Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Найдем – кивнул я – Продолжай.
– Помимо кошмарных насекомых с человеческим разумом, зрители захотели чего-то более каноничного и милого. Так родились зверолюды. В начальных зонах Мира Монстров появились мирные зоны с трактирами и торговыми лавками, там по улицам расхаживали попастые и сисястые кошкодевочки, заработали бордели, где ты мог удовлетворить все свои пушистые сексуальные фантазии. А потом, удовлетворенным, ты шел дальше – на охоту за монстрами! Лаборатории продолжали придумывать все новые виды живности – разумной и нет. Лишь бы покошмарней или хотя бы что-нибудь необычное. Создаваемое бросалось в бой. Герои радостно их уничтожали. Известность героев стремительно росла. Герои превратились в звезд. В звезд мировой величины. Их почитали. Превозносили. И само собой героям это нравилось. А вот различным службам – нет. Потому что герои продолжали мешаться у них под ногами. Подавались жалобы, рапорты, требования. Система обращалась к Высшим. А Высшие… для которых герои давно стали любимыми послушными игрушками и даже объектами коллекционирования и траха, вовсю защищали своих подопечных. Они начали продавливать новые права для героев – и успешно. Влияние героев росло – влияние служб падало. Герои требовали для себя все больше заданий – им нужны были деньги для снаряжения, усиления, вооружения. С голыми руками в Мир Монстров не заявишься – сожрут нахер! А бесплатно никто тебя не вооружит. Ну и опыт нужен – который лучше получать в битве со спятившей тигрицей, чем с умным призмом. Вскоре службы одну за другой начали распускать. Первой исчезла служба Спасения – и в их города тут же устремились герои, где и обосновались.
– Кронтаун…
– Ближайший – кивнула старуха – Да. Следом ушли другие службы или же у них были резко урезаны права. К примеру, права бродосов, которым вообще запретили надолго останавливаться где либо, заставив их вечно крутиться по пыльным дорогам мира. Верги, городская полиция, ставшей стражей, резко потеряла в численности, зона их охвата сузилась, они начали охранять сами города и селения, остальное оставив героям.
– Дерьмо – повторил я – Лютое глупое дерьмо… оставлять такие важные зоны любителям жаждущим славы?
– Именно. Дерьмо! И само собой это дерьмо не могло длиться долго. Однажды – не знаю когда, но уж давно – когда ситуация окончательно вышла из-под контроля и весь мир превратился в нечто подобное игровому автомату, было наложено Табу. Наложено им. Мы – обитатели Мира Монстров – знаем этот день как Великое Стирание. Именно стирание – были уничтожены все записи, остановились почти все терминалы, вычищены бестиарии, урезаны игровые вызовы, а система о нас попросту забыла раз и навсегда, заодно покинув наш мир! Вот так! И все это сделано им! Одним его словом!
– Им?
– Первым Высшим. Создателем этого мира. Деталей не спрашивай – не знаю. Информации просто нет. Известно лишь, что он впервые за долгое время появился в созданном им мире, поглядел на всю эту нездоровую хрень и одним решением упразднил всю игровую досуговую индустрию к хренам собачьим. Мир монстров, рейды героев – все ушло в небытие. Врата Мира Монстров закрылись навсегда. Одна проблема – они закрыли внутри всех его обитателей, включая персонал, что набирался из заключенных. Там же остались и автоматизированные хранилища замороженных дебилов вроде меня. Как только подыхал один из жителей Мира Монстров – холодильник тут же выплевывал следующего бедолагу. Так родилась я. Так родились все мои современники и остальные. А ведь некоторые рождались уже уколотыми! С уже зреющим внутри тела трансформационным зарядом, что вскоре превратит тебя либо в зверолюда, либо в ужасного призма.
– Понимаю.
– Ни хрена ты не понимаешь! Это жуть! А жрать что? Кое-что мы научились выращивать. Но как прокормить огромных призмов? Тот первый отряд вами уничтоженный…
– С мокрицей гигантской? Ну?
– Ее звали Мелиссой. И первые четыре года она была простой улыбчивой крестьянкой на картофельных и морковных полях! Усердно копала землю. Была хорошей женой. А потом спящий заряд в ее теле наконец очнулся, и она быстро превратилась в призма первой стадии! Уродливое безмолвное существо! За что?!
