Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Принято. И спасибо! – полосатые умчались а я, повесив на грудь бинокль и врезав по потянувшейся жадно лапе орка, скомандовал, отдирая нитки с кармана – Теперь самое главное – открываем медовуху!
– Открываем! – кивнул Рэк – Боевая ситуация требует!
– Так что теперь? – глянул на меня сумрачно старший верг Грыз, зубами сдирая с бутылки крышку.
– А теперь, как всегда. Какие варианты у подневольных гоблинов системы? – ответил я и делал небольшой пробный глоток – Дождемся посылку и будем делать дело.
– Мать любит тебя, Оди! А мы уважаем!
– Подаришь железный шар?
– Это уже святое… нет! Но угощу ужином в трактире. Ты пробовал хоть раз чечевичную похлебку заправленную салом? Мы зовем ее Сладкой Перди. Кто не пробовал – настоящей еды не едал… А как насчет яичницы заправленной салом и политой перченым медом? М-м-м-м-м-м… мы называем ее Шепотливой Сьюзи. Но больше всего посоветую отведать гороховой каши заправленной луком и шкварками, политой соусом из сливок, масла и диких трав. Вот это настоящая еда для настоящего мужика! Помял шары – и за ложку! И жизнь покажется истинным раем… так что?
– Вот прямо убедил – признался я, делая еще один глоток, чтобы смыть с языка знакомую горечь – Пошли! А как вы называете гороховую кашу? У нее есть имя?
– О! Да еще какое! Это ведь еда настоящая, громкая! Поэтому мы зовем ее…
Бросив последний взгляд на темнеющий лес за холмами, скрывающий территорию заброшенного Зооприволья, я начал спускаться с холма вслед за жонглирующим стальным шаром медведем-вергом.
  
Глава седьмая
 
– А с нами не пошли – заметил Рэк, пытаясь придать морде безмятежный вид, но явно сильно страдая.
А нехрен было столько жрать. Я сам позволил себе чуток лишнего, попробовав каждое из упомянутых старшим вергом блюд, особенно отдав должное Сладкой Перди, добавив к ней десяток глотков медовухи с интересным названием Пчелкина Матка. Накрытые прямо у гостевых домов столы ломились от невиданной и одуряюще пахнущей еды. Но я удержался. А когда увидел, что идет повальное обжирание, жестко пресек, велев убирать остатки трапезы. Тех остатков было столько, что еще весь Уголек хватит накормить.
Почему я вспомнил Уголек? Я удивленно покрутил головой, понимая, что вспомнил без всякой причины, а может даже и с легкой ностальгией. Мне настолько проник в душу этот казарменный городок приткнувшийся у стены вонючего Зомбилэнда?
Кажется, мне нельзя нигде оставаться дольше чем на сутки – становлюсь слишком мягким.
Будь злее, гоблин! Будь злее! А если начинаешь размякать – вспомни про номер на груди и червей ползающих в залитых дерьмов стальных тупиках.
Рэк…
Пережрал.
Пузо оттопырилось настолько, что он еле напялил на себя панцирь, но это только усугубило ситуацию. Поймав мой взгляд, вперевалку шагающий орк состроил страдальческую морду, намекающе постучал по сдавливающему его панцирю.
Я тихо сказал:
– Какой ты нахер сержант, орк? Где сраный пример для только брошенного на жаровню мяса?
– Понял, лид. Понял… не знаю, что на меня нашло… ох сука… понял… но что делать?
– Если идется – иди. Не идется – блюй. Ты же не овца, ты волк.
– А волки блют?
– Волки блюют. Знаешь когда ты взвоешь, Рэк?
– А? В смысле?
– Когда я назначу Каппу твоим командиром – недобро улыбнулся я – А следом подниму в иерархии того же тигра, что сейчас рвет в разведке полосатую жопу, в то время как ты плетешься какого-то хера рядом со мной и жалуешься на слишком полный желудок. Но добьет тебя то, что однажды я поставлю звеньевым ту мурчащую тигрицу, что тоже сейчас рвет бока и жопу о колючки, ползая в пыли и нюхая кучки плесневелого дерьма, чтобы отряд не нарвался на засаду. Ты понял меня, орк?
– Я… я блевать. И жопу рвать…
– Стой.
– Да?
– В остальном ты был очень неплох – вынужденно признал я, вспомнив ту адскую тренировку, что вернувшийся вместе со мной орк устроил новичкам перед ужином – Ничего не могу хренового сказать. Но помни – ты должен быть выше на голову тех, кто пришел в отряд после тебя! Они должны задирать голову в небо и там, над облаками, видеть твои по-отечески заботливо покачивающиеся сержантские шипастые яйца округлой кубической формы. Понял меня? Еще чуть лучше, орк.
 
