Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Зомби веселятся, а гоблины дрыхнут и жопы чешут. – проворчал я. – Поторопи остальных.
– Что делать с девкой, командир?
Глянув на орка и на изрезанное женское тело у его ног, я ткнул в одну из тощих березок на холме:
– Привяжи так, чтобы ее видно было. Пусть Кевин и Непримиримые сыграют в лотерею. Кто первым увидит – того и приз.
– Есть!
– Закидывай желтый экз на платформу. И сразу ко мне на доклад.
– Ага!
– А с этим что делать? – вытащив последнее шило из обмякшего Стива, Кассандра вопросительно уставилась на меня.
– Тоже на платформу. Эй! Псина! Готовь сочинение на тему «Как я был трахнутым сурвером и почему я ушел в отрыв».
– А-аг-га… прямо моя любимая тема. С-спасибо за проявленный интерес, командир…
– Я тебе не командир.
– А я готов! Готов воевать под тобой!
– Воевать подо мной? Нет уж, мохнатый. Тут ты мимо.
– Да я не про это! Я…
– Заткнись пока. И думай над сочинением. Бойцы! Ускоряемся! Следующие двадцать километров в бодром темпе! Приказа на обед не ждать. Жуем и пьем на ходу. Хотите срать? Не проблема! Висните на платформе, раскорячиваетесь – и удобряете дорогу! Никому не отставать. В поля с высокими посадками не заходить, держаться центра дороги, оружие держать наготове! Стрелять на любой, сука, шорох! Не раздумывать, не приглядываться – сразу стрелять! И мне плевать, кто там шуршит в полях – боевая подкрадывающаяся тварь или тупой любопытный крестьянин. Повторю – никому не отставать! Держаться сплоченно! Всем все ясно?!
– ТАК ТОЧНО!
– Выполнять!
Одновременно с шумом заработавших моторов в движение пришел весь отряд, плотным ядром устремившись по дороге, что вела нас все ближе к безжизненным скалам. Стремительно уходила в отрыв пятерка разведчиков с Тигром во главе. Вторая кошка уводила еще одну пятерку влево – правильно поняв мой жест и отправившись на гребни тянущихся сбоку холмов, чтобы проверить нет ли засады. А для них сейчас самое оно. Если противник грамотен в обороне, то на первую неприятность мы должны наткнуться в ближайшее время. И даже действия Кевина не смогут этому помешать – рыцарь-зомбак оттянет и уже оттянул на себя немало вражеских сил, но даже он не сможет заставить Непримиримых забыть про действующий на их территории боевой отряд чужаков.
– И поглядывайте в небо! – рявкнул я в динамик, мельком глянув на облезлый серо-синий небосвод. – Шустрее, шустрее, гоблины! Баск!
– Да?
– Давай на фланг за разведчиками. Держись поодаль, чтобы не выдавать шумом. Но будь готов поддержать огнем, если потребуется.
– Понял, командир!
Развернувшаяся глефа утопала за умчавшимися разведчиками, а я подпрыгнул и с лязгом приземлил стальную жопу рядом с открытой спиной желтого экзоскелета, с интересом заглянул внутрь, одновременно велев орку:
– Излагай. Не думай, не додумывай, просто блюй словесно мне в уши.
– Это я с радостью!
– Я тоже уже готов, командир! – робко вякнул лежащий на боку зверолюд, слизывая с губ кровь. – Сочинение на пять баллов!
– Завались, скунс! – взвился орк, показав Стиву кулак со сбитыми костяшками.
– Жду… жду… и молчу…
Сплюнув, орк окинул небо быстрым цепким взглядом, подтащил к себе поближе автомат и только затем заговорил, рассказывая все, что поведала ему усатая гордая девка. Я внимательно слушал, привычно отфильтровывая не несущие полезной информации выражения вроде «сучье вымя», «тощежопая», «высранная зомбаками сука» и прочие. Рэк не скрывал своего намертво въевшегося в ДНК жестко пренебрежительного отношения к женщинам. Он терпимо к ним относился только в одном случае – если они были шлюхами в борделе. Пытаться исправить его натуру я не собирался. У каждого из нас своя застарелая боль в башке, порождающая не только наши фобии и пристрастия, но и саму нашу личность как таковую. Я подумал что-то умное? Или наркота опять пискляво заявила о себе?