– Она была преступницей. Нет?
– Когда-то может пару веков назад?! Ты уверен?! Я – нет! Память стерта! Если и совершала преступление – то та старая преступная личность была стерта начисто. Уже наказание понесено! А теперь – спустя годы мирного труда – она обратилась в тварь! Прошел еще год – и она прошла вторую трансформацию. Она стала гораздо больше. Гораздо злее. Она почти забыла нас… дерьмо! Ты уже понял зачем мы явились сюда?
– Двумя отрядами?
– Да.
– Накормить их. Взять немного запаса мяса.
– Да. Подступающая пятая трансформация… принудительная трансформация. Она требует огромного количества калорий. И только мясо может их дать… а наши стада уже исчерпаны – остался только молодняк на развод. И вот мы пришли убивать…
– Ради одного призма?
– Ради многих!
– Забудем о невинных жизнях пока. Скажи мне нахрена кормить и трансформировать тупых мокриц если они превратились просто в монстров?
– Иногда следующая трансформация дает удивительный результат… возвращается разум. Возвращается речь.
– Слишком высока цена.
– Согласна – кивнула Исфирь – И я здесь не по своему желанию. Повторюсь – среди нас много разных. Я одна из тех, кто всегда выступал за смирение, ожидание, дипломатию. Но среди нас лидируют те, кто считает нас жертвами и жаждет отмщения. Их мечта – устранение всех Высших, разорение Земель Завета.
– Ого…
– Да – бледно усмехнулась Исфирь – Звучит страшно. А в реальности будет еще страшнее, если накопленные орды выйдут наружу.
– Орды? Чем вы их кормите?
– Ничем. Призмов прошедших финальную трансформацию можно погрузить в долгий сон. Почти смерть. Кома. Они почти не дышат, не шевелятся. Изредка пробуждаем их, чтобы скормить овцу или корову. И снова можно погружать в сон на целый год. Но так получается лишь с теми, кто прошел финальную трансформацию.
– Вы делаете им уколы?
– Верно.
– Вроде того, что делаете себе? Чтобы не проснулись твари живущие у сердца…
– Верно. Ты умен. Почти тот же состав. Но когда мы дома, используем другой состав. Одной инъекции хватает на месяц.
– Ради чего такая конспирация? Охренеть же… боитесь вторжения извне, если узнают координаты точки входа?
– Да. А еще это приказ великой Даурры, что правит нами уже пару столетий. Ее слеза вот-вот пробудится в моей груди.
– Погоди… эта гусеница?
– Да.
– Она дохнет.
– Да. Гусеница после пробуждения живет недолго. Она пытается расти, пожирает плоть, строит кокон… и умирает.
– Мы видели – кивнул я – Сдохли минут через двадцать после рождения.
– Стерильность никто не отменял. В лабораториях может и создавали слишком страшных монстров, но они не были настолько глупы, чтобы позволить им бесконтрольно размножаться. Даурра прокалывает нам грудь своим жалом и помещает внутрь «слезу». Пока личинка спит, едва-едва посасывая кровь носителя – она жива. И даже полезна.
– Чем?
– Улучшает состав крови, ускоряет регенерацию, дает возможность быстрее отдыхать – мне для сна достаточно четырех часов в день и чаще всего я сплю по два часа два раза в день. Во всем есть хорошая сторона.
– Шипастая гусеница в груди…
– Мы называем это принесением клятвы верности. Но ты не обязан помещать в грудь слезу.
– Вот как?
– Если ты не из тех, кто хочет выходить на охоту во внешний мир… то работай спокойно на полях Мира Монстров, ухаживай за скотиной, расти леса, заботься о спящей Орде. Личинка в груди нужна лишь по двум причинам.
– Чтобы ты не убежал, решив остаться жить снаружи. Чтобы не успел никому ничего рассказать… хотя ты успела.
– Я рассказала кучу сказок, но ничего конкретного. Но расскажу. Знаешь почему?
– Нет.
– Потому что я уже слышала о тебе. Слухи о герое Оди дошли даже до Мира Монстров. И я не удивлена, что именно ты и твои люди настигли нас. Это судьба. Может это и не так. Но я верю! Просто верю!