы и ноги покрыты чем-то вроде короткой шерсти или очень густого пуха, гротескно вспухшие задницы чем-то похожи на полосатые пчелиные брюшки, на чреслах цветные набедренные повязки – синяя и зеленая. Повернув к нам уродливые бородатые хари, они странно повели шеями и с обтянутых банданами лбов им на глаза опустились какие-то очки с толстенными линзами. Щас заплачу… хотя в целом технология рабочая. А судя по плоским странным ранцам на их спинах, а также паре антенн – длинной и короткой – они могут и видеозапись сейчас вести, передавая ее куда-нибудь в штабной центр. Прямиком под очи любимой правительницы и старших усатых офицеров.