Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Везуха – повторил я – Ну-ну. Из семерки выжило трое. Стив, Ранхва. Кто третий?
– Да тоже жив и почти здоров. Припадки прекратились, хребет он себе подлечил, глотку залатал, к зомби больше не ходит и живет себе спокойно.
– Имя?
– Так ты сегодня с ним торговался за персики. Помнишь?
– Сэм Жаба?
– Точно! Стив Пес и Сэм Жаба. Похожие чем-то имена, скажи? Ранхва Навозница, Пит Лярва, Кука Сосалка, Тур Лямбда, Вас-Вас Киото… зачетные у них у всех прозвища были…
– Запоминающиеся – кивнул я и повторил – Сэм Жаба…
– Можешь и не пытаться. Он о тех временах больше не вспоминает.
– Что у него было с хребтом? Почему он все время в кирасе?
– Кираса? Да психическое у него что-то… вроде как в последнюю вылазку, когда ему зомби глотку порвали и хребет надломили, его только кираса стальная и спасла. Тебе про подлый зомбячий нрав говорили?
– Что-то конкретное или в целом?
– Они бьют по хребтам героев – усмехнулся старик и заглянул в опустевший бокал – Подольешь божьей услады?
Я молча вытащил из-за спину еще не вскрытую банку персиков, бутылку самогона, отдав все старику. Тот умело все откупорил, смешал, подошедшая старуха долила воды и бросила внутрь зашипевшую шизу, после чего забрала персики и считай полную бутылку самогона.
– Командир! – присевший рядом орк лучился радостью и хищной сытостью – Вот. Эйжоп плаксивый передал. У того хрена раздвоение мозговое что ли? Карлом себя каким-то считает… Тут персики, самогон, немного сосисок. И спасибо.
– За что?
– За разминку – ухмыльнулся Рэк – Ух хорошо…
– Никакого бухла – предупредил я.
– В задницу бухло! – аж перекосило Рэка – И в задницу трех героев! Что насчет вылазки, командир? Все в силе?
– Через час выступаем. А ты пока потусуйся среди толпы. Поддай им газу и задора. Но вежливо, сука, вежливо!
– Сделаю. Гоблинов все прибывает. И сквадов – вон там три отряда кучкуются выжидательно. Но, кажись, еще не решились они. Прямо как баба перед первым трахом – и хочется и колется…
– Вот и поболтай с ними.
– Ага.
Рэк утопал, а я, убедившись, что дедушка продолжает с аппетитом вкушать «усладу божью», вернулся к интересующей теме:
– Так что это такое вообще – плюшевая говорящая игрушка. Нахрена?
– Ну как нахрена? Компаньон. Зверь компаньон. У каждого сурвера свой. И не сказать, чтобы они особо были этому рады. Хотя тут не угадаешь. Много чего болтают. Но вроде как это злая насмешка Матери за обман.
– Опять этот обман. Как сурверы обманули?
– Да кто ж знает? Они себя пострадавшими выставляют. И как по мне – они правы. Их жизнь – дерьмо! Сытое вечное испуганное одиночество… Да еще эта насмешка. Ты вот знаешь сурвера Джона Доуса?
– Джон Доус? Не слышал.
– И про его компаньона не слыхал получается?
– Нет. Тоже игрушка?
– Можно и так смело сказать.
– Зайчик? – попытался я угадать.
– Щас! Кукла резиновая! Из тех что в полный рост и с дырками, где надо.
– Дырками где надо?
– Ты вечный девственник что ли? Кукла для секса! Говорящая! Выглядящая как живая и очень красивая деваха. Ходить не ходит, двигаться не двигается, но зато говорит лучше нашего и трахать ее можно всласть.
– Что за гребаный бред ты мне рассказываешь? Зверь-компаньон Джона Доуса – резиновая кукла для траха?
– Ну может не резиновая, а что посовременней. Но да – секс-кукла в компаньонах. Он в нее влюблен по уши этот старикан. Гордится тем, что никогда ей не изменял. На поверхности показывается редко, но только вместе с ней в обнимку. Зрелище еще то скажу тебе…
– Этот мир скоро сдохнет – подытожил я, массируя переносицу – Мужик влюбленный в резиновую куклу?
– Да уже не мужик, а старик. Джон постарше меня будет. Но знаешь – пусть себе любит кого хочет. Он хотя бы из нормальных сурверов. Всегда пропустит через свою территорию, всегда готов дать задание с нормальной наградой. Не жадюга, короче. Пусть себе скрипучую и дальше трахает да целует. Нам какое дело?