У Рэка ушло десять минут на доклад и еще одна секунда на то, чтобы дать в рыло попытавшемуся влезть в его монолог Стиву. Поперхнувшись, зверолюд облизал разбитые губы и затих, обиженно поблескивая глазенками. Странные все-таки эти… гоблины, как кожаные, так и шерстяные. Сначала не хотят ни о чем говорить, скрывают до последнего, а потом, когда ненадолго наступишь им на глотку, подержишь так, а затем уберешь ботинок… их начинает аж рвать на части от желания без утайки исповедаться. А если ты не торопишься послушать их захлебывающуюся болтовню – горько обижаются.
За это время я успел многое. Выдрал из нутра желтого экза все лишнее и навешанное там только ради красоты – какие-то браслетики, ниточки, рисунки, плетеные сеточки из проводов… Отыскал и бросил на платформу пару мешочков с арахисом – судя по запаху сладкий и острый. Как же гоблины любят превращать боевые механизмы в обжитой дом! Права они, что ли, свои тем самым заявляют на экзоскелет? Типа, если я, мол, повесила сюда красную гирлянду и спрятала мешочек орехов за техническим лючком – то это моя нора, моя земля, моя территория и пошли все нахер! Так, что ли? Не для уюта же это все.
В ком-то из нас живет убийца.
А в ком-то обитает сраная белка.
Убедившись, что лишнего не осталось – не считая подсыхающих потоков пота, крови и чутка рвоты – я принялся за вскрытие внутренних панелей, обнажая электронную начинку и часть сервоприводов. Покинувший место водителя и перебравшийся ко мне Рокс воткнул в гнезда штекеры тестеров и присел в паре шагов, деловито подтащив к себе ногой мешочки с арахисом. Хрустя орешками, старый механик задумчиво глядел на экраны приборов, приткнувшийся за его спиной один из бойцов звена Гиппо, получивший передышку, смотрел туда же, давая тихие комментарии и подворовывая орешки подыхающей на березе тупой усатой девки.
Не выдержав, я поинтересовался:
– А если это ее последняя месть?
– М? – оба жующих удивленно вскинули на меня головы.
– Если она зарядила в орешки отраву и спрятала эти сраные мешочки как раз на такой вот случай – когда она мертва, а ее экз как трофей достался жадным до орешков врагам. Универсальное ведь лакомством – всем по душе.
– Ну вы дебилы! – проворчал Рэк, осуждающе глядя на лакомок.
– Они гостей не ждали. – пожал плечами Рокс и закинул в пасть еще горсть орешков. – Ух хорошо… пробирает…
– Пробирает. – подтявкнул сидящий за его спиной боец. – Но я больше по сладким.
Вздохнув, я покачал головой и выдрал из экза еще одну упущенную ранее тряпичную тесемку.
– Так вот… – закончил не затыкавшийся все это время Рэк, прекрасно знающий, что я слышал каждое его слово. – Нам все это заковыристое дерьмо только на пользу, да, лид?
– Да. – подтвердил я, припоминая рассказы остальных. – Нам это только на пользу. Ладно, орк. Подсаживай жопу к Роксу и помогай. Заодно осваивайся с техникой – отныне это часть твоего тела.
Не скрывая радости, орк одним прыжком переместился на пару метров, приземлившись на корточки рядом с механиком и тут же запустив лапу в один из мешочков с арахисом, злобно заорав на топающего рядом с платформой чуть косоглазого бойца:
– Не тянись к орехам, сука! Это для экзоводов! Нам мозги питать надо!
Боец испуганно отдернул лапу, огорченно вздохнул и ускорился, поравнявшись со мной. По его глядящим мимо меня глазам я понял, что у него созрел важный вопрос.
– Говори, гоблин.
– Лид Оди… в чем сила?
– О чем ты?
– Ну… я вот раньше добросом был. Кроликов выращивал. Ну – в этом мире. А до этого… ну… судя по приходам моим наркоприливным… раньше я тоже кроликов выращивал. В той прежней жизни.
– И что?
– Потому и бросил со злости это дело – кроликов растить. Разбил клетки и ушел из деревни.
– Жуй сопли быстрее, гоблин.
– Там мыкался… здесь мыкался, – заторопился мужичок, поднимая забрало и торопливо вытирая пот по моим заветам нашитой на рукав мягкой и хорошо впитывающей губчатой черной лентой. – Сюда вот попал почти случайно. Себя постарался показать, как следует. И вот я здесь – в Мире Монстров!