Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Этих мы тоже злить будем, лид? – все так же неумелым шепотом осведомился Рэк.
– А че?
– Да нет – покачал головой орк, затягивая потуже подчелюстной ремешок шлема и опуская прозрачное забрало – Так просто…
В ворота мы вошли беспрепятственно. Звероподобный строитель почесал спину обухом здоровенного топора, покосился на прислоненную к частоколу толстую дубину, но так ничего и не сказав, отвернулся и продолжил скрести по дереву. Проходя мимо одной из створок, глянул на ее внутреннюю часть и увидел окрашенный под дерево стальной каркас с приваренными к нем толстыми петлями. Логично. Створки из обрезков бревен не могут быть легкими.
Три гостевых дома стояли особняком у самых ворот. Над входами небольшие полусферы, бетонные дорожки чисто выметены, на буйно заросших газонах сотни цветов, на бетонных бревнах стен уже не вырезаны, а нарисованы бурые и черные медведи.
А вон шагает ностальгия – два мужика и одна деваха все в тех же шкурах, но поверх них знакомые длинные кольчуги. Верги. Здешние стражи правопорядка. Деваха, кстати, та, что недавно бревнышко таскала – успела утащить неподъемную ношу, накинуть кольчужку, закинуть за плечо игстрел, повесить на пояс топор, взять в руки обрез. У мужиков вооружение такое же. А в окнах второго этажа стоящего напротив жилого дома мелькнуло пару силуэтов, опустилась на подоконника винтовка.
– Добро пожаловать, гости дорогие – скорее прорычал, чем сказал старший из вергов, глядя на нас сквозь космы начесанных на бородатое лицо волос – Ведите себя хорошо, мелкие. И проблем не будет. Ты ведь не хочешь проблем?
Обращался верг ко мне, безошибочно определив главного.
– Да мне плевать – пожал я плечами, глядя, как усталые бойцы, подгоняемые ветеранами, втекают в двери двух гостевых домов.
Словно не услышав меня, верг продолжил рычать:
– Оставайтесь рядом с гостевыми домами. Не слоняйтесь рядом с нашими домами – не любим. Коли бы на Матери повеленье путников привечать – за ворота бы вы не вошли. А так пока терпим. Если скучно или хочется горячей еды – вон там трактир Медвежья Колода.
– Всегда так сурово гостей встречаете? – с интересом спросил я, глядя на окно, за которым стоял ожидающий развития событий стрелок.
– Всегда – кивнул верг – Мимо ведь кто идет? Непоседы чванливые! Или калеки унылые! Туда – в Кронтаун – идут борзые, оружием увешанные, каждый пятый уже героем стал. Как они ведут себя в чужом доме? Верно – нагло! Баб наших хают, зверухами или мохнатыми называя, в трактире буянят, в чужие дома заглядывают, трахаются, где не попадя, а слово им скажи мягкое – за оружие хватаются. Это герои. А обратно к океану бредут калеки – у кого тело, а у кого разум изувечен. От этих тоже добра не жди – особливо если медовухи переберут. Потому всех приходящих мы пускаем, но с душевной теплотой боле не встречаем. А главный наш давно уже Мать молит, чтобы она гостевые дома нам отдала, а для таких как вы – дорожного мутного люда – другие б построила за воротами.
– Откровенно – признал я.
– Ну да. А чего душой кривить? И ведь раньше госте были чаще, но не такими толпами. Сейчас же их наваливает столько… Так что скажешь? Будут твои медвежата после медовухи трактирной буянить?
– Мои бойцы в трактир не пойдут – ответил я – Те, кто заглянут – не мои.
– А твоих сколько?
– Сам считай. Они уже в бараках гостевых.
– А те, что по дороге пылят? – медведь уставился в ворота, за которыми с холма медленно спускался другой отряд.
– Не мои – качнул я головой и устало потянулся, глядя на закатное стальное небо – Услуга за услугу, верг. Мои дома сидят и твоих не задирают. Проблем не создают. Еды закажем с доставкой, так что вы еще и заработаете. Более того – если кто из вон тех чужих подходящих начнет буянить, мы, трезвые и спокойные, поможем их угомонить. И сделаем это быстро. Обещаю.
– А в ответ?
– Там что-то происходит – я махнул рукой в сторону лежащей за поселением дороги – Гибнут целые толпы. А вы живете по соседству, верно? Должны же что-то знать?
Разом помрачнев, верг тяжело вздохнул, поморщился, переглянулся с остальными и признал:
– Что-то происходит. Нехорошее… И что?