– Ладно… а как сюда мишка вписывается?
– Ну мишку не трахают!
– Да я не про это. Где стройный ряд? Мишка, зайчик, бегемотик… – вот это ряд стройный звериный и понятный. Но мишка, а следом резиновая кукла для секса… Что у других сурверов?
 
– А вот тут неизвестно. Сурверы народ скрытный большей частью. Оно и понятно – многие мечтают добраться до их добра. И между собой они не дружат. Одиночки. Выживальщики одиночки с верными компаньонами. Но ходят-бродят в городе слухи про пасущегося на травке золоторого оленя со стальной задницей, про русалку златоволосую, про черную огромную сову с человечьим лицом и янтарными глазами. И знаешь – я верю. Раз безумно звучит – значит, правда.
– Мишка, кукла, олень, сова, русалка – повторил я – Ладно. И нахрена они?
– Так ведь одиночество чтобы хоть немного скрасить – так я думаю. Сурверы в бункерах считай заперты. Условия у них такие – жизнь сытая, но тюремная. Они прилежно отыгрывают сценарий одиночного выживания после глобального конца.
– Что?
– Да хрен его знает. Не я придумал. Просто повторил тебе сейчас то, что сказал мне старый Джон Доус, поглаживая по заднице висящую на нем куклу. И сказал он именно так – они мол прилежно отыгрывают сценарий одиночного выживания после глобального конца. И добавил с ухмылкой, вокруг себя рукой обведя – вот тут сейчас все сразу. Холод, черный снег, верещание Гейгера и мертвые тела вповалку. Сказал он так, передал нам ящик с наградными консервами… и въехал обратно в свой бункер. Это был последний раз, когда я видел сурвера живьем.
– Въехал в бункер?
– Ну на лифте. Там из крыши бункера выдвигается такой цилиндр стальной вроде лифта. С дверкой сдвижной. Такой вот выход из бункера для сурвера на поводке.
– На поводке?
– Я же говорю тебе, Оди – они пленники наказанные Матерью за обман. У них поперек пояса стальной обод с тоненьким таким тросиком метров в десять ну или пятнадцать – при мне не натягивался. Тросик – ерунда. Плевком перебить можно. Но вот на пояске стальном нехорошо так что-то красным мигает. Смекаешь?
– Бомба?
– Ага. Она самая родимая. А длина тросика… сам смекнешь?
– Настолько можно удаляться от родного бункера?
– В точку. Они пленники королевских кровей, наказанные за обман.
– Что за задания они выдают?
– Разные. Как я понял все задания, что получаем мы по Зомбилэнду – от них. Они там правят. И они обязаны блюсти там чистоту и порядок. Смекаешь?
– Но платят кронами.
– Они и платят. И консервами. Еще они же оплачивают доставку своих запасов доверенным сквадам.
– Вот этот нюанс поясни.
– Да тут все просто. Жратва. Питье. Лекарства. Им это все ведь не с неба падает и не по конвейеру подается.
– Почему? Как раз логично. В бункере обязаны быть свои запасы.
– Да хрен там. Может и есть запасы, но сурверы живут долго. А жрать каждый день надо.
– И поэтому?
– И поэтому раз в месяц Мать каждому сурверу шлет посылку. Большой стальной ящик с хитрыми запорами. Оформляется все как задание для полного сквада уровня не ниже героев первого ранга. Сквад доходит до подвального склада первого больничного корпуса, принимает там тяжеленную мать ее посылку и тащит к сурверу. Задание засчитывается выполненным. В благодарность сурвер, помимо денежной награды, добавляет что-нибудь от щедрот. А щедроты бывают смачные!
– Например?
– Вот у тебя игольные картриджи какой емкости?
– Разные есть.
– Но объемом в тридцать игл нету ведь?
– Нету – признался я – Хм…
– А картриджи с иглами повышенного калибра? А блоки для модернизации игстрела? А особые заряды для аптечек? А консервы поразительные? Ты вот тушеное в ананасах акулье мясо пробовал?
– Хрен его знает.
– Вот! И я сука не пробовал… а герои бывает, что жрут… Ну ты понял к чему я веду? Если нет, то я поясню – с сурверами надо дружить! И тогда не только быстро поднимешься в статусе, но и кронами разживешься и снаряжение будет отменным. Не страшно в Кронтаун идти. Осознал, гоблин?