– Еще чуть лучше! Я усек! Но в разведке мне за тиграми пока не угнаться…
– Они хороши – признал я и это – Кошки на то и кошки.
– Я бы погладил ту киску… но боюсь пальцы вместе с жопой откусит…
– Проследи, чтобы те, кто плетется за телегой, толкали лучше – велел я – Когда проблюешься…
– Ага!
Вскоре, украсив природу удобрениями, рыкающий и глотающий воду орк уже был позади отряда, щедро раздавая люлей охающему мясу, что еще не восстановилось после вчерашнего.
Вчера действительно было неплохо… не прямо ад, если честно, но было неплохо.
Когда мы вернулись, я уселся проверять оружие и переваривать увиденное и услышанное. А мои ветераны взялись за новичков, выведя их за ворота и для начала уложив в широкую сточную канаву, что тянулась вдоль частокола с медведями. Что-то крича про то, что он научит их плавать в желобах с дерьмом, Рэк плюхнулся туда и сам, на самом деле показав не на словах, а на деле. Они проползли канаву несколько раз, таща на себя все снаряжение и оружие. Вытащив их, он проверил у каждого оружие. Тех, у кого оружие оказалось забито грязью он пихнул в канаву еще раз, а остальных заставил стрелять. После, помня мои требования, Рэк показал всем как быстро привести себя в порядок, как спешно почистить оружие, как держать его так, чтобы оно не окуналось в грязь и не скребло по земле при любом передвижении. Затем они поменялись с Каппой. Мечник плюхнул своих в канаву, а Рэк повел новичков на пробежку вокруг поселения, заставляя их падать, вставать, снова падать, перекатываться, ползти, идти гусиными шагом. И он делал все вместе с ними. Повторял каждое движение. Поощрял одобрительным рыком тех, кто держался, злобно орал на тех, кто сдавался, не забывая угощать их пинками. Потом стрельбы. Еще два круга. Снова стрельбы. Финальная спешная очистка всего снаряжения, тщательная помывка, осмотр своих и чужих тел, затем поголовный медблок и только затем их допустили к уже накрытым столам. Вот тогда дорвавшийся до вкуснятины и медовухи Рэк чуть сорвался. Но это еще ладно. Озверевшее от голода и перегрузок тело требовало своего. Жрать! Я как гоблин это чувство понимаю и одобряю.
После ужина был отбой. Жесткий отбой. Никакого общения. Всем спать. Это я приказал отдельно и очень жестким голосом, озвучив лично. Наемники мы или нет, служим за деньги или славу – плевать. Дисциплина будет армейская. И мне насрать. Мне вняли. И отрубились.
Я сам спал всего три часа. Дождался посылку. Получил задание. Ознакомился. Растолкал сержантов и велел трубить подъем. Следом была разминка – рекруты после вчерашнего окостенели настолько, что многие и ходить не могли. И вот после разминки был столь же обильный завтрак. И Рэк снова сорвался, набив себя как поросенка перед тем, как сунуть в духовку – даже яблоко из пасти торчало. Оно уже не лезло в переполненную утробу, но сержант упорно держал его в пасти, старательно посасывая.
Посасывающий сержант…
Оглянувшись на удивительную повозку, я убедился, что драгоценный груз по-прежнему с нами и продолжил сканировать местность, по несколько раз вглядываясь в каждый холмик, в каждое пятно пожухлой травы, в каждую лужу с потревоженной ряской.
Повозка примечательная. Стальной контейнер высотой в два, шириной в три и длиной в три метра. К нему приварены железные оси. На оси насажены стальные колеса высотой в мой рост. Спереди крепкие и длинные оглобли. Сзади дугообразная толстая полоса – удобно толкать. Лошадей или машины не предлагалось. Но и так все ясно – впрягайтесь, гоблины! Время бурлачества вернулось…
Контейнер плотно закрыт. Никаких замков, защелок. Нет и сенсора – что логично. Будет тупо, если мы дотащим нужную посылку до места, но окажется, что электроника сдохла и мы не сможем вскрыть долбаный ящик. Поэтому мне вручили… гаечный сука ключ. А крышка контейнера была затянута на хренову тучу гаек. И ведь я даже возразить ничего не могу – логично. Никакое зверье вскрыть не сможет. И не каждый разумный справится – гайки нестандартные, почти круглые, такие еще попробуй защеми. Но если я потеряю ключ… поэтому мудрая система присобачила к ключу цепь. И вот я гоблин несу на шее дополнительную тяжесть – ключ покачивается под панцирем на груди, ударяясь о прилепленную аптечку.