– Дайте мне собеседника. Самого знающего на эту тему. И я не стану искать его сам, бродя по вашему селению и трахаясь, где не попадя.
– Угрожаешь?
– Предупреждаю – улыбнулся я.
– Как звать тебя, мелкий?
– Оди.
– Вот как. Уже слышал это имя. Я Грыз – кивнул верг, забрасывая винтовку за плечо. Повернувшись к остальным из своих, он рыкнул что-то совсем уж неразборчивые и они разошлись. Старший верг еще рявкнул и от ближайшего к нам дома с тяжелым гулом покатился здоровенный металлический шар размером с мяч. Наклонившись, верг позволил ему накатиться на подставленную ладонь и, перебрасывая шар из лапы в лапу, сказал:
– Люблю шарики погладить порой. Успокаивает.
– Я даже стебаться не хочу – признался я, как завороженный глядя на то, как стальной шар прыгает из ладони в ладонь, перекатывается по руками от плеча до кончиков пальцев и все это безостановочно и прямо на ходу, пока мы неспешно шагали к воротам. Не удержавшись, я попросил – Дай попробуй.
– Лови.
Поймал…
Нет, так-то без проблем поймал. Удержал. Но весу в «шарике» за тридцать кило. Никакой ручки для удержания, просто небрежно отлитый стальной шар размером чуть ли не с мою голову. Я могу его нести, могу опускать и поднимать, но вот так вот перекидывать из лапы в лапу и перекатывать по рукам. Нет… не смогу…
– Охренеть – с уважением кивнул, глядя на раздутые от мышц волосатые предплечья Грыза – Давно шары катаешь?
– Сколько себя знаю. Чем еще заняться с устатку? – пожал плечами верг и, приняв у меня обратно шар, без замаха швырнул его куда-то идущему по своим делам другому мужику. Тот, шутя поймав, перекатил с руки на руку, подбросил в воздух, словил одной ладонью и швырнул обратно.
– Ну да… логично… как устал – берись за стальной шар и катай… – хмыкнул я.
– Дай и я, лид! – торопился Рэк – Че мы хуже, что ли? Кинь шарик, волосатый!
– На…
– О-о-о… – скрючившийся Рэк медленно выпрямился, с трудом улыбаясь и держа шар у живота – Да ерунда… – выдавил он и повернулся к чистящему ботиночку у стеночки бойцу – Лови, Пумф!
– Сержант не надо! Не надо, сержант! Это же… О-О-О-О-О! – вбитый лопатками в стену рекрут медленно сполз на бетон и затих. Звенящий шар прокатился до сапога укоризненного качающего головой верга.
– Вы чем тут все занимаетесь? – поинтересовался, оглядывая поселение и его звероподобных жителей и заодно зло мотая головой Рэку, чтобы подобрал ушибленного и прекратил страдать херней.
– Сейчас лесом и зверьем. Делаем все, что Мать велит. Убираем больные деревья, растаскиваем буреломы, прочищаем русла овражных ручьев, ломаем порой бобровые плотины. А раньше… раньше мы вроде как служили в Зооприволье – верг глянул на одну из медвежьих голов на бетонной стене гостевого дома – Его символом были медведи. А мы следили за зверьем. Потому и называемся мы Смотрителями. Хотя давно уже обычные лесники. Ну еще свиней выращиваем, коров, кур, коз. Мясо и яйца на продажу. Подумываем пару прудов выкопать – когда на то соизволение Матери получим. М-да… а ты стало быть тот самый Оди.
– И ты уже наслышан?
– О чем?
– О Зомбилэнде, синем свете и…
– Не – качнул косматой головой Грыз и с хеканьем забросил стальной шар в небо, после чего опустил лицо и спокойно продолжил – Я старший верг. И правая рука Главного Смотрителя.
– Угу – с тем же спокойствием кивнул я, шагая рядом и не смотря в небо, куда усвистел тяжеленный шар.
Не смотри в небо, гоблин. Не смотри… а я еще и шлем снял…
– И что?
– А то, что ему да мне несколько часов назад весточка от Матери вдруг пришла. Идет мол сюда большой отряд. Предоставить им гостевые дома – а если дома заняты, то выпнуть всех нахер. У все их прибывающих уровень терпимости обычный, а вот у их командир Эрыквана, он же Оди, текущий уровень терпимости равен тройке. Хоп! – чуть подавшись вперед, Грыз поймал шар, перебросил с руки на руку и назидательно заметил – Тот мужик что хотя бы двухпудовкой в горячую картошку не играет по утрам – не мужик. Я так мыслю.